Рыцарь. Книги 2-4

Font size: - +

Глава 44

Глава сорок четвертая

 

Предрассветная августовская мгла, именуемая серпанком, наверняка придумана Создателем с единственной целью, — чтобы люди смогли полюбоваться на то, как выглядит уготованный им Рай.

Равнины, луга, поля — все укутано белоснежной невесомой пеленой, где исчезает всякая грязь, кровь и прочие нечистоты, а остается лишь чувство свежести и легкости полета. Только бегущая вода, не прячется от людских глаз, сама по себе, будучи и свежестью, и девственной красотой. Она не оспаривает прав тумана, на существование, но не дает ему ложиться до тех пор, пока тот не вспомнит о своем происхождении, и не прольется вниз шалым летним дождиком. А если он выберет иную судьбу и, совершенно забывшись, унесется ввысь — к солнцу и свету, она станет ждать его обратно, уже вместе с осенними угрюмыми облаками.

Лес тоже упрямо и цепко удерживает марево острыми верхушками, жадно впитывая влагу, обильно сочащуюся на листья из плотной белесой дымки. Лишь изредка разрешая ей осесть на просеку или дорогу, чтоб спрятать в непроницаемой мгле еще одну тайну. Не навсегда, — только пока солнечные лучи не войдут в силу, и не распахнут занавесь, перед каждым, кому придет охота заглянуть в лесную чащу, или просто случиться проезжать мимо — по своей или чужой надобности.

А до этого времени, ничто не потревожит жизнь лесных обитателей. Даже паучок не броситься к росинке, скатившейся с листика над липким кружевом и дернувшей паутинку. Всему свой час и свои очевидцы…

Зная лесную дорогу, не хуже чем улицы городка, пятеро всадников, как только выбрались за ворота, рванули вскачь со всей возможной скоростью, на какую только были способны их кони — рассчитывая проскочить, под прикрытием тумана, самый опасный участок — голое предполье и просеку вблизи замка.

В любое другое время их отчаянная вылазка не имела бы шанса на успех. Даже и пытаться не стоило, — харцызы били из луков зайца на бегу, а то и пришпиливали коську стрелой к земле, на спор, за левое или правое ухо. У пятерки смельчаков, невзирая на плотную мглу, и сейчас было немного шансов на успех. Степные лучники не менее метко стреляли и на слух. Поэтому, воины держались плотным ромбом, взяв гонца внутрь. Прикрывая его самого, а главное — лошадь, щитами, кольчугами, собственными телами и толстыми попонами. Все четверо вызвались добровольцами, после того, как стало понятно, что ни один из предыдущих гонцов, считая как людей, так и птиц, не смог прорваться за кольцо осады, — а над обитателями замка Дубров все плотнее сжимал свою длань беспощадный призрак одной из самых мучительных смертей — жажда!

Так необходимая подмога и спасение были рядом, всего лишь в двух конных переходах, но те, от кого зависела жизнь сотен людей, даже не догадывались об этом, и естественно — не собирались на помощь.

Стрелы посыпались на всадников как-то сразу и отовсюду. Заржали от боли кони, вскрикнул кто-то из воинов. А второй повалился под копыта своей лошади, не издав ни звука. Потом стрелы свистнули еще раз, и опять наступила зловещая тишина. Только одна из раненых лошадей еще несколько раз отрывисто всхрапнула, застонала, но вскоре затихла и она. А мгновением позже, плотная, совершенно непроглядная белая пелена, как-то вдруг, прямо на глазах, истончилась и растаяла. К огромной радости харцызов, и неописуемому ужасу человека в кольчужной рубахе, который, несмотря на раненую ногу, совершенно бесшумно, с ловкостью рыси, пытался скрыться в лесу.

Из всей группы, по слепой воле случая, уцелеть посчастливилось только молодому юноше. Да, видно, не слишком велика была благосклонность судьбы к нему, коль все закончилось, толком и не начавшись. Всего пару шагов оставалось сделать парню до густого переплетения придорожных зарослей, но без прикрытия мглы, спасительные кусты отодвинулись от гонца баронессы Анжелины на расстояние, измеряемое не саженями, а жизнью.

— Не стреляйте! — крикнул он громко. — Я держу сумку за внешний клапан. Если умру — все содержимое ее исчезнет!

О свойствах сумок гонцов, предназначенных защищать послания от чужих и слишком любопытных глаз, знал каждый, поэтому ответ, долетевший из лесу, был вполне ожидаемый:

— Что ты хочешь взамен, парень?

— Жизнь!

— И только? — насмешливо уточнил голос. — Какая разница, о чем баронесса хочет известить соседей или королеву? Тем более что она точно просит о помощи, как и во всех предыдущих письмах. А если тебя помиловать, потом стеречь придется. Столько лишних хлопот. Вот если б ты, девицей уродился, тогда мы точно договорились бы… Хотя, если ты не против...

Последние слова прямого оскорбления утонули в хохоте десятков голосов.

— В сумке… Ключ от казны… — понизив голос, словно делая над собой усилие, чтобы унять дрожь, произнес гонец.

Какое-то мгновение тишину не нарушало даже шевеление листьев. Только в чьих-то нетерпеливых руках скрипнула туго натянутая тетива. И юноша непроизвольно облизнул враз пересохшие губы.

— Вот как? Это меняет дело, — отозвался все тот же голос. — Мне доводилось бывать в замке. И я знаю, что без ключа в сокровищницу Дуброва не попасть. Охранные заклинания на ее дверь еще до Армагеддона наложены. Что ж, неплохая цена за одну жизнь и стоящая сделка. А ты поверишь мне на слово?

— Еще не знаю, — чуть громче и тверже ответил гонец, осознавая, что его смерть присела неподалеку передохнуть и даже косу отложила в сторону. Пока… — Назовись!

— Я — наказной атаман Секирник. Слышал о таком?

— Извини, атаман, не приходилось как-то. О Вернигоре — да, слышал. О Шиле и Медведе тоже до…

— Да? А что ж голосок твой так задрожал, щенок?! — рыкнул взбешенный харцыз. — Думаю, ты прекрасно знаешь: за что меня так прозвали! Но, ты не знаешь: что больше всего я не люблю лжецов и трусов!



Олег Говда

#2804 at LitRPG
#3991 at Other
#164 at Action

Text includes: магический мир, героическое

Edited: 05.01.2016

Add to Library


Complain




Books language: