Сакура на краю вулкана

Размер шрифта: - +

8.

Последние августовские дни выдались настолько жаркими, что задумай кто позавтракать в девять или десять часов утра и разбей при этом яйцо на асфальте, то непременно вышла бы отличная подгоревшая яичница. В полдень на безлюдных выбеленных солнцем улицах нельзя было встретить и случайного глупого прохожего – так все боялись палящих лучей. Люди прятались в прохладе своих домов, сидели под кондиционерами и упивались ледяными струями воды.

Перед городской администрацией встал вполне себе важный вопрос: как проводить двухдневный фестиваль Золотого Колеса? Температура воздуха превышала все допустимые нормы приличия для того, чтобы празднество состоялось под открытым небом. Но такого огромного хорошо проветриваемого помещения  в столь короткие сроки было просто не найти. И тогда, скрепя зубами и ругая в сердцах Вивианну (богиню этого самого Золотого Колеса), глава города дал указ сместить время комендантского часа до двух ночи. Фестиваль решили проводить только вечером, когда диск солнца должен был быть почти полностью поглощен жадным кипящим морем.

Для Элин не было никакой разницы, когда состоится фестиваль, потому что финальное представление оставалось на своем месте в любом случае. Каждый год празднества Вивианны проходили в последние августовские дни, завершая собою летние месяцы и открывая осень. В это время людей в городке становилось в два раза больше, так как приезжали не только с окрестных деревень, но и из других населенных пунктов. Фестиваль славился размахом, шумом, щедростью и своим завершением.

Традиция была такова, что каждая семья, которая много лет занимается в городке тем или иным ремеслом должна благодарить Вивианну, златовласую богиню плодородия и семейного очага, своими песнопениями. Рамки традиции давно уже стали шире, и люди не только выступали с игрой на народных инструментах и песнями, но и со своеобразными танцами, всевозможными постановками и прочей самодеятельностью. Порой, на большой деревянной сцене, установленной специально для таких представлений, происходили по-настоящему завораживающие вещи.

Как у любого громкого события, у фестиваля был главный приз: неплохая сумма денег, которую выделяла семья Моор тем, чьё выступление окажется самым фееричным и запоминающимся по решению публики и судий. Эта сумма не помешала бы отцу курносой Ринко, дела которого в этом году шли не так хорошо. Их большая семья жила на доходы от винного бизнеса, основанного ещё прапрадедом рыжеволосой девушки, но последнее время виноградники по неизвестной никому причине стали приходить в негодность. Отец прилагал просто титанические усилия, чтобы привести свои плантации в порядок, ему помогали в этом все родственники и близкие друзья. Но становилось только хуже.

Ринко и Элин задумались над победой в своеобразных соревнованиях ещё в начале лета, и идея захватила их полностью. Девушкам понадобилось много времени, чтобы убедить отца Ринко участвовать в этом, чтобы собрать людей, чтобы накопить небольшую сумму на костюмы и всякую бутафорию.

Адалина согласилась помогать подруге без лишних раздумий. Она и представить себе не могла, что весь процесс подготовки – всё это настолько затягивающее мероприятие. Её родители не были коренными жителями городка, да и никогда не считали, что должны принимать участие в подобных состязаниях. Именно поэтому Элин с чистой совестью могла представлять другую семью, тем более, что участие кого-то постороннего правилами не возбранялось.

Наконец, кропотливая многодневная работа была окончена, последняя репетиция проведена, и Адалина с дрожью волнения ждала сегодняшнего вечера. Все её заботы и унылые мысли отодвинулись на второй план, потому что девушка очень боялась ошибиться в движениях заученного танца, боялась опозорить честь чужой семьи и отнять хрупкую надежду на победу. Но кроме страха в ней было и трепетное ощущение счастья, словно она, выступая, становится частью чего-то очень значительного, необыкновенного.

 

***

Элин лежала на гладких половицах цвета молочного шоколада и наслаждалась воздушными потоками небольшого вентилятора, который стоял неподалеку. Прямой и жесткий пол доставлял её телу гораздо меньше неприятностей, чем послеполуденное солнце, норовившее заглянуть в одно из распахнутых настежь окон.

- Ааааа! – звонкий ребячий визг возник так внезапно и приблизился так стремительно, что девушка не успела ничего понять. – Куча мала!

- Мики… - выдавила из себя Элин, когда на неё упало тело с весом, увеличенным из-за прыжка в два раза, по крайней мере, ей так показалось. – Слезь с меня!

Боль разлетелась по всему телу мгновенно и так же быстро вернулась в одну точку солнечного сплетения. Ушиб и синяки будут ещё долго напоминать ей об этой «куча мала».

- А вы с Ринко возьмете меня смотреть салют? – спросил мальчишка.

- Что угодно, только не дави мне на живот! – умоляюще взвыла Элин, когда Мики, улыбаясь хитрой физиономией, решил быстро привстать и снова свалиться на свою жертву.

- Маааам! Лина сказала, что они с Ринко за мной присмотрят! – тут же закричал мальчишка.

Он скатился с тела девушки и распластался на полу возле вентилятора, словно морская звезда на песочном дне.

- Будешь ещё девочкам докучать. Нечего тебе с ними делать, у них свои заботы, пойдешь со мной и с отцом, – долетел из окна ответ.



Тори Лангрейн

Отредактировано: 30.08.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться