Родственнички

Font size: - +

Родственнички. Продолжение 1

* * *

 

Алёна сто раз пожалела о том, что решила остаться. Вообще-то её никто не только не заставлял, но даже и не просил. Наоборот, Гошка поминутно ворчал, ругался и гнал Алёну домой. Но она домой так и не пошла. В конце концов какая разница, заявится она домой в одиннадцать или заполночь? Да никакой. Все равно выговор будет. Но не очень сильный. Родители уже стали привыкать тому, что Алёна иногда часами где-то пропадает со своими друзьями. Нет, они вовсе не были беспечными родителями, и им не было наплевать на свою семнадцатилетнюю дочь. Скорее наоборот, опека была плотной. Вечно одно и то же: "Куда идёшь? С кем? Уроки сделала? Домой не позже десяти! Этот наряд слишком вызывающий... На дорогу смотри, в лужи не наступай, надень перчатки..." А вернёшься, отчитайся, где была, что делала, не замёрзли ли ноги... Поздними возвращениями домой Алёна старалась не злоупотреблять. Обычно приходилось придумывать всякие более-менее правдоподобные оправдания: поздно кончился фильм, долго вместе делали уроки, день рождения у подруги... Иногда прикрывал брат. Он был старше на пятнадцать лет, жил отдельно и по слёзной просьбе сестрёнки мог заверить родителей, что оставляет Алёну до утра у себя. К счастью родители всему этому верили и полностью доверяли друзьям дочери. Правда, была во всем этом одна беда: родители думали, что знают всех друзей Алёны. А она их не разубеждала.

Георгия Панина они не знали. А если бы невзначай узнали, то точно не обрадовались бы. На них не произвело бы никакого впечатления то, что Гошка - младший брат и помощник одного из местных новых богатеев. Отец Алёны в сравнительно недавнем прошлом был очень влиятельным человеком в городке. Алёна сама это время уже не помнила, но разговоров об этом в доме хватало. Отец с высокомерным презрением отзывался о тех, кто недавно приподнялся. Новому русскому бизнесмену Панину тоже доставалось от Алёниного отца по полной программе. А уж Гошке досталось бы и того больше. В глазах Алёниных родителей Гошка был человеком, которого ни в коем случае нельзя подпускать к девочкам из приличных семей.

В глубине души Алёна не могла не согласиться: такие парни, как Гошка, не были образцом для подражания. Гошка был симпатичным парнем, старался следить за собой, а когда выряжался в деловой костюм, то становился очень представительным, прямо как те молодые евангелистские проповедники, которые бродят по улицам и в самый неподходящий момент норовят поговорить с тобой о царствии небесном. Но все это производило впечатление, пока Гошка не открывал рот. Сразу становилось ясно, что Георгий Панин - существо простейшее, которому вращаться в приличном обществе крайне затруднительно. Пару раз Алёна пыталась познакомить Гошку со своими друзьями, отпрысками районной аристократии, но из этого ничего не вышло, кроме трагикомических недоразумений. Гошка не мог поддержать ни один разговор: он понятия не имел о вещах, о которых беседовали Алёнины приятели. Его манеры оставляли желать и желать, а словарный запас был просто на грани.

Но Алёна ничего не могла с собой поделать. Сначала Гошка ей понравился: высокий, темноглазый, симпатичный, отлично водит машину, классно танцует и обалденно целуется. Потом она пришла в ужас от его непроходимой серости. Гошке уже шёл девятнадцатый год, но создавалось впечатление, что его образование исчерпывается четырьмя-пятью классами. Но все же... Любовь зла, особенно в семнадцать лет. Алёне оказалось интереснеё с темным наивным Гошкой, чем со спесивыми юными снобами из дружеской коллекции родителей. Алёна оценила спокойную Гошкину рассудительность, великодушие и преданность. Он стал ей дорог, и все его беды она переживала, как свои.

За те полтора-два часа, пока они вдвоём утаптывали безлюдные дорожки на набережной, они успели несколько раз наорать друг на друга и затем помириться снова. В этом не было ничего необычного, они ссорились и мирились постоянно... Потом наконец появился Гошкин брат. Шёл по центральной аллее сквера, помахивал кожаной папкой. Гошка направился ему навстречу.

Стоя поодаль, Алёна слышала только резкие голоса двух спорщиков. Гошка упрашивал, Владимир непреклонно качал головой. Гошка бежал за братом, что-то ему говорил, хватал за руку, и, наконец, остался на тропинке один.

Алёна побрела к другу. Тот, не двигаясь, стоял и ёжился, засунув руки в карманы спортивных брюк.

- Гоша!

Он не обернулся, застыл на месте, словно не слыша.

- Гошка, ну что ты тут застрял?! - Алёна подошла, дёрнула его за локоть, развернула к себе. - Ты слышишь? Гошка!.. Гошенька, ты чего?

Гошка отчаянно кривился, морщился, шмыгал носом, изо всех сил стараясь сдержать слезы.

- Что, не вышло, да? - огорчилась Алёна.

Гошка выдернул руку, утер нос рукавом и задрал голову, уставившись в тёмное октябрьское небо и горестно шмыгая.

- Ну все, Алёнка, влип я... - пробормотал он, глотая слезы.

- Твой Володя что, совсем дурак?! - воскликнула Алёна. - Он что, не понимает?

- Да все он, сволочь, понимает... - буркнул Гошка и серьёзно взглянул на неё. - Он, похоже, какую-то свою игру затеял... Будет он обо мне думать, как же. Он всю жизнь меня в упор не видел, так больно надо ему обо мне беспокоиться...

Гошка замолчал, задумался. Алёна подождала немного, потом нетерпеливо топнула ногой:

- Ну и что теперь?!

- Самое правильное... уехать отсюда к чёртовой матери... - тоскливо отозвался Гошка. - Все равно куда, а лучше куда-нибудь подальше... Чтобы никого из них никогда в глаза не видеть.

- Чтобы уехать, нужны деньги, - заметила Алёна.

- А то я не знаю! - тоскливо сказал Гошка. - Вопрос в том, где их взять. Серёга, жмот, такие крохи даёт, даже на пиво не хватает.

- Гоша... Гош! - Алёну вдруг даже в жар бросило. - У меня идея...

Он скептически глянул на подругу.

- Какая ещё идея? Пива попить?.. Поздно уже. Да и... не на что.



Наталия Шитова

Edited: 20.05.2017

Add to Library


Complain