Роза в хрустале

*34*

Лицо Эльсвера сделалось жёстким и презрительным. Остальные мужчины встали плотнее, в их позах чувствовалась настоящая угроза. Одно движение, случайное слово, и пространство взорвётся ненавистью.

- О законе мне говорит человек, отпустивший преступника, грязного раба, посмевшего поднять руку на родовую знать, - и он долгим взглядом, словно вдавил Дариона в землю, осмотрел разбитое лицо, с гадливостью сплюнул в сторону. – Я слышал ты ревел и стонал как девка под моим братом и его друзьями. Надеюсь, тебе понравилось?

Незаметно, скрытый спиной отца, Скайгард удержал Люция за локоть. С дружеским участием чуть сжал руку. Обычно светло-карие глаза Дариона потемнели до черноты, что особенно стало заметно на мертвенно-бледном лице. Тяжело выдыхая, он пытался совладать с собой, понимая, что любая его язвительная фраза, которых, как обычно, много вертелось на языке, может помешать спасти Маргариту, а если он вцепится в горло мерзавцу, то подведёт Фолгандов, а может быть и убьёт этим всех. Он вынесет и это унижение, но не простит.

Противников было слишком много, чтобы призвать южан к ответу прямо сейчас. Но Дарион Люций, маг из Хриллингура, запомнил Эльсвера. Этот южанин умрёт или будет страдать долго и мучительно. Не сейчас, позже. За Маргариту и за всё прочее, что успел сделать. И ледяной ужас коснулся сердца мага — хрупкая, чистая девочка, не знавшая зла, в руках таких скотов. Что они успели сотворить с ней? Какие унижения и пытки нашли для Маргариты?

- Отделим одно от другого, - Стефан говорил спокойно, даже вкрадчиво, сдерживая ярость. – Вы возвращаете Маргариту, а дальше мы решаем все остальные вопросы.

- Я не обязан с вами ничего обсуждать, господа. Никаких женщин, кроме тех, что принадлежат клану, в этом доме нет. Как глава рода, я требую больше не беспокоить нас, - все эмоции Эльсвера улеглись, осталась презрительная ненависть к чужакам и магам. – И я собираюсь вернуть своего раба. Дес`Ринны не разбрасываются имуществом, - он выразительно посмотрел в сторону Дариона.

- Здесь нет рабов. Именем лорда земель мы имеем право осмотреть дом, - в голосе Стефана появилась угроза и первые намёки на голос власти магов.

Скайгард начал готовить схемы для ментальной атаки, что немедленно отразилось в синих глазах. Они стали ярче, точно покрылись тонким льдом, сияющим изнутри, так похожим на блистающие глаза Хоггора-змея подземных вод, с которым когда-то заключал сделку отец. Дарион поднял руку, сложив пальцы для сплетения чар. Сам Стефан провёл раскрытой ладонью перед собой, накрывая магов щитом.

- Разойдитесь, - тихий, но повелевающий голос Фолганда-старшего ударил в людскую стену.

Звук накрыл южан, прошёл насквозь и откатился к магам. У Эльсвера было лицо человека, которого распирает поведать некую тайну окружающим, но он с трудом сдерживается. Никто из его родичей и не пошевелился.

- И не пытайтесь, - он усмехнулся. - Стоит вам применить магию, и мои братья с полным правом заключат вас под стражу. Никакой наместник с севера не сможет помочь магам, нарушившим местные законы.

Несколько минут они сверлили друг друга глазами. Стефан убедился, что решительность южан им напрямую не перебороть. И маги отступили, молча дошли до особняка наместника, поднялись в комнату, которую им отвела хозяйка. Дарион сорвал с себя плащ, расстегнул ворот камзола и бросился к окну, растворив его одним рывком. Он подставил пылающее лицо под весенний ветер. Взгляд наткнулся на сплетение стали. Маг зло ткнул пальцем в витую решётку, прикрывающую проем окна, и она немедленно осыпалась.

Позади, Скайгард упал в кресло, замысловато выругавшись, и больше ничего не сказал. Стефан сделал несколько шагов по комнате в одну сторону, затем в другую, сложил руки на груди, прошёлся снова. Казалось, стоит упасть пушинке и в комнате громыхнёт неистовой грозой. Каждый из мужчин думал о Маргарите, но ни один не смел озвучить своих отчаянных мыслей.

В конце концов Стефан выдохнул и подошёл к Дариону, положил руку ему на плечо. Люций тут же застыл, напрягся, как перед страшным, но необходимым рывком вперёд.

- Ни одно их слово или действие не могут запятнать тебя. Запомни, Дарион. Ничто не изменит твоей сути. Лишь твои собственные поступки и решения способны лишить тебя чести. Спасибо, что проявил выдержку и силу. Ты человек и мужчина, а эти…они скоты, - и старший Фолганд тихо выругался такими словами, что Люций обернулся с изумлением, брови взлетели вверх, а рот растянулся в язвительной усмешке.

- Не думал, что лорды знают подобные выражения. Даже я готов покраснеть.

Он ничего не сказал о словах старшего мага, которыми тот поддержал его, но тёплые карие глаза посветлели.

- И тем не менее…, - задумчиво сказал Скай. – Мы в полном дерьме.

- На них не действует глас, - Стефан вытянулся на одной из кроватей, больная спина снова ныла, а Вельда, которая умела снимать боли, была далеко.

- Южане научились использовать силу ненавистных магов себе во благо, - успокоившись, Дарион осмысливал увиденное, и ему было, что сказать Фолгандам. – Пока вы мило беседовали с мерзавцем, я просмотрел стихии. Все члены клана имеют с ними контакт, но не связь. Охвачены силами, но не могут их забирать внутрь себя, как это происходит у магов. И дом имеет заграждение от использования магии. Голос Фолгандов магическуй природы, вероятно.