Сага о Рождённом Землёй

Размер шрифта: - +

Глава 4

Глава 4

ВТОРЖЕНИЕ

 

…из манускрипта…

«Никто не предполагал, что долгожданный мир окажется таким коротким. Данайцы оказались ещё более коварными и подступными, нежели представлялось это правителям нашей страны. Никогда ещё не воевали народы при помощи хитрости и подкупа соседей. Никогда ещё не наполнялась страна Хатти соглядатаями и шпионами, которые открыто проповедовали на площадях и у храмов, запугивая народ смертью, мором и разными карами небесными. И никогда ещё иноземец не будоражил умы народов живущих в стране нашей по окраинам её, призывая их к бунту и неповиновению священной власти потомков Лабарны.

Данайцы легко захватили Лидию и высадились на острове Крит, разрушив многие цитадели царя критского Миноса, истребив и поработив население острова. Та же участь преследовала Санторин и Делос, Халкидон и Священный Афон. Они достигли Кипра и вырезав всё мужское население сели своими колониями по всему острову. В стране пунов их встретили наши стрелы и копья. Но данайцы подкупили народ ибру, сыграв на их тщеславии, и не сами, а орды вождей Моше и Ешуа бен Нуна прошлись огнём и мечём по земле Кнаан. И следа не осталось от народов хориев, мадиан, пунов…

Осадив древний Угарит, ибру семь недель стояли под его стенами. На восьмой день, когда орды ибру пошли на штурм гигантских стен, люди взмолились к Небесному Отцу Яяшу и содрогнулась земля, пали стены и дома, похоронив под собой ибру и хеттов. Мощь и слава рати ибру была истреблена Великим Вседержителем. Но и Угарит исчез с лица земли, а имя его слилось воедино с жизнями отдаваемыми за други своя, уносящей и себя в царство мёртвых с сотнями врагов по смерти своей… Но самым гнусным и омерзительным преступлением данайцев было завоевание Лаконики, где правил мудрый и отважный Пелопс, царь города Мессены, когда гордое и воинственное племя илотов было обращено в рабов и объявлено племенем, что ни чем не отличается от собак. Илотов приковывали цепями к столбам и стенам домов, заставляли громко лаять и кричать при приближении чужих. Их кормили объедками и поили помоями. Тогда множество илотов умерло от голода, а оставшиеся в живых завидовали мёртвым…

Вскоре после вторжения данайцев и ибру в страну Кнаан, восстала провинция Миттани, населённая племенами хурритов, и провинция Хайаса, населённая дикими касками, подстрекаемая, так же как и ибру шпионами данайскими, против хеттов. полчища хурритов и орда бродяг из Хайасы вторглись с двух сторон, с юга и севера в Верхнюю Страну, сметая всё на своём пути, как будто они рождены были только для несения смерти. Русоголовых, и хеттов и не хеттов, истребляли во всех городах и посёлках, и добрые соседи превратились в страшных убийц. А кто оставался из хеттов в живых, те бежали в горы и степи, моля богов о пощаде. Но там их тоже ждала смерть, но уже от шакалов и диких собак. Всюду рыскали охотники за головами, принося своим вождям головы безвинно убиенных, за которые получали данайское золото и почести от диких степных вождей…»

...12 столетие до н.э.; два года спустя; 1258 год до н.э.; Троя; Малая Азия...
Приам, получив известия о жестоких расправах над хеттами в Миттани, слёг. Он долго ни с кем не разговаривал и не общался. Тогда, в один прекрасный момент, все увидели на Золотом Троне Геркле.

Орда касков приближалась к Трое. Из-за такой резкой перемены, и военные начальники, и жрецы, и знать, зная крутой нрав царевича, были в растерянности. Если стариком Приамом можно было манипулировать, тем более что момент был подходящим, то Геркле мог лишить хитреца не только имущества, но и жизни…

Оружие ковалось с неимоверной быстротой и с такой же быстротой раздавалось, кому попало и где попало. Теперь в войско писались даже те, кто ещё вчера воспевал мир и презрение к силе.
Разгул философов и мыслителей прекратился. Стало понятно, - власть поменялась. На престол, опять, сел воин, девизом которого были слова «Хочешь мира - готовься к войне!».

Приам же появился только на пятый день своей болезни. Он вошёл в Зал Золотого Трона под вечер, тяжело дыша, держась за сердце, совсем по старчески. Тогда стало понятно, что всесильного царя Приама больше нет и близок тот час, когда и само имя Приама станет седой былиной…
- Что происходит в стране, сын? - спросил Приам Геркле, едва показавшись в дверях.

- Данайцы нарушили мир, - угрюмо ответил Геркле, не вставая с трона, - это они подстрекнули касков к бунту. И теперь орда истребляет всех, чей цвет волос светлее, или у кого голубые глаза.

Приам ухмыльнулся и присел на ступень около трона.

- А ты неплохо смотришься на троне, сын! Жаль, что ты его занял в роковые минуты для нашей державы. Такого ещё не знала наша земля.

Геркле подвёлся и хотел помочь отцу подняться.

- Оставь, - ответил ему Приам, - моё место сейчас в ложе, среди лекарей и молитв во отпущение былых грехов. А ты сидишь там, где тебе положено быть, по праву разума. Либо на коне, впереди войска, либо на троянском престоле.

Он помолчал.

- Даже не смотря на то, что наша династия родом из Миттани, не взирая на то, что наш предок, божественный Лабарна, по крови хуррит, единокровный каскам, эти дикари всё равно поднялись на священную власть. И что ты собираешься делать, сын?

- Я направляю навстречу орде войска. Оставшиеся воины будут защищать Трою, - ответил Геркле, - у нас иного выхода нет. Данайцы всё равно высадят десант у наших стен. Они ждут выхода войска из города. А не вывести их я не могу. Мне не остаётся выбора.



Меир Ландау

Отредактировано: 18.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться