Ржавое золото

Размер шрифта: - +

Пятнадцать

***

- А теперь я! Теперь я! Ох, что сейчас будет!

***

Помянув имя Арзауда, Матильда оказалось посреди просторного зала, освещенного множеством гнилушек. Когда-то это была резиденция одного из подземных королей, которого Арзауд успешно сверг с престола, а теперь его личная. Кое-где еще сохранились остатки былой пышности: колонны горного хрусталя, пара украшенных изумрудами светильников да трон из огромного золотого самородка. Но колонны были исцарапаны, светильники давно погасли, а королевский трон был устлан мхом и листьями, дабы сидеть Арзауду было помягче.

В тысячные Арзауд выбился из простых леших и потому при случае любил подчеркнуть, что все эти хрустали-самоцветы ничего не стоят рядом с хорошей, яркой гнилушкой. Арзауд был поэтом по натуре и теперь, восседая на троне, предавался сладким грезам о блаженной поре листопада, когда шорох опадающей листвы так чудесно гармонирует с печальными криками птиц...

Рыжеволосая мегера внезапно разрушила эту идиллию.

- Арзауд?! - громко спросила она у дремлющего владыки.

Арзауд раскрыл изумленный глаз, обозрел гневное лицо Матильды и с досады покрылся налетом плесени.

- Кто впустил сюда эту бабу? - проскрипел он.

Бывшее до этого бледноватым лицо Матильды порозовело:

- Да ты еще и невежа?!

Арзауд вытянул одну из множества своих рук-сучьев, и тотчас с нее упала змея, чтобы ядовитой стрелой ринуться к ногам Матильды. Матильда презрительно усмехнулась, набрала в грудь побольше воздуха… и со всего маха опустила рубель на подползающую гадину. От змеи осталось мокрое место.

Из-за трона высунулась нечто лохматое и пискнуло испуганно:

- Матильда!

Белая плесень исчезла со лба Арзауда, из-под коры вылезли три чахлых подснежника:

- Матильда? Та, что в свите Срединного? Очень интересно! Где же Контанель?

Матильда перехватило рубель поудобнее:

- Тебе не достать, пень трухлявый!

Арзауд недовольно сморщил кору:

- Зачем ругаешься, женщина? Твоему слепому взору недоступно зрелище струящихся во мне жизненных соков, мне всего лишь триста лет!

- Ах ты, колода гнилая!

- Почему это Срединное отродье здесь?! - неожиданно тонким голосом взвизгнул Арзауд. - Лысый!

Из-за трона снова высунулась нечто лохматое и пролепетало:

- Прости меня, повелитель, я промахнулся, вместо Контанеля лошади сшибли эту женщину…

- Очень хорошо, но почему она здесь?!

- Рене превратил ее в призрака.

Арзауд встал с трона во весь свой огромный рост, гнилушки заколебались, и чудовищная тень на полу угрожающе колыхнулась.

- В призраки? Ха-ха-ха! - смех повелителя эхом заметался под сводами зала. - Всего-то?

Гнилушки слетели со стен, роем закружились вокруг Матильды, из отдаленных углов полезли какие-то пни, коряги, ворохом высыпали грибы-поганки...

- Мерзость! - Матильда обвела зал полным ненависти взглядом.

Огнемет! От струи огнемета они не вспыхнули бы ярче, чем от ее взгляда! Истошный вой потряс стены, злосчастные создания корчились в огненных языках, поспешно бежали те, кто избежал смертоносного взора, а сам Арзауд невольно попятился, испуганный неведомый ему силой.

- Кто ты? - прохрипел он.

- Я - женщина, у которой ты отнял надежду!

Гигантская туша Арзауда, раскачиваясь, теряя на ходу сучки и куски коры, устремилась к выходу, но, настигнутая гневными глазами мстительницы, завертелось на месте, вспыхнула и, наконец, с треском взорвалась, расшвыривая в стороны горящие щепки. Арзауду пришел конец.

Быть может, сыграло роль то обстоятельство, что ослабла сила демона - ведь от Луны осталась лишь ущербная половинка, а может быть, заряд ненависти Матильды был непобедимо могуч, но результат один: догорала, потрескивая, погибшая нечисть, разбежалась уцелевшая, откуда-то доносился жалобный разноголосый вой, дым торопливо уходил в отдушины под потолком.

- О, подлая и мерзкая... - раздался голос позади Матильды.

Мгновенный поворот, удар (пригодились-таки навыки Стальной Молнии!) - и посыпались осколки хрустального зеркала. Тильда еще не вышла из воинственного ража и озиралась: не объявится ли новый противник. Противника пока не было, а из-за трона почтительно пропищало:

- Вас отвратительный просят…

- Чего он просит? - прорычала дева.

- Поговорить им с вами надо, - пояснило из-за трона.

- Ну, слушаю! - Матильда опустила рубель.

На сей раз изображение осторожно возникло в самом дальнем углу зала.

- О, подлая и мерзкая…

- Ты чего ругаешься, облезлый? - перебила его дева.



Алина Болото, Elena Kulinich

Отредактировано: 13.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться