Рыцарь Созвездия адских псов

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 11 Можно всё изменить, если ты жив

Хэл по-прежнему не хватало силы воли отцепить руки от Рэя, но он решительно усадил её на диванчик у стола, оторвавшись от неё. Она выхватила дрожащими пальцами телефон из кармана, цифры прыгали перед глазами, секунды менялись быстрее, чем всегда. Неужели после того, как она радостно поднялась с этого же самого диванчика, прошёл всего час?

Как всё страшно поменялось в её жизни за один час, а кремово-золотистые краски обстановки фургона остались точно такими же уютными, располагающими к приятному отдыху после трудных испытаний. Но у Хэл всё здесь вызывало раздражение, к счастью, она останется только до завтра. От этой мысли её накрыло отчаянием.

От жалости к себе Хэл икала и всхлипывала, Рэй налил ей лимонада, бутылку они оставили на столике. Но при виде пузырьков, летящих со дна чашки на поверхность золотистой пахнущей карамелью жидкости, Хэленка заплакала беззвучно, вздрагивая от приглушаемых всхлипов.

Но Рэю было не до неё. Он рассматривал рану Гришки. Под корочкой разливалась краснота, кожа припухла. Рэй провёл ладонью над плечом, из запёкшейся раны потекли капельки гноя с прозрачной сукровицей.

- Я сейчас, - выскочил за дверь Рэй.

Хэл заставила себя перестать плакать. Она ждала Рэя. Хэл стало не по себе рядом с мрачно молчавшим Гришкой. Они оба наклонились к распахнувшейся двери, но на пороге стоял бледный грустный Рихтер, а из-за его спины выглядывала розовая с припухшими блестящими глазами Зара.

- Я, а они, а я, - начала она, но все попытки оправдаться смёл вскочивший Гришка, приобнявший девушку и зашептавший ей на ухо, что-то невнятное, мягкое, доброе.

«А мне и слова не сказал, когда я плакала», - подумала обиженно Хэл.

Рихтер допил лимонад из бутылки и тяжело опустился на стул.

Вернувшийся через минуту Рэй принёс несколько влажно блестевших листьев, ловко нарезал их и приложил к плечу Гришки, завязал рану бинтом и, кивнув всем, скользнул за дверь.

- Никто не хочет находиться долго рядом с неудачниками, - буркнула Хэл, - бояться подцепить неудачливость.

- Рэй не наша нянька, - качнул головой Гришка, - давайте поспим, а завтра подумаем, что можно сделать?

- Ничего нельзя, - прошипела Хэл, представляя насмешливый взгляд тёти и её довольное «я же говорила, не поступишь», - нас откинули, как мусор с тропинки из-под ног, и в этом виноват наш наставник.

- Мы и сами оплошали не меньше, - ответил Рихтер, - первое задание было таким трудным, что моё обращение от усталости прошло впервые независимо от моей воли, даже хуже, чем в первый раз. Я полностью потерял осознанность.

- А со мной такого, как сегодня, не было и в первый раз, - прошептала Зара, отодвигаясь от Гришки, - прости нас, мы подвели тебя.

- Это я недооценил адский ярус и его влияние на оборотней, - прошелестел Гришка, глядя на свои ладони.

Хэл хотелось разорвать кого-нибудь на мелкие кусочки, но она только прошипела, чтобы закончить этот вечер всеобщего раскаяния и обсуждения их общей вины: «Спокойной ночи», - и отправилась в спальню за постельным бельём, его они с Зарой убрали в узкий шкафчик.

Уснуть Хэл не смогла, даже когда выключили свет и все затихли. Она слушала, как трава шуршит, касаясь стен фургона, тоскливо воет ветер, словно голодный пёс, комары тихонько гудят под потолком, ворочаются с боку на бок Зара, Рихтер и Гришка.

Внутри у Хэл было прохладно, но так пусто и черно, что отсутствие жара впервые не имело никакого значения. Она успокоилась, мысли утекали, как вода сквозь пальцы, образы таяли, сменяясь другими, а потом она увидела тропинку, Хэл нерешительно ступила на неё, серая каменистая земля, жёлтые стебли сухих трав, никаких деревьев, а впереди то ли белый дым, то ли серый туман.

Когда её нога в кроссовке попала в серо-белую завесу, будто что-то взорвалось внутри, и нога стала лапой, потом вторая, коснувшись тумана, изменилась, ещё несколько неловких спотыкающихся движений, и алый пёс преисподней отряхивал капельки тумана с длинной шерсти. Хэл пробежала полосу мглы и очутилась на поле, там шёл бой. Лязг, рычание и крики повторяли звуки из видения, которое она рассмотрела в костре истины, доспехи сжали тело, такие она видела только в учебниках по истории оборотней. Блестящий металл на лапах, шее, голове и спине мешал быстро двигаться, сдавливал, лишал ловкости. Зато было странное чувство защищённости. И впервые с её первого обращения она сохранила человеческое сознание, но её не волновали вопросы: кто здесь бьётся, с кем, на чьей стороне она? Желание разорвать любого в клочья трансформировалось в цель: уничтожить каждого пса преисподней, попавшегося ей на глаза!

Ударив оказавшегося на пути рыцаря головой в грудь и откинув его ослабевшее тело лапой с дороги, Хэл бросилась на поиски псов, сражаться с магами и людьми ей не хотелось. Но наткнувшись на мага в тёмном балахоне и без доспехов, она полоснула когтями по его коленям, пока он плёл заклинание, чтобы бросить в неё. Он упал и завалился на бок, а Хэл побежала дальше, небо стало темнее, из надвинувшихся туч хлынул дождь, сверкнули молнии, соединяя неровными сверкающими стежками небо с землёй, но алому псу было весело, лапы скользили по мокрой траве, льющаяся с неба вода освежала. Хэл догадалась, что странные рыкающие звуки – это её смех.

И тут она почувствовала знакомый запах горькой свежести. Хэл помотала головой, прогоняя наваждение, может быть, это запах грозы и дождя? Словно соглашаясь с ней рядом ударил гром, заглушая крики, рычание и шум боя. Хэл побежала вперёд, но там запах становился сильнее. Среди рыцарей и магов блеснуло доспехами чёрное мощное тело огромного пса преисподней. Он разбрасывал бойцов лапами, хлестал хвостом, как кнутом, поддевал алыми рогами, его золотые глаза сверкали, а запах забивал ноздри Хэл.



Ольга Шестрова

Отредактировано: 29.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: