Ртутный медальон

Глава 3. Игра под грифом запрета.

Взгляд в будущее.

Упрямство — это то, что остается у нас, когда карты уже розданы.

Сидеть на трибуне я отказалась, хотя меня звала не только графиня, но и удивительным образом пришедший на игры отец. Хотя вряд ли ему удастся нормально посмотреть игру, уже сейчас к нему выстроилась очередь за автографом, которую не под силу разогнать даже местной охране.

Нет. Я сидела на скамейке запасных, нервируя тем самым Антона. Но, тем не менее к его достоинству, он оказался прав. Команда соперника действительно приехала издалека и была одной из лучших в графстве, причем игра у них была далеко не самой мягкой. И несмотря на то, что перед игрой участвующие пили специальные зелья, чтобы не получить лишних повреждений, то, что концентрат нужен был более сильный, стало очевидно еще на третьей минуте игры, когда одной девочке чуть не вывихнули руку. Еще одним условием игры было специальное зелье, дающее силу и скорость, не то, что бы они после него превращались в мистических созданий, но по себе знаю, что выносливости это прибавляло не слабо. Все зелья для команды готовил Антон, что для кого-то покажется странным, но только не для него. Он был достаточно сильным зельевиком, и в принципе это любил. Но основная проблема заключалась в том, что никто не ждал таких гостей, а соответственно никто не был готов. Они же напротив, явно готовились.

Я внимательно смотрела то на Эрика, который благодаря своей силе особых проблем не имел, как и соперников, то на Антона, который, как и всегда имел сосредоточенный вид, просчитывая каждый шаг как капитан команды. Но к середине игры, стало понятно, что даже их заставили немало попотеть. Счет с неизменным отрывом был в двадцать четыре очка, и само собой не в нашу пользу. И возможно игра так бы и закончилась, если бы в ее ход не вмешалось проведение, а может просто пресловутая наглость одного из игроков команды противников.

Ровно на сорок третьей минуте игры, та самая девочка, которой чуть не вывихнули руку еще в начале, все-таки умудрилась ее сломать, после чего перед капитаном команды встал вопрос кем ее заменить.

- Ты делаешь вид что меня тут нет, - констатировала я когда он три раза прошел мимо меня выбирая игрока.

- Нет, я вижу тебя, и ищу другого игрока, это большая разница, - так же спокойно ответил Антон.

- И что, много вариантов?

Он покривил уголок губ, понимая, что я иронизирую.

Нас было двое. Я и еще одна девочка, которая чуть не расплакалась еще в начале игры от страха выходить на поле.

- Окса, на поле! – он выбрал ту девчонку, и она подлетела от его голоса.

- Серьезно?! Ты бы еще ребенка заставил выйти на поле!

- Она твоя ровесница.

- Она дрожит как птичка. Почему ты не хочешь взять меня?

- Она идет. Это не обсуждается. Я капитан.

- Ты придурок, - пробубнила я.

- Возьми ее, - сбоку подошел Эрик. Ну хоть кто-то на моей стороне.

- Эрик, не вмешивайся, - злобно кинул Антон.

Эрик терпеливо взглянул на друга, затем красноречиво перевел взгляд на девушку, которая с надеждой пользовалась заминкой.

- Ты оттянешь это на сколько? Минуты на две??

Парень стиснул челюсти.

- Выходи, - злобно протянул он мне.

Я довольно посмотрела на Эрика и подмигнула.

- Так я иду? – ухмыльнулась я Антону.

- Иди уже! – процедил он.

- Злобина, - прошептала я.

- Я все слышал.

На что мы с Эриком начали смеяться.

 

Сказать по правде, я старалась. Бегала "как не в себя", била так, что один раз плечо чуть не полетело в след за мячом. Ну ладно. Я слегка утрирую, но обожжённое горло и убитые легкие не дадут сказать, что я вру. Все тело одновременно испытывало эйфорию, от такой энергии и умирало с каждой напрягающейся мышцей. Запах травы, тягучий, который вдыхаешь больше, чем необходимо от пробежки. Палящее солнце, такое горячее, что щеки алеют и запекаются. Прямо как в детстве, дома, когда я бегала на озеро, а потом, забыв про время, возвращалась со всех ног домой, чтобы мама не заругала. Мама. Ей бы понравилось видеть меня такой. Яростной, бодрой, упрямой, но такой живой.

Резкий удар в висок вышибает из головы все мысли. Он такой внезапный, что я лишь через секунду издаю стон. Голове становится тепло, но потом, словно дует холодный ветерок, прикладывая все силы чтобы ее остудить. Она слегка кружится, а боль становится сильнее. Где-то на заднем фоне я слышу голос и понимаю, что кто-то поддерживает меня за руку.

- Черт, у нее кровь, - это Эрик, у него серьезные глаза, ловящие каждое мое движение, боясь, что я грохнусь.

- Я в порядке, в порядке, - повторяю я словно мантру, а сама пытаюсь осознать сколько в этих словах доли правды.

- Он специально, я видел, - говорит сзади мужской голос.

- Сейчас он получит, - я вижу, как глаза у Эрика наливаются кровью. Это выражение я знаю слишком хорошо. Такое же у него вызывает воспоминание об отце. А его он ненавидит всей душой.



Даниэла Рии

Отредактировано: 31.12.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться