Робби

Глава 4

ГЛАВА 4

 

Кафе «Споук-энд-Стрингер» с видном на Эйвон было почти пустым и не слишком уютным. Возможно, кому-то нравилась такая обстановка, но Роберт считал, что владельцы просто не стали заморачиваться с интерьером и сделали ставку на вид из окон. Вроде бы бетонный пол и стены, жестяные трубы на потолке и свисающие с него лампочки Эдисона. На стенах – странные картины. Мебель – дерево и металл. Кто-то явно хотел сделать из старого помещения «лофт», но недожал. Чего-то здесь не хватало, помещение выглядело просто незаконченным. Но вид на реку из панорамных окон немного компенсировал всё остальное.

Роб застолбил столик около одного такого окна. Место встречи выбирал не он. Та девчонка, которая осмелилась первой написать, предложила это кафе. Бог знает почему. Октябрьский Эйвон не выглядел слишком живописно, прогулочные кораблики грустно покачивались на воде.

В тот день, когда пришло сообщение от девицы-номер-два, Роб как раз закончил накладывать шину на сломанную лапу йоркширского терьера, и у него наступил перерыв в пациентах. Заварив себе чай, он сидел в коморке, отведенной под кухню. Телефон пискнул, потом еще раз, и еще. Сказать, что Робби удивился – ничего не сказать. Он озадаченно пялился в экран смартфона, не зная, что ответить. Сначала его разобрал смех, а потом захотелось поставить зарвавшуюся барышню на место. Он и сам плохо понимал, почему. Ничего особенного не произошло. Девушка была предупреждена и устала ждать первого шага от Роберта. Предсказуемо, но взбесило страшно. Он не хотел отвечать на сообщения.

Однако, когда чай в кружке закончился, нормальное расположение духа вернулось, и Роб просто согласился. Одной проблемой меньше. Девушка долго не отвечала, даже пришлось проверить, не передумала ли она. Но спустя минут десять она прислала адрес и время. Вот так просто. Никакого флирта и смайликов. Роб даже не узнал, как её зовут.

Но раз уж девушка-номер-два начала веселье сама, стоило позвать и первую кандидатку на роль миссис Дадли. Чтобы одним камнем убить двоих птиц. Поэтому, заварив себе еще одну чашку чая, Роберт позвонил дочери Тиффани и позвал её в то же кафе, но на полтора часа раньше. Он предполагал, что свидание закончится намного раньше, однако на всякий случай оставил себе запас времени.

 Может и хорошо, что место оказалось не слишком уютным. Значит, свидания не затянутся дольше чем на один кофе с пирожным. Мать просила «просто встретиться с девочками», большего он и не обещал.

На столе в тёмной бутылке из-под вина стояли искусственные хризантемы. Роб с преувеличенным интересом рассматривал оранжевые лепестки. Как настоящие! Он оторвал руку от стола и потёр пальцем пластиковый цветок. Дочь Тиффани, Луиза, опаздывала уже на пять минут, и Роберт мысленно нарисовал «минус» в её карму. Он начинал чувствовать себя старым брюзгой. Девушки и раньше опаздывали на свидания. По правде говоря, такое происходило, наверное, со времен палеолита. Роб терпеливо относился к этой женской черте, но сегодняшнее свидание не было обычным.

Дверь в другом конце зала распахнулась, в кафе влетела высокая темноволосая девушка в красном приталенном плаще и с зонтом-тростью. С гордо расправленными плечами она остановилась, осмотрелась по сторонам, блуждающий взгляд задержался на Роберте. Луиза. Роб этого не знал наверняка, но был уверен. Шатенка пару мгновений изучала его лицо, после чего уверенной походкой направилась к столику.

— Роберт? – на симпатичном лице с серыми глазами мелькнула пластиковая улыбка.

— Луиза?

— Точно.

— Как ты узнала, что я это я?

Роб хотел встать и помочь девушке присесть, но она справилась сама, резко отодвинув стул и упав на него. Одно острое колено выглянуло из-под красного плаща и легло на другое.

— Мама мне говорила, что ты… — она сделала жест рукой, указывающий куда-то в район головы Роба, — такой.

Он вздёрнул брови.

— Какой?

На самом деле Роберт знал ответ. Школьные комплексы давно изжили себя, но ему было интересно, что скажет Луиза.

— Рыжий, — коротко бросила девушка.

— Это плохо?

— Не всем мужчинам идёт. Но ты симпатичный.

Роб подавил желание расхохотаться.

— Но пирсинг я не люблю, — добавила Луиза.

А он не любил слишком самоуверенных женщин. По модели поведения они напоминали мужчин и пробуждали в Роберте инстинкт соперника. А дочка Тиффани оказалась очень самоуверенной. Прямой, жёсткой, идущей напролом. Она отталкивала от себя еще до того, как открывала рот.

— Чем тебе не нравится пирсинг? – спокойно спросил Роб, поставив локти на стол, скрестив кисти и опершись на них подбородком.

— В губе и языке — не нравится. Это должно быть ужасно, когда… — Луиза вдруг осеклась, нахмурив бровки.

— Когда… что? Когда тебя целует кто-то с кольцом в губе?

Роберт был обязан это спросить. Просто обязан. Вопрос рвался наружу вместе со сдерживаемым смехом, его нельзя было игнорировать. Но у Луизы были стальные нервы. Она промолчала и даже не порозовела.

— Поверь на слово, — продолжил Роб доверительным шёпотом. – Еще никто не жаловался.



Хельга Петерсон

Отредактировано: 03.06.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться