Рожденная в пепле 2: Империя в огне

Размер шрифта: - +

Глава 18.4

Нет, допустить этого никак нельзя. Люди этого мира возводили Триединых в ранг богов как нечто цельное, не рушимое, даже несмотря на запечатывание Ромирана. И если сейчас кто-то увидит, что они, по сути, ничем не отличаются от нас, простых смертных, со своими эмоциями, скандалами и переживаниями, их авторитет падёт. Ведь возведённые идолы не должны обладать теми людскими пороками, которые мы считаем негативными в своём облике. Боги, они на то и боги, чтобы быть идеальными олицетворениями всех людских мечтаний. Да, Триединые были сильнее людей. Намного сильнее. И обладали теми талантами, которые нам и не снились, но это не значит, что они смогут противостоять целому миру существ. Единственным выходом будет полное уничтожение такой вот планеты, с зарвавшимися людишками. А этого допустить никак нельзя. Я перевела взгляд на содрогающуюся от ударов дверь. Нет-нет-нет! Драка богов будет происходить за закрытыми дверьми и только так. 

Я подскочила к обломкам колонны, перетаскивая их к двери, блокируя тем самым створки. Почему-то это показалось мне хорошей идеей. А вот Вирсавия поглядывала на меня словно на дуру, не спеша помогать. 

— Что ты делаешь? — чуть прищурившись, недоумённо спросила женщина. 

— Ты хочешь, чтобы всё увидели, как они дерутся? — с иронией уточнила я, пыхтя над очередным камнем. 

Богиня задумчиво покосилась в сторону дерущихся мужчин, а потом щёлкнула пальцами. Камешки, словно по волшебству, выстроились горкой возле двери. А один, последний, который я всё ещё сжимала в руках, очень настойчиво вырывался из моих объятий, стремясь туда же. Пришлось отпустить его, провожая задумчивым взглядом. 

— Я думала, ты не умеешь колдовать. 

Я совсем не понимала того, как работает божественная волшба. Их сила, по своей структуре, была похожа на ту, которой пользовались маги и я сама. Но это были какие-то невероятно сложные, многоуровневые комбинации, на которые простым людям просто не хватило бы магических резервов. Да и, судя по всему, каждый из них обладал какими-то особыми талантами. Не так уж и просто создавать целые планеты одной лишь силой мысли. 

— Это сложно объяснить. Наши силы, они…иные. Не такие, как у вас и у других существ с иных планет. Мы рождаемся не так, как вы, мы не умираем от старости, нас практически нельзя убить. Нас создаёт Мать. Каждый бог — это порождение Галактики. Мы помогаем ей управлять, создаём новые «дома» и следим за ними. Каждый из нас по-своему одарён, каждому из нас Мать подарила особый дар. И все мы проходим специальную подготовку в академии, перед тем, как создать новый мир. Это сложно понять простому человеку, но так мы живём. 

— У тебя не может быть детей? 

— Нет. — покачала головой богиня, грустно улыбаясь. — Но я могу создать жизнь. Я могу создать человека так, как если бы он был моим ребёнком. Но он будет смертным. Неважно как долго он проживёт, он всё равно, рано или поздно, погибнет. Поэтому, нашими детьми становятся наши творения. Планеты. Они вечны. В большинстве своём. И мы наслаждаемая любовью наших творений. Мы греемся в их лучах. — мечтательно улыбнулась богиня. — Чем сильнее планета, тем сильнее боги её создавшие. Моя сила, сила Жизни и Смерти, даёт мне возможность управлять жизненными потоками. Тем, что вы, смертные, зовёте «душой» и «телом». С помощью своей силы я перенесла тебя сюда, возродив тело Виолетты Ди Крейн. С помощью этой же силы я управляю камнями, выискивая в них часть того живого, нужного мне. Это специфическая магия, понять её нелегко. 

— Это сложно. — честно призналась я, смущённо улыбнувшись. — Думаю, мне некогда не освоить такую магию.  

— Конечно, ведь это невозможно. Ты человек, Лилия, для тебя моя сила губительна. — покровительственно улыбнулась Вирсавия. 

Я задумчиво покивала головой, вновь прячась за колонной, и раздумывая о том, что волновало меня всё это время. Если богиня смогла перенести меня сюда, лишь найдя подходящее тело, значит сможет проделать тот же трюк и с моей мамой? Если честно, я всё ещё пережевала за неё. Не так-то просто оставить единственно родного человека одного, без всяческой поддержки и опоры. Я сходила с ума лишь от одной мысли, что моей маме пришлось похоронить меня, совсем молодую, и как это могло на ней сказаться. Она воспитывала меня одна, после смерти моего отца. И с рождения я испытывала особую, тесную связь с моей мамой. Мы были не похожи на другие семьи. И даже после того, как я съехала из родного дома, сняв квартиру, мы продолжали созваниваться несколько раз на день. И сейчас она совсем одна, переживает такую потерю. Мне сложно даже представить, как она провела этот год. 

— Ложись! — навалилось на меня сверху богиня, спасая от обломков разрушенной колонны, которую снесло воздушной волной. — Не знаю, о чём ты думаешь, но приди в себя! 

— Да-да, прости. — проблеяла я, побледнев. О, какой ужас, я так ушла в свои мысли, что совсем забыла о том, что происходит вокруг! И чуть не поплатилась за это собственной головой. На мне ведь даже щита нет! 

Я бросила быстрый взгляд в сторону дерущихся богов, и грязно выругалась сквозь зубы, припомнив родной, могучий русский. Вокруг мужчин, скрыв их от наших глаз, вихрился торнадо силы, грозно звеня и завывая. Боги, что же они натворили?! 

— Что это? — испуганно спросила я, некультурно тыча пальцем в чёрный вихрь. 

— Сила, вышедшая из-под контроля. — убито проговорила Вирсавия, неотрывно следя за смерчем, пытаясь разглядеть что-то в этом безумии. — Так Мать наказывает своих детей. 



Елизавета Визир

Отредактировано: 23.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться