Розы для мамы

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 17

- Своим стуком колёса состава продолжали создавать мелодию движения.

   Всю дорогу Эвелина ехала в потоке воспоминаний, память не давала ей покоя и постоянно указывала на жизненные ошибки, которые совершались в её роду, частичкой которого была она сама. В родовой ветви нарушался Божественный Закон, но… женщина не искала виноватых: она знала, что имеет право исправлять себя и только себя – и об этом ей постоянно напоминала её собственная изломанная судьба. Именно в Божественном восприятии мира был виден путь в будущее, путь к Свету и Любви. Повторение… бесконечное повторение…

   Сидя у окна, путница вновь вспомнила Ольгу и её слова, которые для неё тогда были сложнейшим ребусом для разгадки.

- Отец с тобой разговаривает? – прозвучал в ушах вопрос приятельницы, заданный ей в день его смерти.

   Как же всё становится вразумительным, когда ты с этим соприкасаешься и усваиваешь всё своим сознанием. В первую ночь после смерти папы Эвелина долго не могла уснуть, и только к трём часам ночи, она вымученная и заплаканная, начала засыпать. Сон пришёл только на мгновенье, а если точнее, всего на два часа. В самой краткости скрывалась загадка просыпания. Толчок... какой-то толчок, и Лина резко проснулась от того, что отчетливо начала слышать голос, который до боли был не только знакомым, а ещё и родным.

- Доченька, не плачь, успокойся. Мне хорошо и очень спокойно, – с ней тихо, и как-то по-особому тепло, разговаривал папа.

   От неожиданности вся её сущность задрожала, но голос своим звучанием вернул сознание в реальность, а мысли не переставали напоминать:

«Блажен, кто слышит».

Появилось размышление:

- Да, верно сказал Господь, и вправду благо тому, кто слушает Божественные наставления и учиться их не нарушать.

   Эвелина уже не представляла для себя жизни с устаревшим мировоззрением: у неё постоянно шла нехватка Небесных знаний. В случае, если из-за своих ошибок её «Я» теряло связь с Высшим информационным центром, сразу же начиналась энергетическая недостаточность, и весь организм, находясь в состоянии психологического голода, задыхался в узком пространстве.

   До смерти отца Лина никогда не соприкасалась с голосом умершего человека, и в тот момент всё происходящее оказалось для неё открытием нового и неопознанного дара в земной психологии личности. Появилась одна-единственная сложность: ей необходимо было научиться с этим жить и не только жить, а ещё и поверить во всё происходящее.

   Она вернулась в реальность и прошептала:

- Господи! Сколько же ты даруешь людям удивительного в этом мире, и как мы о себе мало знаем.

   Судьбоносная полоса продолжала разделять её путь на две части: то, что есть, и то, что было. И ночь, та первая ночь в жизни без отца и с отцом. Тогда, прийдя в себя, Лина поблагодарила Высшие Силы за помощь и вступила в диалог с родным человеком.

- Папочка, почему ты со мной не разговаривал раньше? Мне ведь без тебя было плохо, – прошептала ему дочь.

- Линусь, я устал. У меня полная брюшина крови, – тихо-тихо слышался его голос.

   Отец продолжал говорить и каждым сказанным словом старался просить Эвелину не страдать, при этом обещал, что будет с ней общаться и давать информацию. Она лежала на кровати с открытыми глазами и смотрела в потолок, пытаясь слиться в единый поток со всем тем, что с ней происходило. Хотелось кричать:

- Остановись мгновение! Остановись…

   Но увы… В жизни нет остановок, и её ритм постоянно диктует свои условия – утро нового дня напомнило:

- Впереди много дел и неотложных забот.

   Поднявшись с кровати, Лина почувствовала сумасшедшее головокружение.

- Что это? – спросила она сама у себя.

   В тот необъяснимый момент ей казалось, что комната переворачивается, и в ней всё разлетается по сторонам. Затем темнота… В глазах темнота, а в голове звучание:

- Стоп унынию. Стоп… Надо жить, надо радоваться.

   А далее приказ:

- Жить, жить... – ты должна жить.

   Было слышно, как эхо разносило эти слова по всей квартире.

- Господи, помоги мне! Помоги, - просило израненное сердце.

   Лина тихо вышла из своей комнаты и направилась в спальню, где спала её родственница. Тётя молча лежала на кровати, и не смотря на то, что утро только просыпалось, было видно, что сон от неё уже давно ушёл. Племяннице очень хотелось с ней поделиться своими ощущениями, и она взволновано начала рассказывать:

- Тётя Лидочка… Со мной разговаривает папа. Он жалуется, что у него полная брюшина крови, а ещё – он устал, очень устал…

   Глаза её, заплаканные и опухшие, смотрели в никуда. Шло ощущение пустоты.

- Снова ты что-то придумываешь, - произнесла строго в ответ тётка и посмотрела на племянницу, как на полоумную.



Лилиана Штригель

Отредактировано: 15.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться