Рыженький цветочек

Глава 4

— А что это ты уже с Грейнджер не общаешься? — лениво поинтересовалась у меня Кальвия, с задумчивым видом изучающая обложку журнала «Ведьмополитен». — К тебе наконец дошло, что ты в их троице лишняя? 

— Дошло, — я придвинулся ближе к подруге, и ухмыльнулся, увидев первую статью, которая была посвящена какому-то смазливому щеглю в нежной-сиреневой мантии. — А это вообще кто? 

— Ты не знаешь? — подруга прищурилась, и ткнула пальцем прямо в лицо улыбающемуся блондину, с которого мгновенно сошла улыбка, и на её место пришла дикая паника. Он размахивал руками, что-то кричал, а после наконец додумался до того, что можно спрятаться за границы колдографии. — Это же Златопуст Локонс, гламурный маг, от которого фанатеют все женщины магической Британии, — она тяжело вздохнула, подперев голову рукой, продолжая наблюдать за тем, как блондин опасливо высунул голову в рамку изображения. Его глаза были расширены от испуга, а волосы — всклочены. — От него мамина подруга без ума… Да настолько, что она втюхала мне парочку его приключенческих романов, которые, по её мнению, я обязательно должна прочесть. 

Кальвия за время общения со мной успела подхватить парочку фраз-паразитов, а также научилась отменно ругаться. Хотя если серьёзно, то ничего особо матерного она у меня так и не услышала. На самом деле, я старался при ней фильтровать всё что мог сболтнуть. Жизнь с родственниками меня к этому приучила, но с Кальвией я переодически забывался.

— А это не он должен был преподавать у нас ЗОТИ? — я вспомнил, что в каноне всё было именно так. Да и Молли пару раз об этом обмолвилась донельзя мечтательным голосом.

— Да, он. Но, к счастью, Дамблдор всё же пригласил более сведущего в этом деле волшебника. Потому как я не думаю, что он на самом деле такой умелый маг, скорее, он умелец по запудриванию мозгов, — а ещё мне Кальвия нравится из-за своего более чем смышлённого взгляда на всё происходящее вокруг. Умная девочка, хотя и немного наивноватая. — Ладно, давай не будем об этом Локонсе, — она отложила в сторону журнал, а после обратила на меня сосредоточенный взгляд. — Тебя же Грейнджер не послала, правильно?

— Ещё чего! Просто я вдруг поняла что для меня они совершенно лишние, и что мне нужно вариться в одном котелке с тобой, а не с этой святой троицей, — Грейнджер поначалу мне симпатизировала, но после как-то она меня медленно начала бесить, всё сильнее и сильнее с каждым разом. Даже наше помешательство на котах не спасло шатких почти дружеских отношений.

С Поттером же всё было почти также, если не считать того, что изначально я к нему отнёсся немного предвзято. Впрочем, мальчишка был на самом деле неплохим, хотя шило в заднице у него было просто огромным. Эта его любовь к геройствам меня выводила из себя, также как и его отношение лично ко мне. Почему-то Гарри Поттер считал, что я всегда буду им троим помогать, при этом не пробуя в дело это вставить свои «пять копеек». Он не считал, что меня нужно посвящать в их «геройские» дела, и видимо думал, что общаться со мной нужно только во время того, как я им помогаю. Если бы я реально был той самой Джинни Уизли, то от такого отношения мне бы было более чем обидно.

— Я рада что ты одумалась, — проговорила подруга, хмуро глядя мне за спину. — Уизли, а тебя случаем не учили, что подслушивать не хорошо? — тоном голоса Кальвии можно было бы заморозить всё Чёрное озеро. Да и я сам не удержался от того, чтобы не закатить глаза, после чего наконец обернулся посмотреть на своего непутёвого братца.

— Нехорошо говорить гадости за спиной у других, — запальчиво начал Рон, после чего я уже перекривился. Теперь он будет мусолить эту тему долго и со вкусом, каждый раз говоря о том, какая у него дефектная сестра. — Я от тебя та…

— Заткнись, Рон! Это был приватный разговор, в который ты свой длинный нос совать был не должен! И вообще, — я вдруг резко успокоился. — Если ты хоть слово скажешь Грейнджер или Поттеру, то я с огромным удовольствием расскажу маме и папе, при каких обстоятельствах ты сломал свою палочку, — я довольно улыбнулся, глядя на побледневшего Рональда.

— Ты ничего никому не скажешь, — наконец, отмер Рон, и с заметной экспрессивностью в голосе продолжил. — Или я скажу маме, как ты общаешься с этой чистокровной гадиной! — это тоже было нешуточной угрозой, Молли конечно считала, что её дочь вправе общаться с кем угодно, но, тем не менее, она была категорично настроена против других чистокровных, которые не поддерживали Дамблдора. И если Рон начнёт трепаться, то Молли даже не слишком задумываясь пришлёт мне вопиллер. Это, в свою очередь, окончится очень плохо.

— А теперь, Рон, если ты сейчас же не испаришься, то я тебе покажу, да так… — я провёл своей палочкой по горлу, но на моего брата это никакого впечатления не произвело. И он лишь начал ухмыляться. Я не видел выражения лица Кальвин, но я знал, что Рональд смог её оскорбить. Сейчас на нас уже начали посматривать в гостиной все, кому не лень. И с одной стороны это было плюсом, но с другой — бешеными сплетнями. — Хорошо, твоя взяла, — братец начал ещё больше улыбаться, чувствуя себя победителем. — Иррэкто! — сначала ничего не происходило, и Рональд дальше продолжал улыбаться, пока не почувствовал, что что-то пошло не так.

У него мгновенно зачесалось всё тело, и это было более чем неприятно.

— Ещё раз тебе повторю, Рон. Если ты хоть что-то вякнешь, то пострадаю не я — а ты. У меня знаешь ещё сколько таких проклятий есть наготове? — я встал с дивана. — И мне их не терпится опробовать, — это я говорил с мыслями о том, что Молли настучать всё же придётся. Рон с Поттером тогда так и не попали на распределение, и у них всё было чётко по канноному плану, только нашёл их не Снейп, а Дамблдор, который почему-то ни слова не сказал Молли об этом инциденте.

Неудавшееся для Рона первое сентября до сих пор напоминало о себе, стоило ему только посмотреть на свою волшебную палочку.
Оглянувшись, я подождал пока по мне подойдёт Кальвия, и мы вместе поднялись в комнаты девочек, чтобы, наконец, отдохнуть.

— Я одолжу у тебя сову?