Sabbatum. Инквизиция

Размер шрифта: - +

Щедр на эмоции

Как только я передал очнувшуюся Мелани Ною и Еве – несчастная Мел была сильно напугана и ничего не понимала, озираясь вокруг перепуганным котенком и цепляясь за нас, как за последних своих защитников, - мы со Стефаном начали убираться в квартире колдуна.
Всё это было похоже на лихорадку и бред. Сжигая тело Химеры, которое явно был уже без души, мы попутно убирали кровь и любое Инквизиторское вмешательство. Квартира была переполнена магией, поэтому вычленить наши следы невозможно, и все-таки мы перестраховывались.
- Не заходи туда!
- Почему? – Я уже открыл дверь и практически вошел.
- Там террариум.
Я поморщился и все-таки заглянул: комната была переполнена стеклянными боксами, в которых ползали и сворачивались черные гадюки.
- Как ты думаешь, они уже обрядовые или еще простые?
- Да кто их знает! Это либо у колдуна надо спрашивать, либо у змей.
Мы оба брезгливо закрыли комнату.
- Как думаешь, быстро хватятся?
- Судя по тому, что я слышал от учеников, думаю, быстро.
- Откуда малолетки прознали про эту квартиру?
Стефан пожал плечами. 
- Думаю, этот колдун подкатывал к ним. Сам знаешь, как юные инициированные любят поиграть в черных магов. А Химерам это на руку.
- Ладно, пойдем отсюда.
- Я в Саббат не пойду. 
Я удивленно воззрился на Стефана. Хмурый, печальный, он напоминал большую грозную тучу.
- Светоч запретила. Не имею права ослушаться.
- Понял. Я поговорю с Реджиной. Думаю, она согласится тебя вернуть. Она давно уже планирует это сделать. Да и все равно сейчас к ней идти. 
А идти к ней надо. Я, наконец-то, определился, и мне нужно было к Реджине не потому, что она Светоч и должна знать, что произошло, хотя уверен, что Ева все и так рассказала, - мне нужен был один ответ. Один короткий, простой ответ, который могла дать мисс Хелмак.

Явившись в Саббат, я летел на всех парах в кабинет директрисы. Один вопрос – один ответ.
Постучавшись в дверь, услышал довольный голос Реджины: «Входи».
- Мог и не стучаться. Твоими мыслями можно двери вышибать!
Она самодовольно развалилась в кресле и курила свою сигарету в мундштуке.
Мне и озвучивать вопрос не надо. Просто стою, как дурак, в ожидании, чуть улыбаясь в предвкушении ответа.
- Я же тебе говорила, что все ответы у тебя под носом. Все ждала, тугодум этакий, когда у тебя в голове тумблер щелкнет спросить. Ну, давай, спрашивай? Не все же мне делать за тебя!
- Я ей нравлюсь?
- Нет, у тебя реально что-то в голове замыкает. – Она недовольно затягивается. – Нет, ты ей не нравишься.
От этой фразы я чувствую себя сбитым с толка. Не это я хотел услышать.
- А ты задай вопрос как следует, чтобы услышать ответ!
- Она любит меня? – Я произношу это тихо и неуверенно, потому что вопрос намного глубже, чем «нравлюсь ли ей я».
- Любит. 
И чувствую себя победителем. Я уже не могу справиться с расплывающейся улыбкой на моем лице. Сердце выдает кульбиты и странные дикие танцы внутри.
- Даже больше скажу. Кевин был лишь предлогом, чтобы отвлечься от тебя. Жалко мальчика, потому что она ему действительно нравится.
- Где она сейчас?
- В Китае.
- Где? – Я не верю услышанному. Непостижимая девчонка! Ее чуть не растерзали, она в Китай сбежала.
- Побыть одна хотела. Похоже, тот домик ее успокаивает.
- Спасибо!
Я благодарю Реджину всей душой, всем существом и любовью. Хочется смеяться и вытворять безумства! Например, кинуться к Светочу и расцеловать в обе щеки.
- Но-но! Без этого. Иди уже к ней, Ромео.
Я практически кидаюсь к выходу, как вспоминаю про Стефана и торможу.
- Что еще?
- Стефан. Реджина, верни его, пожалуйста.
- Уже сделала запрос на Начало. Ева до тебя просила. – Реджина надела очки и уткнулась в какую-то бумагу, явно показывая, что я ей больше не интересен. – Завтра его вернут к нам. Иди к Мелани, жду вас через час на ужине. Мне уже осточертел наш полупустующий стол.
- Спасибо. - Я выхожу из кабинета. В коридоре понимаю, что не в силах спокойно идти, поэтому перехожу на бег и проношусь мимо удивленного Курта.
- Что-то случилось? – кричит он мне вдогонку.
- Нет. Все хорошо! – да все просто отлично, брат! Я, кажется, начинаю заново жить.
Путь до нужной двери подземелья проносится мимо меня одним сплошным пятном. И то мне кажется, что это слишком долго.
Я чувствую внутреннее нетерпение и покалывание ладони, когда нахожу нужный портал. Перед самой дверью сердце замирает. И вот я выхожу в до боли любимое и знакомое место – плавучий домик все так же прекрасен и тих. Плеск воды, свежий воздух, зелень по берегам и она, жалким комочком, сидящая у схода на воду прямо на полу. Я заметил, что она переоделась и волосы чуть влажные, пушатся и вьются в завитки. Руки спрятала в рукава, да и сама Мелани будто хочет исчезнуть в своей одежде.
Весь ее вид отзывается во мне болью и желанием успокоить. Боже! Я чуть ее не потерял сегодня.
- Мелани.
Она вздрагивает и смотрит на меня большими красивыми глазами. Всё. Я не в силах сдерживаться. Почти грубо поднимаю ее с пола и целую, вжимая девичье хрупкое тело в себя. Готов раздавить в объятиях от нахлынувших чувств и страсти. И снова этот ток, эта магия, как тогда, на чердаке. Она судорожно всхлипывает и запускает руки в мои волосы, прижимаясь сильнее, насколько возможно. Стоять неудобно: Мелани ниже меня практически на голову, поэтому я отрываю ее от земли, обхватывая поудобней, чтобы она теперь была выше. Не знаю, сколько проходит времени, когда наша страсть переходит в нежность. У нее волшебный вкус. Можно упиваться бесконечно.
Она отрывается от меня и смотрит в глаза, ища ответ на свой вопрос. Мелани смущена и озадачена. Девушка не в курсе, что я только что от Реджины, которая с удовольствием выдала мне ее чувства.
- Ты как? – Я ставлю ее на пол, но не отпускаю от себя. Просто глажу по волосам: они такие пушистые, мягкие. Мелани смущенно кивает, пряча глаза и заливаясь румянцем.
- Ничего. Нормально…
И это говорит та, которая побывала на экзорцизме, а потом была утащена в другую страну Химерой для обряда. Я обреченно вздыхаю и обнимаю Мелани, привлекая к своей груди, чтобы зарыться носом в ее волосах.
- Черт! Я испугался за тебя. Думал, что не найду…
- Но ведь нашел.
- Да, теперь нашел. – Я закрываю глаза и наслаждаюсь безмятежностью и тихим счастьем. Вот оно! Давно я такого не испытывал. Только Мириам могла так успокаивать меня. – Мел?
Она стоит в моих объятиях и не двигается. Я знаю, девушка чувствует то же самое, что и я. Но нужно задать вопрос.
- Мел, ты будешь со мной встречаться? 
Она отрывается от меня и удивленно смотрит в мои глаза. Чувствую себя дураком.
- Ведь так люди предлагают друг другу отношения? – Наверное, я выбрал глупую формулировку. А как ей донести мое желание быть рядом с ней?
- Не знаю, как люди предлагают отношения. – Она говорит так, будто я спросил, как пройти по данному адресу. - Но я согласна.
И снова чувство радости разливается по телу. Хочется кричать, и смеяться, как в детстве. Но вместо этого целую. Девушка сразу же отвечает мне. Потрясающее ощущение!
Путаясь в ее волосах, наслаждаюсь доступом к ее телу, глажу её по спине, по изгибу талии, по рукам. Она перехватывает мою кисть. Хм… Необычное ощущение ее тоненьких остреньких костяшек между моими пальцами. Мы прекращаем целоваться, прижавшись лбами друг к друг и смотря в глаза. Она улыбается. Смеется.
И тут замечаю, что Мелани дрожит.
- Тебе холодно?
- Немножко знобит… Наверное, устала.
- Да, сегодня день просто щедр на эмоции.
Она смеется тихо, прячась у меня на груди. Хм… Теперь я понимаю, для кого был создан. Мои руки, ноги, грудь, голова – всё для того, чтобы держать Мелани в объятиях и не отпускать. Я нужен Мел, а она нужна мне.

Перед ужином мы, обнимаясь, поднялись в спальни к себе. Мелани что-то понадобилось в комнате у себя, я же хотел принять душ и переодеться. Времени как раз должно было хватить.
Саббат, словно наш заговорщик, никого не выпустил нам навстречу: наслаждаясь объятиями, заглядывая друг другу в глаза, мы дошли до дверей никем не замеченные. 
- Не жди меня, я спущусь чуть позже. Хочу помыться и переодеться. – На мне еще были пятна от крови колдуна.
Я прильнул к ее губам, наслаждаясь мягкостью и податливостью. Запах тела Мелани будоражил меня. Не хотелось отрываться и покидать ее, даже на минуту. Вместо того чтобы уйти, она замешкалась у входа.
- Ты чего?
Румянец залил ее щеки. Интересно! Я молча ждал ответа. 
- Я… просто хотела посмотреть, где твоя комната, – выпалила она, будто призналась в чем-то плохом. А я засмеялся. Как это мило! Эта детская наивность обезоруживает меня.
- Вот, - я указал на дверь на противоположной стороне, через две комнаты от нее. – Обращайся в любое время.
Но внезапно на ее лице появилось удивление:
- Так это был ты?
- Что? – Я не понимаю, о чём она.
- В первый день, когда я приехала в Саббат, кто-то подсматривал за мной из-за той двери.
О, черт! Я и забыл.
- Так ты заметила! – Теперь уже меня накрыл стыд. Поэтому, закрыв глаза, я сжал переносицу, сконцентрировавшись на воспоминаниях о том дне. Это было так давно! Я считал ее чудовищем, ожидая внезапного удара или нападения. – Я просто хотел посмотреть на тебя.
- Посмотреть? – спросила она, хитро заглядывая в глаза, будто знает намного больше. 
- Ну, хорошо. Я не доверял тебе. Прошу прощения. - Она продолжала хитро смотреть и улыбаться. А ей ведь задолжал! - И да, прошу прощения за тот случай в гостиной. И еще прошу прощения за то, что злился, за то, что пытался извиниться, бегая по замку и пугая тем, что хотел это сделать наедине. Я, вообще, очень плохо себя вел.
И она засмеялась! Чудеснейший звук. Невероятная улыбка. Я любовался ей.
- Ты так сказал, будто нашкодивший ребенок.
- Можешь заняться моим воспитанием.
И снова смех. Я целую губы любимой, осознавая счастье, что могу позволить себе это.
- Ладно, Мелли, - целую в макушку, вдыхая аромат волос, которые вкусно пахнут шампунем. – Пойду. Встретимся на ужине. 
Она отступает от меня. Всё моё существо бунтует. Однако зацикливаться нельзя. Это слабость. Пора заняться делами.
Поэтому я разворачиваюсь и ухожу к себе.
Душ смывает страх и переживания сегодняшнего дня, оставляя лишь предвкушение радости и безмятежного счастья. Гладко выбрившись и нанеся одеколон, я вновь почувствовал себя человеком. Даже больше – сверхчеловеком. Надев свежую рубашку, я кинул взгляд в зеркало.
Неплохо. Но чего-то не хватает. Темно-синий всегда мне был к лицу. Когда мы попали в Саббат и получили первый доступ к деньгам, Мириам сразу же накупила нам вещей, притом дорогих, непозволительно для прошлой жизни. Старую одежду сожгли; Мирра тогда сказала, что сделает всё, чтобы не возвращаться в дыру, что мы будем есть, как короли, одеваться, как короли, жить, как короли... 
С тех пор я имею слабость к дорогой одежде. Как там Ева обозвала меня, «мистер Вселенная»? Очень может быть. Для мальчишки из неблагополучной семьи, чья мать была алкоголичкой, это еще один способ самоутвердиться.
Взгляд невольно падает на фотографию сестры на тумбе. Мелани бы ей понравилась, очень. Она бы радовалось, что я наконец-то влюбился. 
Ну, всё. Я готов. 
Спустившись в зал, я увидел всех кроме Мелани, которая всегда сидела напротив Кевина. Ужин был в самом разгаре. Странно, она уже давно должна быть здесь.
- Слышал, что Стеф возвращается, - это был Курт.
Я кивнул в ответ.
- На вас напали. Почему ты не взял меня? Я бы помог. – Кевин злится, как обиженный мальчишка.
- Как? – увеличил бы силу клинку Стефана? – Мы даже не дрались. Все сделал Стефан за нас.
Он недовольно опускает глаза в свою тарелку.
- Мелани была вся в крови.
При звуках имени любимой в исполнении Кевина во мне поднимается огнем ревность, но я ее тушу, не давая разгораться. В конце концов, парень беспокоится. Надо будет всем как-то сообщить о нашем с ней новом статусе. Я невольно кидаю взгляд на Реджину и замираю: Светоч сейчас похожа на испуганную кошку, того гляди и зашипит. Она смотрит с ужасом и отвращением на потолок, вся собранная, сжавшаяся, ее руки неестественно напряжены, и кажется, будто сейчас набросится на кого-то.
- Реджина? – Артур смотрит на застывшую сестру. И все обращают внимание на нее. Никогда Реджину не видели такой!
- Артур, живо к Мелани. 
Меня словно ледяной водой окатили. Я взвиваюсь с места и иду за Артуром. Слышу, как сзади все тоже встают и спешат за нами.
Пока шли до ее комнаты, меня накрыла паника. Наверное, Мелани вспомнила всё. Но я не мог поверить этому. Нет, Мелани, не надо. Я не готов...
Но открывшаяся дверь показала другую картину: не злую разгневанную девушку, которая ненавидит всех нас и меня в первую очередь.
Сначала я не понял ничего, пока не услышал хрипы из ее горла. Мелани сидела на полу, откинувшись к кровати спиной и закинув голову назад, глаза закатились, из горла шел хрип, но еще больше пугала не поза, а то, что она рукой расцарапала себе в кровь горло и грудную клетку, будто ей не хватало воздуха.
Артур кинулся к ней, обхватил ее голову и помог поднять, чтобы она посмотрела на него.
- Мел? Мелани?
То, что вырвалось из нее, испугало даже меня. Из ее маленького хрупкого существа донеслось клокочущее рычание монстра. 
- Ты пила кровь? Мелани, ты пила кровь? – Артур тряс ее за худенькие плечи, выпытывая ответ.
- Она одержима… - донесся сзади меня испуганный шепот Евы. 
- Нет. Еще нет. Я слышу ее мысли. - Реджина рукой загораживает вход в комнату, чтобы мы не вошли туда и не мешали. 
- Мелани, ты пила кровь? 
Мелани словно пришла в себя и заплакала, скуля и стеная. Артур стоял и смотрел на лежащую у его ног девушку.
- Химера не закончила обряд, но инфицировала ее. 
- Артур, что нам делать? 
- Нужна настойка на святой воде из корня валерианы, вербены и лаванды. Если успеем, то мы еще можем спасти ее от превращения в одержимую. Но слишком много времени упустили.
У меня за спиной послышался ропот.
Тут Мелани простонала:
- Рэй… - и я кидаюсь к ней, расталкивая всех. – Рэй…
- Я тут! - Я беру ее лицо в руки и чувствую, как она вся пылает, горит, будто в лихорадке.
Она смотрит на меня умоляющим жалобным взглядом, прерывисто дышит и плачет. Я ощущаю, как горит ее оцарапанная шея, поблескивая на свету струящейся кровью.
Тут ее скручивает спазм, словно кто-то ломает куклу: тело выгибается в страшной неестественной позе с диким криком, от которого волосы встают дыбом.
Это приводит всех в чувство. Тут же грохочет крик Реджины:
- Что все столпились? Живо отсюда! Ева, на кухню за настойкой. Курт, за святой водой. Остальные все в гостиную! Выметайтесь! Рэй, оставайся с Мел!
Реджина практически выталкивает всех магией. А я пытаюсь справиться с конвульсией Мелани, ощущая, как проносится нереальный спазм боли, от которого она кричит всем своим существом, а я ничего не могу сделать.

***
Мне больно так, будто ломает каждую кость, будто кто-то поджег мою кровь, так что вены стали огненными. Я визжу, плачу, кричу. Ломает.
Единственный, кто нужен мне - это Рэй. Ближе него у меня никого нет. Боль резко отступает, я чувствую, что не могу больше. Пытка. Шепот, мерзкий смех разносится рядом. И вместо Рэя вижу существо, состоящее из змей и червей, в котором всё извивается, скручивается в кольца, и оно ползет на меня.
Я визжу, отбиваясь, пытаясь отползти. Но тело не слушается. Закрываю глаза и слышу спасительный голос любимого: «Мелани, это я! Это я! Никого здесь нет! Пожалуйста, борись. Слышишь? Борись!»
И снова меня ломает, так что даже отрывает от пола. Каждый сустав сводит, а внутри в желудке что-то двигается. Не могу дышать. Хватаюсь за горло, пытаясь скинуть петлю, но не получается.
И снова отпускает.
- Рэй! Убей меня, пожалуйста, не могу больше. - Наверное, я это все-таки прошептала. Потому что, открыв глаза, вижу бледное лицо Оденкирка, который не знает, что сказать. Тело бросает в жар, будто в лихорадке, что всё вокруг расплывается. Никак не могу сфокусироваться на бескровном белом пятне, которое похоже на бледную размытую луну – Рэй…
- Настойка! – долетает откуда-то голос Евы. В комнате темно, вокруг меня ходят тени. Их много, будто вокруг толпа стоит и все смотрят на меня.
Кто-то открывает мне рот и льет горькую прохладную жидкость. Я глотаю, потому что вымотана, во мне нет сил бороться. Я жажду умереть. 
Как только влага попадает внутрь, я снова чувствую шевеление в желудке и писк в ушах. Резонирует. Глушит. Режет мой мозг. Где-то в сердцевине глазного яблока зарождается слепящая боль. Я уже не кричу, стону. 
Слышу голоса предельно четко и ясно. Даже громче обычного. 
- Что нам делать, Артур? 
«Рэй испуган», - проносится в голове.
- Молиться! Либо она сегодня умрет, либо выживет. А сейчас раздевайте ее - и в ванную. Будем вымывать кровь, если получится.
- Ева, помоги мне. Рэй, набери ванну. – Стук каблуков возвещает, что это Реджина подошла. И чьи-то руки начинают раздевать, шныряя по моему телу. И снова спазм изнутри.
Теперь я вижу, как черная струящаяся змея окольцовывает меня, сдавливая тело. Чувствую, как ее язычок щекочет мне шею. Отвратительно! Уйди от меня. Пытаюсь отвернуться. Но, как только это делаю, то кричу от испуга: напротив лежу я сама, разлагающимся трупом с открытыми глазами, по которому ползают могильные черви.
Но меня подхватывают и уносят.
- Они убили меня! Убили… Рэй! Где ты?
- Я тут, с тобой.
Меня погружают в воду, вокруг все яркое, блестящее, белое. Режет глаз. Но вода расслабляет меня, уходит бред, но не жар.
Рэйнольд поддерживает меня под шеей, чтобы не ушла под воду, сидит возле края ванны и свободной рукой гладит по голове и лицу.
- Не уходи… не бросай…
- Не брошу, – шепчет он, а в глазах ужас. – Я тебя нашел. Разве могу теперь бросить?
- Мне плохо. - Я хнычу, как маленькая, чувствуя приближение очередного спазма.
- Я знаю. Потерпи, ты только борись.
- Вот. - Артур тоже в ванной. Он что-то передает Еве. - Мойте этой тряпкой тело. Не пугайтесь, когда начнет кровь выступать – это даже хорошо. Это будет не ее кровь, змеиная. И вот, держи.
Рэйнольд оборачивается. Я не вижу, что происходит у них. У меня нет сил дышать, не то что шевелиться. 
- Это еще зачем? – Рэй обозлен на кого-то. Все тот же ледяной голос Артура:
- Если выйдет змея, убьешь ножом. Если не выйдет, сам знаешь, что делать.
- Рэйнольд, мы должны быть готовы ко всему! – Реджина пытается увещевать Рэя. – А если она не выживет? Ты хочешь, чтобы она превратилась в монстра? Освободи ее от мук. Если не сделаешь ты, сделаю я. Я не позволю держать беса в Саббате.
И спазм прокатывается по телу с такой силой, словно меня кто-то хочет утопить.
Красное наваливается на меня обломками кирпичей и трепещет. И тут я вижу отчетливо: красное – это подкладка моего плаща. И я падаю в бездну среди пыли и бетона. На меня валятся стены, ломая кости и череп.
- Мелани! – Голос спасает меня и вытаскивает из-под завалов на яркий режущий свет лампочки в ванной комнате. Горло и грудь щиплет. И меня рвёт в ту же воду, в которой нахожусь. Изо рта выливается что-то чёрное, вязкое. Облегчение приходит сразу же. Будто температуру в аду понизили, а осознание происходящего включили. Я вижу себя в одних трусах в ванной, где вода стала алого цвета, будто я себе вены вскрывала в ней. Оборачиваюсь: рядом мокрый Рэй; кажется, его окатило водой. Его глаза просто огромны и темны от ужаса. И меня начинает трясти озноб.
- Тише, спокойно. Все хорошо, - шепчет он то ли мне, то ли себе. Чьи-то женские руки вытаскивают пробку из ванны и включают заново воду, наверное, чтобы сменить эту бурую на чистую. Я поднимаю взгляд и вижу Еву, испуганную не меньше Рэя, она закусывает губу и глядит на меня с болью и беспомощностью.
А Рэй тем временем начинает медленно обмывать мое тело какой-то черной тряпкой. Мне стыдно, что я голая и все видят это. 
Но не успеваю зациклиться на этой мысли, как жар, словно во время лихорадки, возвращается, превращая меня снова в какую-то безвольную амёбу. 
Я смотрю на лицо Рэя, который борется со страхом и отвращением. Неужели я противна ему?
Но, проследив за его взглядом, ужасаюсь сама. Он проводит тряпкой по моей руке, и там, где она коснулась, выступает кровь, будто содрали кожу. Но вода тут же ее смывает.
- Что это? – шепчу я, не веря глазам.
- Кровь, которой тебя опоили во время ритуала…
- Ритуала? – Я пытаюсь вспомнить, но не получается, кроме той страшной девочки, утащившей меня в раму. Но после - размытые образы, тени, какие-то блики… Свечи, там были свечи. Но ничего конкретного не помню. И внезапно резкий чей-то крик раздается в ванной так, что становится больно ушам, я зажимаю их, чтобы не было больно. А потом становится тихо. Так тихо, что не слышно ничего. Глухота.
Я не слышу, как льется в ванну вода, не слышу слов Рэя, пытаюсь закричать, но не слышу даже саму себя. На лицах Рэя и Евы читаю испуг; они пытаются успокоиться меня, но ни звука не доносится. Я оглохла! Взгляд падает на воду - и я визжу от ужаса. Пытаюсь выпрыгнуть из ванны, но Рэй не дает этого сделать, он крепко держит меня среди того клубка змей, которые сейчас ползают и вьются вокруг меня вместо воды.
Я кричу ему, чтобы отпустил, но он уже удерживает меня, обхватив двумя руками. И спазм клубком проносится из желудка, и меня снова рвет кровью. Через секунду все успокаивается и я опять обмякаю в воде. Ко мне возвращается слух. Рэй обнимает меня сзади обеими руками и шепчет мое имя, просит прекратить, говорит, что я нужна ему. В другой обстановке эти слова вызвали бы прилив любви, нежности и радости, но сейчас я плачу – не могу больше. Убейте меня. Но спазм опять накатывает. Слишком маленький интервал между ними. Я еще не пришла в себя, как меня снова кидает в пучину преисподней.
Теперь идет ощущение холода и шевеления внутри меня. Я смотрю на свой живот и вижу, как что-то там перекатывается. Это страшнее всего. Так как это уже во мне. 
- Рэй!
- Я тут. Я с тобой, - продолжает успокаивать он, все еще держа меня в своих объятиях.
- Рэй, - наконец, мой напряженный голос обращает его внимание.
- Что?
- Оно внутри! Ты видишь? Мой живот, Рэй, там что-то внутри! – Я уже не скрываю панику, наблюдая перекаты и чувствуя противное шевеление.
- Ева! Нож! Приготовь нож.
- Вырежьте это из меня, - умоляю я. Если они это не сделают, я сама... Только дайте нож. – Вырежьте! Либо дайте мне нож!
- Нет. – Голос Рэя суров. Но мне все равно. Спазм очень болезненный, все внутренности словно скручиваются разом. Волна тошноты жаром проносится вверх, и меня снова рвет, но это уже не жидкость, а что-то длинное, черное, плотное, скользкое и непрекращающееся. И где-то через пару мгновений до меня доходит, что это тело змеи. Меня рвет змеей.
И как только я это осознала, она полностью вываливается из моего рта и бухается в алую воду, где извивается кольцами. 
Я даже закричать не успеваю от ужаса, когда жесткая мужская рука, словно коршун, нападает на змею, хватает и вытаскивает ее из воды. Гадюка извивается, шипит, дергается: вот-вот выскользнет. Но Рэйнольд не дает ей не единого шанса - не церемонясь, прикладывает к борту ванны и рубит ножом ей голову, практически отпиливает, так, что лезвие скрежещет по эмали и металлу. Теперь кровь льется из змеи фонтаном, гадина делает последние тугие движения вокруг руки Рэя и обмякает. 
Мужчина откидывает тварь в сторону вместе с ножом. Ева кидается ко мне, снова срывает затычку в ванной и включает воду, пытаясь смыть с меня кровь. Рэй отходит куда-то, пока Ева снимает с меня трусы и, как маленькую девочку, начинает быстро и энергично намыливать шампунем и гелем. 
- Вот и всё. Слава Богу! Всё закончилось. 
Я оборачиваюсь и заглядываю в глаза, нет, не подруги, теперь уже сестры. 
- Спасибо, - шепчу я, а сама еле двигаюсь, чем сильно осложняю уход за мной. Реджина приносит свежее чистое белье. И помогает вытащить меня и одеть. Меня практически вытаскивают под руки из ванны и сажают на кровать. 
Я опустошена, лишена сил и вот-вот хлопнусь либо в обморок, либо снова в кому.
- На. - Реджина протягивает мне стакан воды.
- Я не хочу.
- Это святая вода. Ты должна. 
Ева берет стакан из руки Реджины и подносит к моему рту. Приходится пить. После чего меня укладывают в кровать, накрыв одеялом. И я тут же проваливаюсь в сон.

***
Меня трясет и колотит. Я у себя, в ванной комнате скидываю мокрую одежду, чтобы сменить на сухую. 
Второй раз за день я чуть не потерял ее. Второй раз! Притом так страшно! 
Пытаюсь умыться холодной водой, но тремор рук не прекращается. Поднимаю взгляд на свое отражение в зеркале: лицо у меня практически белое от пережитого ужаса и резко похудевшее, выделяются откуда-то взявшиеся синяки под глазами. Удивлен, что еще не седой, как старик.
Справа в отражении вижу промелькнувшую темную сущность, пришедшую из иного мира на страх колдуна.
- Сгинь! – приказываю ей. Она тут же исчезает, но на ее месте появляется трещина в зеркале. Черт! Перебор с магией. Теперь зеркало придется заменять…
Я закрываю глаза, а в голове встают картинки одна страшней другой, но, наверное, самая страшная, когда Мелани рвало кровью в алую воду, а затем выползла змея.
Как? Как мы не догадались про незавершенный обряд? Боже! Спасибо Артуру – знатоку своего дела. Я открываю глаза, потому что в этот момент в дверь стучатся. 
Я полураздет. Но мне плевать. Открываю дверь и вижу Курта – темно-рыжий, крепкий, коренастый. И немного нервный. Наверное, мы все такие сейчас.
- На. Реджина, сказала, чтобы ты выпил. – Он протягивает мне на ладони таблетки..
- Что это? 
- Успокоительное. 
Я тут же беру таблетки и, не запивая, проглатываю.
Ощущение катастрофическое. Хочется вынуть себе мозг и промыть под краном. В какой-то степени, я даже завидую амнезии Мелани. 
- Ты как?
- Я бы еще алкоголем их залил, - отвечаю я, имея в виду таблетки. 
Сейчас идеальный вариант - заклятие забвения или Sepelite. Да боюсь, никто не согласится.
- Ты и Мел, типа, вы вместе? – Курт приваливается к косяку и теребит часы на руке, звеня стальным браслетом. Я смотрю на него и пытаюсь понять, что кроется за этим вопросом.
- Да. 
Он кивает:
- Понятно.
- А что?
- Да просто из любопытства. - Он пожимает плечами, задумчиво рассматривая мое кожаное кресло. – Кевин на нее виды имел. Жалко малого. Хотя, если честно, Мел не подходит ему. Слишком тихая. Кевину надо больше перца. Чтобы под каблуком держала.
Я чувствую себя выжатым и обессиленным и знать, почему Кевин и Мел не подходят друг другу, не хочу. Мне достаточно, что просто не подходят.
- Ладно, Курт. Прости, но я очень вымотан. Хочу придти в себя.
- Окей. – Он даже не обиделся, что сильно радует. В этом главная прелесть Курта – простой, всегда молчит, делает, что скажут.
Только он ушел, оставив меня в тишине, снова вспоминается кровь, белое, красивое с шрамами на боку тело Мелани, ее стоны и плач.

Рэй! Убей меня, пожалуйста, не могу больше.

Меня передергивает от воспоминания. Она измученная, изломанная демонами, просит убить ее. Притом просит меня! Я уже не то, что больно сделать ей не мог, я готов был просить как Небеса, так и Ад, чтобы забрать ее боль полностью, а не просто чувствовать ее.
Кстати, о боли. Кажется, сегодня мой дар увеличился. Впервые за многие годы. Раньше я чувствовал физическую боль, но никогда не чувствовал метафизическую - ту, которая разыгрывается в воображении из-за влияния Нечистых сил. Как сегодня, когда она чувствовала, будто ей сломали все кости, и я ощущал это. Чувствовал все то, что проделывали с ней демоны. Это были лишь отголоски ее реальной боли, но, все равно - раньше такого не было.
Я схватил первое, что попалось в шкафу, в этот раз оказалась черная футболка, к ней надел джинсы взамен мокрых брюк.
И тут понял, чего мне не хватает. Это чувство было, когда я переодевался перед ужином. Кольцо!
Я открыл верхний ящик, где среди барахла была шкатулка, в которой было кольцо, подаренное мне Мириам для защиты и восстановления сил - красивый массивный перстень с черным агатом. До ее смерти я постоянно его носил, не снимая. Но именно сейчас ощутил потребность в нем, поэтому снова надел: странное и знакомое чувство, будто встретил старого доброго друга. Я уже готов был задвинуть ящик, когда мой взгляд упал на другое украшение – кольцо Мелани. Топаз поблескивал своим небесным цветом. В конце концов, его надо вернуть.
Я взял тоненькое колечко, отметив, что оно очень подходит хозяйке, и сунул в карман. 
Направился туда, где оставил свое сердце и спокойствие – к Мелани.
В комнате, я наткнулся на Еву, которая стояла возле кровати и тревожно смотрела на спящую, при этом обхватив себя руками так, будто, если не будет держать, то тут же рассыплется прахом.
- Как она?
- Спит. Отключилась сразу же, как коснулась подушки.
Луна высвечивала красивый профиль Мелани и разметавшиеся влажные волосы.
Такой я любимую видел несколько ночей подряд, когда приходил астральной тенью, чтобы посмотреть на нее. 
- Я испугалась. Хотя видела и не такое.
Я глянул на бледную и прямую Еву, которая в темноте выглядела призраком со своими струящимися светлыми волосами. Несмотря на хрупкость, Ева, хоть и не блистала талантами охотницы, зато была отличным экзорцистом. Возможно, когда-нибудь она станет профи, как Артур Хелмак.
- Я тоже испугался… Несколько раз думал, что всё. Хотя видел ее полностью разбитой и поломанной, когда доставал вместе со Стефом из-под завала стройки.
Ева молчит и смотрит на нее. После чего грустно смеется, что вызывает недоумение у меня.
- А я всё гадала, в кого же ты влюбился. На Мел даже не подумала. Всё считала, что ты ее недолюбливаешь. Даже переубеждала тебя и ее! Видно действительно, я никудышный пророк, раз не разглядела вас.
- Зато ты человек хороший. – Попытался я отшутиться, приобняв Еву за плечи.
- Вы уже давно встречаетесь?
- С сегодняшнего дня. - Ева недоуменно оборачивается и вижу изумление в ее глазах. – Я просто сегодня предложил встречаться, после того, как мы со Стефаном закончили убирать следы на квартире Химеры. До этого как-то не решался. Отгонял мысль, что могу быть вместе с ней.
- А когда ты понял, что она тебе нравится?
Я рассмеялся. Помню это отчетливо: самое милое воспоминание омрачено злыми мыслями на тот момент.
- В первый же день, когда вы с ней поехали покупать одежду. 
- Но ведь ты неподдельно ненавидел ее!
- И что? Ненавидел и даже считал монстром. А потом влюбился. Разве у тебя не так было с Клаусснером?
- Нет! У нас все было по-другому. 
- Угу. Разве не ты рассказывала, как он тебя выключал прямо у доски на уроке, так что все считали тебя припадочной, или не давал наесться, и ты набрала несколько килограммов за пару недель. - Ева морщит нос и смеется. – Все мы чокнутые, Ева. Все парни чокнутые, когда дело касается вас.
- Я пойду спать, Рэй. Сегодня был невероятно долгий день. Ты здесь еще побудешь?
- Я здесь переночую. Не могу оставить ее.
Ева понимающе кивает и обнимает меня, после чего опаляет горячим дыханием ухо и шепчет: «Я рада, что вы вместе. Я видела, насколько ты любишь ее. Счастлива за вас».
Она хлопает меня по плечу и уходит. А я остаюсь наедине со спящей Мелани, которая сегодня стала моей девушкой. Моей… Мне нравится, как это звучит.
Я сую руки в карманы и чувствую кольцо. Долго думать не приходится.
Достаю его и произношу самое мощное заклинание Оберега, которое можно сделать лишь раз для любимого тебе человека.
- М да, профессор Северус Снейп многое отдал бы за это заклинание для Лили Поттер, - я надеваю кольцо на палец Мелани. Оно сидит как влитое и даже, кажется, ярче сияет, вернувшись к хозяйке. Я снимаю обувь и ложусь рядом, гладя костяшками пальцев ее лицо, ощущая мягкую, нежную кожу. Мел вздрагивает во сне, после чего льнет к руке, и я привлекаю её в объятия. Хорошо. Даже больше. Безмятежно, словно боль, сопутствующая переживаниям, внутри меня прошла. Может, таблетки подействовали?
А может, это всё моя фея Мелани... Я целую девушку в висок и засыпаю, держа в объятиях целый мир. Мой мир, ничей больше.



Елена Ромашова (TRISTIA)

Отредактировано: 22.10.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться