Сабля и крест

Font size: - +

Глава 13

Глава тринадцатая

 

Если мурза Ибрагим рассчитывал, что Василий попытается сбежать ночью или выдаст себя каким-то иным образом, то напрасно. Выйдя на рассвете из своего шатра творить намаз, татарин увидел неподалеку мирно спящего на попоне Орлова.

Сотворив намаз, Ибрагим подошел к казаку. А если опричнику и самому интересно было, что хитрый татарин придумал за ночь, то мурза пропустил заведенный на востоке обмен любезностями, а сразу заговорил о главном.

— Есть у меня одна мысль, — сказал он. — Самое простое и очевидное решение, которое только и может указать истину… Божий суд.

— Божий суд? — удивленно переспросил Орлов. — А ты, эфенди, случайно, не забыл, что у нас с тобой боги разные?

— Зато истина для всех одна, — погладил бороду Ибрагим. — Так ты согласен на мое предложение?

— Почему нет? Двум смертям не бывать... — пожал плечами оборотень. Уж чего-чего, а поединка Орлов точно не страшился. Сколько их было на его тайной царской службе. От будто бы пьяных кабацких драк, до благородных дуэлей, и всегда с конкретной и неизменной целью — убрать ненужного чужака. — Не знаю, каким глазом на меня смотрит Аллах, но у нашего Господа, надеюсь, я не последняя сиротинушка. Какие условия поединка? Какое оружие? Сколько противников? Где драться станем?

— Не торопись… — усмехнулся мурза. — Я знаю, что на саблях с сечевиком не каждый справится... Лук и пистоль оружие не для поединка. Драться будете на ножах. Согласен?

— На ножах, так на ножах, — равнодушно кивнул Василий.

— Если победишь — забирай девицу даром... гм, — поперхнулся мурза, в котором сразу же проснулся купец. — За половину оговоренной цены. Все же моим воинам тоже кое-что полагается. А погибнешь — отвезу ее в Кафу на рынок. Значит, Аллаху угодно, чтобы степная красавица рожала сыновей правоверным воинам. Что скажешь?

— С этим я не соглашусь, — твердо сказал опричник.

— Нет! — потемнел лицом мурза. — Тогда садись скорей на коня и убирайся вон с моих глаз. И помни, в следующий раз велю тебя на кол посадить! Не думал, что ты трусливее суслика.

— Не пугай казака костлявой старухой, — насмешливо ответил Орлов, поднимая руку останавливающим жестом. — Чего ее бояться? Пока мы есть — ее нет. Придет смерть — нас не будет. А, кроме того, мучеников обещают сразу в Рай провести. Да и я не от предложенного тобой, мурза, поединка уклоняюсь, а лишь условия изменить хочу... Совсем немного.

С этими словами Василий достал из переметной сумы тугой кошелек и положил его у огня, на баранью шкуру.

— Вот золото, эфенди. Триста цехинов. Одолею — бери деньги, а нас отпусти свободно и не мешай уехать. Погибну — заберешь выкуп, но девушку проводите безопасно в отчий дом. Снимешь с меня пояс, там найдешь еще дюжину кругляшей. Это для тех, кто ее сопроводить вызовется. Согласен? Выкуп пленника — дело купеческое, зачем его с рыцарским поединком смешивать? Пусть Аллах и Господь меня только за дела и грехи судят, а на злато не смотрят.

Такая гордая и смелая речь опричника заметно пришлась татарину по вкусу.

— Что ж, в этом есть резон, — согласился мурза. — Хорошо, казак, пусть будет так. А теперь, послушай меня: скажу, как по-нашему обычаю должен происходить поединок.

— Извини, эфенди, — перебил его Василий, — но я у меня к тебе еще одна просьба имеется. Пустячная, но — сказать сразу надо. Потом, может быть поздно.

— Говори, — кивнул тот нетерпеливо и с едва ощутимой досадой в голосе. Не привык мурза, чтоб его слова прерывали.

— Позволь мне, хоть словом с пленницей перемолвиться.

— А кто ж вам мешает? — непритворно удивился татарин. — Я еще вчера не мог понять, почему ты с девушкой поговорить не захотел?

На такой ответ Василий только головой покачал. По знаку мурзы из шатра уже вывели дочь сотника.

— Говорите себе, — еще раз подтвердил разрешение мурза, а сам отошел на несколько шагов в сторону и стражей за собой позвал.

Василий опять невольно залюбовался красотой девушки и очнулся, только когда наткнулся на ее колючий взгляд. Она ведь, бедняжка, видела его первый раз в жизни и невесть что себе думала. Ведь он вчера, по глупости, ничего ей толком не объяснил.

— Можешь больше не беспокоиться, панночко, — сказал как можно мягче. — Я здесь по воле твоего батюшки сотника. Мурза Ибрагим принял выкуп и согласился тебя отпустить домой. Совсем немножко потерпеть осталось, и если Господь будет благосклонен, то еще перед полднем двинемся в обратный путь. Но даже если меня неудача постигнет, то и тогда не волнуйся ни о чем. Эфенди обещал доставить тебя в Черешенку целой и невредимой. А это дело чести. Думаю… да что там «думаю» — я уверен: татарин не обманет.

— Почему ты говоришь, что с тобой может что-то случиться? — как о самом важном спросила девушка.

— Э, пустое... — отмахнулся Орлов. — Не стоит и упоминать. Тебе как здесь велось?

— А как в плену может быть... — нахмурилась девушка. — Но, греха брать не буду, не обижали. Мурза сказал, что я дорогой товар и велел своим нукерам обходиться деликатно.

— Еще бы, — присоединился к разговору Ибрагим. — Тебя, Цветок черешни, Аллах такой красотой наградил, что и сам сераскир захотел бы любоваться ею. Ну, отвезут тебя, глупенькую, домой, и что? Все равно замуж пойдешь, а могла бы в золоте купаться. Сотнями слуг повелевать. Сама не знаешь, красавица, от какого счастья отказываешься.

— Лучше всю жизнь в девках просидеть, суженого в окошке высматривая, чем ордынское счастье познать, — твердо ответила дочь сотника.



Олег Говда

#11220 at Fantasy
#3509 at Other
#145 at Action

Text includes: оборотни, приключения

Edited: 05.01.2016

Add to Library


Complain




Books language: