Рождение Тайны: Темное начало

Размер шрифта: - +

Глава первая

Любовь - это радость, 
Любовь - это горесть,
Любовь - это легкость,
И сладость и страсть.

- Ты серьезно? – я не верила своим ушам.
Алекс пожал плечами.
- Да. 
Артемида негодующе фыркнула, выражая наше общее с ней мнение. Когда мы вернулись, то узнали, что конный клуб, в котором мы арендовали лошадей, закрыли. С общего молчаливого согласия они остались у нас и были переведены на постой в конюшни, находящиеся недалеко от дома.
Я покачала головой и толкнула деревянную створку ворот, выкрашенных белой краской. Мида чинно, задрав нос выше головы и поджимая ноги, вошла на пастбище. Гнедой жеребец орловской породы выразил свое расположение к кобыле протяжным ржанием, однако Артемида не проявила к этому должного интереса и присоединилась к кучке жеребят с их матерями. Орловец не отстал, приблизившись к ее крупу вплотную и взвизгнув. Кобыла обратила на него налитый кровью глаз и подала задом, заставив жеребца отступить. Воспользовавшись секундным замешательством, она не остановилась на достигнутом, и добавила задней правой ногой по его морде. 
 Я хотела верить, что она не сломала бедняге челюсть. С вымученным вздохом я обернулась к своему предмету воздыхания. Честно говоря, в этот момент я жалела, что не родилась кентавром. Копытами бить куда больнее, чем кулаками. 
- Что, у вампиров свои способы проведения праздников? Оккупируете больницу и захватываете склады с донорской кровью?
Александр закатил глаза. Конечно, они ничего такого не собирались делать, и говорила я это только для того, чтобы подтрунить над ним. Мифический вампир – кровопийца из него был никудышный. 
- Ну, это же Новый год! Праздник всех Святых! Ты что, привидений испугался?!
Я округлила глаза и похлопала ресницами, повиснув на его шее.
Он часто задышал. Его горячее дыхание облачком вырывалось наружу, достигало моей правой щеки и рассеивалось в воздухе.
- Подчеркиваю: Ведьминский Новый Год. Самахан, - он попытался скопировать мой презрительный тон по отношению к легендарным вампирам.
- Между прочим, это еще Кельтские племена начали! – я блеснула знанием истории.
Он чувствовал меня как никто другой. Понимал, как никто другой. И поэтому ответил:
- Спорим, что ты знаешь это только потому, что готовишься к шабашу?
Я уткнулась ему в грудь, запоздало вспомнив о том, что накрасила губы. Отшатнувшись, я заметила красный след с блестками на его плаще и поспешила отвлечь парня от этой находки разговором.
- Тогда я могу поспорить на то, что ты не хочешь присоединиться к нам только потому, что задумал что – то с Николаем. И еще абсолютно уверена в том, что нам с Лиссой это не понравиться. 
Юноше ничего не оставалось, как ухмыльнуться. Развернувшись, он взял меня за руку и повел к дороге. Легкий пушистый снег застилал тропинки и крыши – в частности, конноспортивный комплекс, в котором мы находились. Территория в один гектар была разделена на две части – пастбище и здания. Пастбище было огорожено высоким забором; к зданиям относились: главный офис, конюшня на тридцать два стоила, травяное конкурное поле, песчаный манеж, крытый манеж и загон. В конюшне располагался так же туалет, амуничник и душевая: как для людей, так и для лошадей. Все удобства, пятизвездочный отель, номер люкс.
  Мы вышли за ворота и одинокую парочку накрыл холодный ветер. Алекс запахнулся в черный, подбитый мехом, плащ и я внутренне сглотнула, стараясь не смотреть на пятно.
- Он уже послезавтра! По – сле – зав – тра! 
Его лицо осталось таким же непроницаемым, и я в очередной раз вздохнула, поникнув плечами. 
«Двадцатый. Двадцатый день я уговариваю этого поганца отправиться с нами на шабаш, и все как с лешего хворост!»
- Ну, скажи, ну что тебе  не нравиться? 
Парень перевел на меня задумчивый взгляд и в его глазах промелькнул огонек.
- Ничего.
- Что значит: ничего? – во мне проснулось любопытство и подозрительность.
Он поджал губы, сдерживая улыбку.
- Мне просто нравилось смотреть и слушать, как ты яростно доказываешь прелесть праздника.
Я резко затормозила и злобно воззрилась на это чудо природы.
- Что?!
Алекс поспешно отступил и повторил все вышесказанное.
Я скрестила руки за спиной и притянула с земли снег, сотворив магический снежок.
- Ах, значит, тебе нравилось! – я начала наступать на него. – Удовольствие, он, видите ли, получал, от моего унижения! 
«В такие моменты ты напоминаешь взбешенного хомячка, которому дали зубочистку и закрыли в клетке с кроликом», - шутил как – то Ник. 
«Ну и плевать»
Правая рука вылетела из-за спины, придав снежку двойное ускорение. В отличие от обычного, он достиг своей цели – носа, попутно пронырнув через скрещенные руки, которыми парень надеялся защитить лицо. И в отличие от реального, он не расплылся характерной кашицей по щекам, а собрался заново и начал нещадно отрабатывать удары по всему телу.
 Мне оставалось только смотреть шоу и наслаждаться. К снежку присоединилось еще несколько и дело пошло быстрее. Завязался неравный бой: трое против одного. Алекс еще пытался как – то отбиваться, даже разбил летающий ком снега два раза, но он неизменно восстанавливался и уже через минуту повалил юношу на землю.
- Все! Сдаюсь! – он вскинул руки. 
Я напоследок забросила снег прямо в его раскрытый рот и щелкнула пальцами. Снежки растаяли.
Усевшись парню на живот и положив руки на грудь, я победоносно, слегка кровожадно, улыбнулась.
- Ну, что ты теперь скажешь?
Он хитро прищурился. До меня дошло, что он собирается делать буквально через несколько секунд, но уже было поздно. Рывком, схватив меня за талию, он перекатился влево и оказался «сверху».
«Вампирья реакция, что б ее…»
- Сдаешься? – черные пряди выбились из хвоста и бессильно упали на виски. 
- Ни за что! – я смело встретила взгляд голубых глаз. 
На мгновение все подернулось дымкой, но тут же исчезло. Я давно научилась защищаться от его непроизвольного вторжения в мое сознание. 
Его губы приблизились к моим. Тело предательски задрожало в предвкушении.
- А сейчас?
Мне стоило невероятных усилий выдавить из себя хриплое «нет», когда сердце трепетало и кричало «да».
Парень тихо рассмеялся, и меня захлестнуло желание. 
«Мой, единственный, неповторимый и любимый»
«Единственный и неповторимый» склонился еще ниже и осторожно коснулся шеи, а затем стал покрывать ее поцелуями. У меня вырвался тихий стон, когда он, наконец, нашел мои губы. Это был один из тех долгих, страстных поцелуев, которые выражают любовь, невозможную передать словами. Любовь, которую не трогают наши вечные препирательства и споры, потому что она выше этого. Любовь вечная и великая, чистая и непорочная. Любовь, которая должна быть у каждого…
  Я забылась и перестала существовать в этом мире. Такого чувства сложно добиться даже тогда, когда выходишь в астрал. Алекс нехотя отстранился, и я впервые поняла, что лежу на земле. И что она холодная. Парень чихнул и быстрым движением поднялся на ноги, а затем протянул мне руку и помог встать. Я вздрогнула, когда он вдруг распахнул плащ и, притянув меня к себе, запахнул за спиной. 
  Я закрыла глаза и мысленно застонала: след от губной помады остался теперь не только на верхней одежде, но и на его свитере. Белом, кстати.
  Парень тяжело вздохнул и пригладил мои волосы; я слышала, как бьется его сердце. 
- Хватит забивать голову всякой ерундой. Если хочешь, я возьму, красный маркер и нарочито обведу след от помады в красный кружок, а внизу добавлю подпись: «Здесь был мой самый дорогой человек, ой, извини, ведьма…»
Я подняла на него долгий, изучающий взгляд.
- Ты заметил?
Вздох.
- Нет. Просто кто – то очень громко думает.
Недоверчивый тон.
- Предлагаешь тратить половину силы, но ставить постоянный защитный барьер от чтения мыслей?
Снова вздох.
- Ты же знаешь, что это получается непроизвольно.
Еще более недоверчивый тон.
- Ты говорил, что вампиры могут читать только мысли людей. Да и к тому же ты просто потомок.
Вымученный взгляд.
- Ты мне не доверяешь? Хочешь услышать правду? Я не могу это контролировать. Довольна?
Я прижалась к его груди и обвила руками шею.
- Просто я очень волнуюсь за тебя. Не хочу, чтобы любимый человек стал монстром.
Его пальцы сомкнулись в замок на моей талии.
- Понимаю, - прошептал он. – Я сам не хочу этого.
 С этими словами он скинул с себя плащ, накинул на мои плечи и, все еще обнимая за талию, повел дальше. 
Я совершила праведную попытку вернуть ему одежду, хотя заранее знала, что это бесполезно. Он лишь бросил на меня укоризненный взгляд. Наше настроение из веселого стремительно перекинулось в мрачное.
- А где Лисса? – вдруг спохватился он.
Я пожала плечами.
- С Николаем, наверное.
- Твоя сестра, а ты даже не знаешь, где она находиться? – он хитро прищурился и улыбнулся.
Я неопределенно хмыкнула. Конечно, можно было бы проникнуть в ее мысли, но это занятие приносило ощущение чего – то неправильного, неестественного. Мы могли перебрасываться сообщениями, если на то была необходимость, но не больше. После того, как Лисса достигла семнадцати, то есть совершеннолетия с точки зрения магии, и стала полноправной ведьмой, наша связь рухнула.
 Серебристая «хонда», проезжая мимо, мигнула фарами и скрылась за поворотом.
  Наше утро четверга – первого выходного за последний месяц по случаю дня рождения лицея – проходило довольно необычно. В шесть часов мы встретились возле магазина и отправились в конный клуб, убедиться, что конюхи хорошо заботятся о наших лошадях. Ник и Алекс «выкупили» (с помощью гипноза) двух жеребцов – англичанина каурой масти и голландца темно – серого окраса. Изумруда и Сапфира, как они позже решили. 
- О чем ты думаешь? - он мягко коснулся моего уха.
- Что, неужели не знаешь? - я подленько захихикала, когда почувствовала легкую щекотку в области третьего глаза и Саша вздрогнул.
 Я вспоминала о том дне, когда мне хватило мозгов оповестить маму о том, что к нам на ужин придет мой парень. Это заявление ее, мягко говоря, шокировало. В конце концов, она сказала: "Ну что же, посмотрим" и мне стало страшно. В назначенное время, секунда в секунду, ("Подлиза", - подумала я) раздался звонок. 
 Такого эффектного представления не ожидала даже я. Алекс явился в черном костюме с букетом роз и коробкой дорогих конфет. Он ежеминутно отвешивал нам комплименты, помогал расставлять на стол еду и даже вызвался мыть посуду! А его ответ на вопрос чего только стоил!
- Скажите, Александр, а у вас какие планы на будущее с моей дочерью?
Я вжалась в стенку в попытке закрыться от непременно полетящих во все стороны столовых приборов, сразу же после ответа вроде: "Ну, как вас сказать..." или "Разве так далеко заглядывать можно?"
А Саша лишь просто улыбнулся и сказал, что его мнение не имеет никакого значения и все будет так, как решу я сама.
После этого моя мама в него влюбилась. Она день и ночь повторяла, что лучшего парня мне и днем с огнем ни сыскать, что я должна его привязать к себе, пока его кто-нибудь не увел, расписывала нашу свадьбу всеми доступными и недоступными красками и даже согласилась дать разрешение.
 И после этого я пожалела, что вообще познакомила их.
Саше пришлось не легче. На следующий день состоялся второй ужин, на котором я была представлена его отцу...
И хорошо, что фашисты не использовали такой пытки! Потому как хуже этого разве что смерть..., и смотря с какой стороны на нее посмотреть...
Не то, чтобы его отец мне не понравился. Совсем даже наоборот. Довольно симпатичный мужчина лет сорока с черными, как у сына, волосами, только коротко остриженными и лазурными глубокими глазами... Одет он был просто: льняная рубашка и черные классические брюки. Единственная проблема заключалась в том, что по его лицу нельзя было распознать ни одной эмоции. Оно было каменным, как изваяние и подвижными оставались лишь губы и зрачки. Все время провождения я боялась сделать лишнее движение - казалось, что он вдруг вскочит и выгонит меня из дома пинком под мягкое место. 
 Поэтому, когда Саша предложил мне экскурсию по квартире, я согласилась, не раздумывая, от радости даже забыв убрать тарелки, о чем потом жутко сожалела.
    Оставив меня наедине со своими мыслями в его комнате, он удалился, чтобы узнать мнение отца. Как только дверь захлопнулась, меня неудержимо поманило к столу, на котором покоилось несколько свитков. Раскрыв один из них, я погрузилась в чтение.
 Это были те самые рассказы о вампирах. Однако реальные факты отличались от пересказанных.
  Вампирская община не была такой простой, как показалось в начале. Любой вступивший в нее проходил тщательнейшую проверку, и добрая половина кандидатов отсеивалась. Рассказ велся от первого лица, в виде дневниковых записей:
"Еще один день. Это ужасно. Старейшина наотрез отказывается понять мое желание вернуться к семье. Дуглас уверен, что это невозможно сделать, сохранив тайну. Но я изучал хроники. Такие случаи были. Ни раз и не два. Тайна остается тайной и всем хорошо. Почему он не хочет верить в то, что я могу это сделать?"
Дальше велось описание жизни вампиров. Из всего прочитанного я не узнала ничего нового, кроме одного. И оно было самым важным.
Старейшинами являлись вампиры, которые убивали людей и пили их кровь. Никто не знал об этом, потому как остальные питались животными. Старейшины были намного сильнее, быстрее, выносливее и зачастую обладали способностями, сравнимыми разве что с ведьминскими. Они приобретались по наследству, а катализатором была кровь.
 Это было проблемой, да, но я не собиралась в это вмешиваться. Они живут так вот уже не одну сотню лет, так что не стоит беспокоиться о тех, кто по сути дела, не существует.
 Наиболее важным для меня стало то, что дети Старейшин получали власть автоматически. У них не было выбора, им с рождения давали человеческую кровь, и они были обречены. Стоит отметить, что добрая часть ужасных мифов - реальность. По крайней мере та, что повествует о темных созданиях ночи, рыскающих по сумрачным улицам; ведь Главам Вампирского Общества необходима еженедельная подпитка, в обмен на долгую жизнь и сверх вампирские способности. Кровь - это самый мощный источник энергии. Именно поэтому очень часто Старейшины пользовались помощью приближенных: они заманивали мага или ведьму (как наиболее ценных энергетических носителей) в тупик и там на нее или на него набрасывались. Одному вампиру это не под силу, да и стая отделывается серьезными травмами, но цель оправдывает средства.
 С точки зрения магии – вампиры, это те люди, которые обладают огромным количеством энергии. Это раскрывает в них способности, но это же и приводит их к зависимости от крови, как наркоманов. Насытившись, вампир может использовать свою силу, пока запас не источится снова. А затем все повторяется. В отличие от них, ведьмы или маги берут энергию из стихий или Вселенной. 
 Это было ужасно. Жестоко. И самым убийственным из всего этого являлось то, что Саша был сыном Старейшины.
 Владелец дневника, Бэйзил, говорит о том, что ему удалось уйти из общины только потому, что он узнал секрет их вождей и начал шантажировать. 
  Когда он уходил - это было дописано другим, женским почерком, у него обнаружили этот дневник, отобрали и казнили.
  Мать Саши была Старейшиной. Более того, он мог не догадываться об этом. Она сопровождала нас (или преследовала) всю дорогу по пути в горы - а это не малый срок. Именно она была той загадочной фигурой в сером плаще, которая спасла всех нас. Она могла уйти из общины и незаметно передать сыну записи только в одном случае - если была выше закона. 



Вайли

Отредактировано: 08.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться