"С любовью, Шанель"

Размер шрифта: - +

Глава 1

Глава 1

 

Эта история началась девятнадцать лет назад, когда я, будучи пятилетней девочкой, вынуждена была отправиться с родителями в холодную и серую Россию. Родившись на окраине Парижа и воспитываясь коренной парижанкой, что я могла знать об этой далекой стране? Ровным счетом ничего, за исключением того, что это была Родина моего отца. Молодым художником он покинул родной Красноярск и поехал в столицу Франции за вдохновением и хоть каким-то заработком, потому что в русской обители его гений не был оценен по достоинству. Картины папины особым успехом не пользовались, но он не сдавался, особенно когда познакомился со своей будущей женой, моей мамой. Она его вдохновляла, верила в него бесконечно, и отец расцветал, посвящал маме все свои этюды и верил в то, что его талант просто нужно раскрыть, а на это необходимо время. Однако, время проходило, родилась дочь, которую назвали в честь самой известной женщины Парижа-Шанель, семье требовались средства на существование, а их не было. Мама шила костюмы, но до таланта обожаемой Коко ей было далеко, хотя мамины платья и пользовались успехом. Пришлось устроится еще и простой швеей, что огорчало маму и нервировало папу. И они приняли важное решение-вернуться в Красноярск.

Тогда-то и произошли два важных события. В Красноярске я познакомилась со своим родным дедушкой, единственным родственником кроме мамы и папы, пилотом с многолетним стажем. И тогда же впервые села в самолет. Свои ощущения от того полёта я не забуду никогда-это было невероятно, сумасшедше, сплошное удовольствие. Спускалась с трапа я с горящими глазами и еще неделю ходила под впечатлением. С тех пор, когда всех маленьких девочек спрашивали, кем они хотят стать, кто-то отвечал принцессой, кто-то доктором, кто-то снежинкой, я четко отвечала, что буду летчиком, как дедушка Боря. Родители сперва посмеивались и не предавали моему увлечению авиацией особого значения. Тем временем я росла на дедушкиных историях про небо, самолеты, жизнь пилотов, бортпроводников и стюардов, и все сильнее убеждалась в своем стремлении пойти по его стопам. И вот когда после десятого класса я тайком подала документы в Красноярский авиатехнический колледж, мама смеяться перестала. Она никак не могла взять в толк, что я такое удумала. Мама видела меня дизайнером, на худой конец моделью, благо и внешность, и рост позволяли, но творческого начала во мне кот наплакал, очевидно сыграла свою роль древняя фамилия-Кошкина. В общем, когда выяснилось, что я поступила и буду второй девушкой на курсе среди парней, уже оба родителя схватились за голову. Отец до той поры тоже относился ко всему этому с неким снисхождением. Он, наконец, умудрился добиться хоть какого-то признания, ему отдали место в галерее Красноярска, и он готовился к своей первой в жизни выставке.  А тут я со своим подарком. Но время мамой и папой было упущено. Я видела цель, свою мечту и шла к ней семимильными шагами. Идеальная учеба, идеальное здоровье, лучшее поведение –меня ждало будущее, к которому я готовилась очень давно. Международные авиалинии, большой мир и небо, которому я отдала свое сердце еще маленькой девочкой.

Закончив Красноярский авиатехнический колледж гражданской авиации, потом поступила в Красноярский филиал «Санкт-Петербургского государственного университета гражданской авиации», который окончила с отличием в прошлом году. К сожалению, сексизм в России оказался чересчур развит, а в моей среде особенно - пилотов-женщин можно было сосчитать на пальцах одной руки. Я категорически отказывалась прощаться с мечтой и делом жизни, поэтому согласилась просто на стюардессу, да и выбора особо не было, надо же с чего-то начинать. Волосы собирала в пучок на затылке, носила каблуки не выше пяти сантиметров, училась открывать дверь самолета и правильно заваривать кофе, останавливать кровотечение и подавать бокал шампанского. Училась не бояться высоты и улыбаться, а еще - быть доброй всегда, даже когда нет ни минутки, чтобы присесть и перевести дух. Это нужно было приносить с собой на самолет, да и вообще никогда не выкладывать из сумки, как теперь я никогда не выкладываю красный фартук, платок или желтый жилет. Ведь на самом деле, это совсем несложно - хорошо относиться к людям, которые несколько часов летят рядом с тобой в самолете. Но все это пришло лишь с опытом. Было и сложно, и рыдала, и ноги распухали от долгого стояния и сердце замирало, когда впервые из-за сильного дождя в крыло самолёта попала молния. И переживала, когда пассажиры в ужасе спрашивали: «Девушка, что это было?!». И успокаивала их, рассказывая, что самолет оборудован специальной защитой, что все в безопасности и паниковать не стоит... Но, конечно, сама тоже испугалась! Но потом попривыкла к подобным вещам. В форму втиснулась с трудом, не потому что была полной, а потому что уж слишком облегало. Старалась не путать, что под красную форму нужно надевать светлые колготки, под синюю - темные. И ни в коем случае не наоборот! Обязательно нужно носить бейджик и платочек. Никаких больших сережек, бриллиантов, пафосных часов и прочего. Но ради мечты я терпела и вознаграждалось все это хорошим заработком, и продвижением по службе.

Складывалось оно из многих факторов, которые в совокупности назывались «личным вкладом»: если на тебя нет жалоб, зато есть благодарности, если у тебя английский на пятерки-четверки (мы регулярно сдавали экзамены) - за все это давались надбавки. Каждые полгода мы проходили медкомиссию, каждый год - экзамен по английскому, сервису и - тренажеры. На них мы отрабатываем аварийно-спасательные работы. Кстати, больше всего в нашей работе мне нравились отпуска (после самих полетов, разумеется) –семьдесят четыре дня отдыха это вам не шутки. Ну и, конечно, самое важное, учитывалось, сколько ты налетал часов. Чем больше твой «личный вклад», тем быстрее тебя переводили на большие самолеты - тогда ты будешь летать не «развороты» (короткие рейсы туда-обратно), а длинные «эстафеты», когда платят и суточные, и командировочные, и на экскурсию по городу времени хватает. Таких полетов я уже достигла и очень этим гордилась. Впереди была развилка карьеры – меня могли сделать старшей бортпроводницей или инструктором.  А оттуда недалеко и до второго пилота. Словом, к своей цели я шла упорно, прошибая лбом и упорством все преграды, которые вставали у меня на пути.



victoriza

Отредактировано: 25.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться