С небес на землю

Глава 10

Будучи Ангелом, я никогда не задумывалась о смерти как таковой. Я смотрела на умирающих со стороны и никогда не представляла на месте них себя или кого-то другого. Мне всегда казалось, что это естественный и необходимый процесс жизни людей на Земле – рождение – жизнь – смерть. Смерть я всегда принимала за необходимость. И вот теперь, находясь по другую сторону «баррикад», я понимаю, что боюсь смерти. Боюсь, что Алекс не выживет. Боюсь, что могут убить меня, и вместе со мной наших детей.

Операция длилась уже третий час, и я послушно сидела под операционной и просто молилась и ждала. Из брюшной полости Блэка вынимали пулю. За время ожидания мне в голову приходили разные мысли – от самых мрачных, до более-менее позитивных. И самой последней из них была мысль о смерти. Что я буду делать, если потеряю его? Я не знала ответа на этот вопрос, я просто не хочу жить без него и все тут. Но смогу ли я позволить себе уйти из жизни следом за ним, ведь теперь я отвечаю не только за себя?

Меня начинает клонить в сон. Нужно выпить кофе. Я иду к автомату и покупаю у сидящей рядом женщины-санитарки жетон. Заказываю экспрессо. Алекс любит эспрессо... Немного горьковато, но сейчас – это то, что надо.

Уже поздний вечер и больничный шум немного стихает, хотя и не прекращается совсем. Я слышу, как на приемном каждые две минуты звенит телефон, как гремят проезжающие мимо меня тележки-носилки, как разговаривают между собой люди, ожидающие своих родственников и друзей. Все звуки начинают сливаться для меня в единый гул. И, несмотря, на этот гул и выпитый кофе, я, уставшая, засыпаю на скамейке в коридоре.

Я снова лечу! О, Боже, какое же это приятное и давно мной забытое чувство свободы, независимости и легкости! Я чувствую в своем теле необычайную легкость и взмахиваю руками как крыльями, ускоряя темп полета. Какой прекрасный сон... Стоп. Это не сон. Меня охватывает ужас, когда я понимаю, что лечу на Небеса. С учетом того, что со мной происходило в последнее время, я перестала доверять им, как, впрочем, и они мне. Что они хотят от меня в этот раз? Зачем вызывать меня, если я все равно не поддамся ни на какие уговоры? Что-то здесь не так... Они решили сменить свои радикальные меры на более мягкие? Не думаю.

Я оказываюсь на своей любимой ромашковой поляне. Я сажусь посередине поляны и провожу рукой по ковру белых мелких цветков. Здесь у меня создается иллюзия спокойствия. Теперь-то я понимаю, что это именно иллюзия и ничто другое.

– Здравствуй, Джаника! – этот голос звучит до боли торжественно и тщеславно, я оборачиваюсь назад – Манима стоит рядом и снисходительно смотрит на меня сверху вниз.

– Манима, – я только киваю головой в знак приветствия.

– Как же недолго пришлось ждать того момента, когда тебе понадобиться наша помощь, – Манима качает головой и садится рядом со мной. Как это понимать? – Мы решили, что убийство, для Ангелов, вещь достаточно серьезная и решили подождать, пока до вас не доберутся Демоны. Ты понимаешь, о чем я?

– Я понимаю, – кажется, до меня начинает доходить. – В любом случае, ваши действия я расцениваю, как подлые и низкие, не достойные настоящих Ангелов, – мне хочется задеть его побольнее и, кажется, мне это удается.

– Что ты знаешь о том, чего мы достойны, а чего нет, – его лицо искажается от злости. Манима слегка повышает голос, но сразу же берет себя в руки. – Ты – уже не одна из нас, и никогда ею не станешь, – теперь он хочет уколоть меня, но я не поведусь на это.

– И за это я благодарю Бога каждый свой день, проведенный на Земле, – парирую я. – А еще молюсь о том, чтобы никогда сюда не возвращаться!

Архангел презрительно усмехается, словно не верит мне. Ну что ж, мне абсолютно все равно.

– Ладно, сейчас я хотел поговорить не об этом, – к нему снова возвращается его надменный тон. – У нас к тебе предложение.

Я вопросительно смотрю на Маниму. Он нарочно останавливается, чтобы пробудить во мне интерес, а также для того, чтобы подчеркнуть важность своего предложения. Я молча жду, притворяясь, что меня мало интересует то, что он хочет сказать. Так или иначе, он продолжает.

– Я хочу предложить тебе избавиться от детей, в обмен на жизнь твоего Демона.

– Что? – я вскакиваю. – Но он... он... – я начинаю задыхаться от злости. – Он еще жив! Он ведь еще не умер? Он жив! Он жив! – я перехожу от яростного крика на тихий шепот. Он не может умереть. Нет. Нет. Нет.

Я закрываю руками лицо, чтобы Манима не видел в каком я отчаянии. Как точно они все рассчитали. Жизнь за жизнь. Я чувствую такую ненависть к стоящему передо мной Архангелу, а также всем Небесам, что мне хочется разорвать все вокруг в клочья. В отчаянии я только топчу ногами ромашки. Меня переполняет ярость и страх одновременно. Я должна принять правильное решение. Я пытаюсь успокоиться и освободить голову от ненужных мыслей. Постой... Обещать что-то, не значить сделать это...

– И как я должна буду от них... э-э-э... избавиться? – я заикаюсь, у меня словно ком в горле, когда я произношу это страшное слово «избавиться».

Сказать, что Манима доволен собой, не сказать ничего. Он сияет, в его глазах искрится победа. Теперь он уже с жалостью смотрит на меня.

– Можешь сама решить, Джаника. По-моему, аборт – это самый лучший способ. Ты же человек, поступи как поступают многие люди, когда не хотят рождения ребенка.

Я стою в ступоре и пытаюсь сообразить, могу ли я пообещать ему это, а потом не выполнить свое обещание.

– Я же говорил тебе когда-то, что быть человеком – сущее наказание, – он прерывает свой монолог, словно слышит какой-то слышный только ему звук. – О! Идем, я покажу тебе кое-что, чтобы ты быстрее приняла свое решение, – Манима хватает меня за руку и тащит за собой вниз.



Виктория Романова

Отредактировано: 07.04.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться