Риша. Стать драконом

Глава десятая.

Нет ничего страшнее одиночества. Можно быть окружённым людьми и одиноким. Люди - существа социальные. Нам нужно общение, мы готовы совершать глупости ради любимых, ждём понимания и поддержки близких, умеем не только любить, но и ненавидеть. Мы живём среди себе подобных, плачем и смеёмся, горюем и испытываем ликование, любим и ненавидим.

   А, что делать, если ты в мире такой один? И дело не во внешности и происхождении, совсем нет. Дело в том, что твоя душа этому миру не принадлежит. Она чужая. Другой мир дал тебе жизнь, взрастил, выпестовал и выбросил, выпихнул на просторы бескрайней Вселенной. Здесь тебе некому пожаловаться, не с кем поделиться своими бедами и тревогами. Тебя просто не поймут.

   Кто я? Песчинка в ладонях Вечности. Зачем я здесь? Почему мне дали второй шанс на жизнь? Неужели только для того, чтобы я была игрушкой в руках сильных мира сего? Не знаю. Но я этого не желаю. Меня переиграли, загнали в угол, западню? Вынудили подчиниться? Это они так думают. Не буду разочаровывать. Как говорится, если вас съели - у вас, как минимум, два выхода.

   По дороге к телепорту я анализировала свою беседу с дедом, буду его так называть, всё же этому телу он приходится родичем. И результат своих размышлений мне не понравился. Терпение никогда не входило в мои добродетели, но я научусь. Буду не просто терпелива, затаюсь, сделаю вид, что приняла правила игры. Они хотят использовать меня? А я использую их, и будем квиты.

   Мои мучения начались на следующий день. Если с этикетом я ещё куда ни шло, справлялась. Всё -таки уроки Кириэля Вите хорошо запомнились, то языки, литература, музыка и танцы. Так и хотелось высказаться в сердцах, но нельзя. Вдруг кто услышит, а уши тут у всех длинные, даже слишком. Пусть тешатся своей мнимой победой.

   И я, с новыми силами вгрызалась в гранит науки. Староэльфийский? Да пожалуйста! Палоташ или куранту станцевать? Да, не вопрос! А я ещё и рисовать умею. Надо? Жаль-жаль. А то, я нарисую

   Моя покладистость сыграла свою роль. Видя, что я, не протестуя, выполняю все требования, Рианэль ослабил натиск, стал более снисходителен, даже опустился до того, что разрешил прогулки по городу. Мной такое послабление режима было воспринято с благодарностью. Ещё бы, вырваться в город, из-под присмотра, да ещё и с высочайшего разрешения... Я радовалась, как малое дитя. В душе. А внешне - холодно склонила голову в благодарном поклоне и вернулась в свою комнату. Какое мне дело да досады во взгляде этой ушастой змеюки?

   Никакого. Его проблемы.

   Возможность выхода в город, хоть и под охраной, немного развязала мне руки. Владыка обещал помочь с оплатой? Хорошо. Домик и деньги на жизнь? Не откажусь. Но, это при условии, что я буду послушной. А, если нет? На голодный паёк? Держать на коротком поводке? Вопрос финансовой самостоятельности встал очень остро. Пора бы начать придумывать, как и чем я могу подзаработать? И хорошо бы, чтобы источник дохода оказался стабильный.

   Вот поиску я и посвящала всё свободное время, роясь в библиотеке представительства, пролистывая подборки местных СМИ. Всё было интересно, занимательно, но ответа на поставленные передо мной вопросы не давало. При любой возможности во время вылазок в город я старалась обходить лавки и знакомиться с местной модой, с достижениями артефакторики, развитием техники. Мне всё было интересно, я везде совала свой нос, задавала вопросы, где-то меня выслушивали и даже снисходили до ответа, а где-то нет.

   А время бежало, утекало тоненькой струйкой между пальцев, словно вода, неумолимо приближая час "Х" - день, когда меня должны были представить местному обществу ушастых. При одной мысли об этом хотелось шипеть и плеваться, а ещё брал мандраж. Колотило меня знатно и внутри росло возмущение. Бывает так: терпишь- терпишь, а потом всё, внутри тебя начинает нарастать протест, который ранее, как туго свёрнутая пружина тихонько ждал своего часа, того мгновения, когда можно будет распрямиться во всю мощь.

   Платья, примерки, этикет, танцы. Ненавижу! Эта ненависть однажды проснулась вместе со мной поутру. Она зрела, долго, мучительно и наконец вырвалась на волю. Всё последнее время я отвратительно спала. Стоило только закрыть глаза, как я проваливалась в свою прошлую жизнь. Вот маменька ругается за испорченную блузку, отец тихо ворчит, держа в руках пульт от приставки и листая каналы на экране телевизора, Данька, сбегает вниз по лестнице, по дороге взлохматив мне волосы и крича что-то о времени своего возвращения домой. Милый родительский дом. Семья. Где же вы? В каком из миров? Не хотелось однажды прийти в себя и обнаружить, что всё, что меня сейчас окружает, бред воспалённого сознания под действием нейролептиков. Или наоборот, вроде эти препараты должны спасти меня от бреда?

   Утром я просыпалась в слезах и соплях, а уголки подушек все оказались изгрызены так, что местная экономка, или как там эта должность называется, вынуждена была жаловаться на меня его Ледяному Высочеству. Рианэль хмуро выслушал, вызвал меня к себе, а узнав, что мучают ночами кошмары, велел лекарю приготовить успокаивающий настой. Как будто это могло мне помочь? Настой я прилежно употребляла и продолжала плакать ночами и рвать подушки.

   Наконец, Нэль не выдержал и попытался вызвать на откровенный разговор.

   -Чего ты боишься, Риша? - насмешливое выражение лица словно провоцировало меня на принятие вызова. - Ты достаточно смелая, чтобы противостоять Владыке, ты выжила там, где другой бы не смог, но теперь тебя колотит от страха. Я не верю в кошмары. Ты трусишь предстать перед двором?

   -Я не боюсь, а кошмары - это личное. Я никому ничего рассказывать не буду.

   -Как знаешь, - хмыкнул ушастый и запустил в меня какой-то вещичкой. Летящий мне в лицо клубок из ниток, проволочек, шнурков и каких-то корешков я перехватила у самого своего лица, с недоумением уставилась на необычную вещицу. Она напоминала изделие безумного кота, который дорвавшись до клубков с нитками, их безбожно порвал и перепутал между собой.



Александра Гриневич

Отредактировано: 23.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться