Рыженький цветочек

Глава 15

Финальный гонг уже давно прозвучал, и чемпионы скрылись в лабиринте, проходя опасные для жизни задания. Перси знал об этом как никто другой, так как принимал активное участие в их создании. Как представителю министра, ему было позволено многое. Конечно, он не стал вторым лицом после Крауча, но некоторый вес всё же имеет, как его доверенное лицо и помощник.

Ему стоило некоторых трудов, добраться прямо до министра. Он упорно следовал своей цели, и когда приходили минуты слабости, Перси вспоминал голос и улыбку сестры, ради которой он это в большей мере затеял. Ему нужно было добраться на самый верх, чтобы иметь возможность воспользоваться всеми возможными методами поиска сестры. В том числе запрещёнными.

Ещё немного времени, лишь жалкая неделя, и Перси наконец будет иметь доступ в сам Отдел тайн, где поиски сестры заметно облегчаться. Может даже выйти, что он найдёт Джинни таким образом, и вернёт наконец в семью. Главное, конечно, чтобы она сама тоже хотела этого. Иногда он задумывался о том, что, возможно, Джинни уже не нуждается в семье, но быстро отбрасывал от себя эти мысли, ведь их малышка просто обожала Чарли и Билла. Да и когда она появилась в Хогвартсе, их отношения заметно наладились.

Они начали чаще общаться, шутить, и с удивлением Перси тогда осознал, что ему есть о чём поговорить с маленькой сестрёнкой, которая оказалась гораздо умнее, чем он думал. Наверное, в нём тогда говорила гордыня, ведь он всегда себя считал умнее Фреда и Джорджа, Чарли, и того же Рона.

Перси нахмурился, вспомнив умершего брата, и поджал губы — тогда их семья была как никогда сплочённой. Он не помнил больше момента, чтобы они все вместе без ссор собрались и почтили память брата. Горе сплотило их в тот раз, и в этот. Сначала ушёл Рон, а теперь не стало и Джинни. Единственное что радовало, так это то что она точно жива, но… Все возможные способы поисков они уже провели, и теперь оставалось министерство, а после уже самая тёмная магия из возможных.

Билл с хмурым видом как-то раз ему заявил, что ради сестры им, когда они попробуют все доступные поиски, надо будет обратиться к старику Пруэтту, который, конечно же, затребует высокую цену. Может быть даже, что он захочет кого-то из них ввести в род, но Перси был готов к этому. И даже думал о том, что сам пойдёт на это, ведь семья превыше всего. Братья не перестанут быть его братьями, а сестра — сестрой. Все они останутся всё теми же близкими людьми, чего бы им этого не стоило.

В размышлениях он даже не сразу заметил, как все чемпионы прибыли на места, только вот Поттера всё не было. Седрик Диггори, последний пришедший, быстро бежал к Дамблдору, а после остановился, и закричал, усилив голос Сонорусом:

— Гарри Поттер исчез! Притронулся к кубку и исчез, его нет!

***

Обзору мешали разбитые стёкла очков, которые он не мог снять, и текущая кровь из порезанной брови. Кровь немного запеклась, превратившись в мерзкую корку, а глаза щипало от дыма и холодного воздуха, который дул на кладбище в разы сильнее, чем на территории Хогвартса.

Хвост всё завывал, примериваясь ножом к руке, чтобы легче было её отрезать. Он никак не мог этого сделать, ему не хватало решительности, и Гарри это давало нужные крупицы времени, чтобы попробовать освободится и сбежать.

То, что дело дрянь, он понял сразу же, услышав голос Хвоста. И когда голова разорвалась болью на множество осколков, он уже ничего не мог соображать, и пришёл в себя лишь после того, как Хвост грубо срезал с его руки кусок мяса.

Магические путы немного распустились, и он смог протянуть руки к волшебной палочке, лежащей на траве. Он не мог дотянуться до неё, но очень сильно желал, чтобы она наконец оказалась у него в руке. Беспалочковая магия давалась ему с огромным трудом, но Гарри аж заскрипел зубами от напряжения, заметив, как она начала шевелится под его неумелой манящей магией.

Сколько времени он потратил на призыв волшебной палочки, Гарри не знал, зато понимал, что ритуал уже подходит к концу, ведь Хвост всё же смог расстаться с так лелеемой конечностью. Он сейчас бережно шептал заклинания над своим обрубком, часто всхлипывая.

Гарри тихо освободился от пут, а после решительно направил в спину Хвоста палочку, произнеся короткое:

— Авада Кедавра! — Питер замертво упал на траву около огромного котла, и Гарри, не мешкая, побежал в сторону кубка, лежащего за одной из могильных плит. Когда он услышал голос Волдеморта, переродившегося, его рука уже тянулась к кубку. И когда голос твари раздался над кладбищем ещё громче, Гарри наконец переместился, оказавшись прямо посреди квиддичного поля под взглядами множества зрителей.

***

Мы сидели друг напротив друга — я и Том, напряжённо прислушиваясь к своим ощущениям. Что-то внутри меня натянулось как струна, какое-то непонятное чувство, будто в мире появился ещё кто-то близкий. Это чувство было слабым, и я б не придал ему значения, если бы Риддл вдруг резко не нахмурился.

— Что это значит? — я прислушался к себе, отмечая, что это чувство лишь усиливается. Риддл взглянул мне в глаза, а после с уверенностью заявил:

— Ничего такого, что нельзя было бы решить.

— Нет, ты меня не понял — я хочу знать, что это значит!

— Ты достаточно умна чтобы самой всё понять, — он ответил это мимолётно, а после, поднявшись из-за стола, продолжил: — Поэтому прямо сейчас ты идёшь к себе и не задаёшь мне дурацких вопросов. Считай, что у тебя сегодня незапланированный выходной, — я лишь фыркнул ему в ответ, тоже поднявшись, а после направился к двери, заметив какое упрямое выражение проступило на лице Тома — это значило, что он мне ничего не скажет. Поэтому мне придётся самому догадываться, а если точнее — то просто вспоминать события канона, которые должны были произойти в это время.