Само совершенство

2. Здравствуйте, я ваша тетя!

-Мы ждали вас еще на прошлой неделе, - доброжелательно улыбнулся мне этот «поверенный в делах» (должность его значилась в медной табличке на двери).

В голове мелькнула почему-то мысль о несостоявшейся на прошлой неделе уборке, отложенной по уважительной (конечно же, весьма уважительной) причине. Может, я уже тогда нашла бы ветхую бумажку, способную в корне изменить мою жизнь.

-Однако жизнь, как это часто случается, вносит свои коррективы, - интересно, сколько улыбок отпущено на одного посетителя?..

-Не уверена, могу ли получить консультацию именно у вас… - я и сама принялась изъясняться тем же патриархальным, пахнущим уютной пылью языком.

Уж это я умела в совершенстве.

-У нас, и только у нас, барышня, уверяю вас, - поверенный встал и как-то очень ловко щелкнул каблуками, - Юлий Генрихович Синицкий, честь имею.

-Я обнаружила завещание прабабки, - завела я свою весьма неубедительную бодягу, - Там сказано, что составлением занималась ваша контора, но вам, наверно, об этом ничего не известно, ведь прошло столько лет, и уже…

-Помилуйте, барышня! – Юлий Генрихович хохотнул, прижимая ладони к груди, - Как же не известно, когда я сам принимал живейшее участие…Да и второй экземпляр у меня, в полной сохранности. Не извольте беспокоиться, сейчас его принесут. Благоволите покуда присесть.

Я «соблаговолила присесть» с огромным удовольствием. Ноги не держали совершенно – от таких новостей, возможно, полагалось бы и в обморок упасть, но уж это получалось как-то чересчур. Фамилия поверенного послушно всплыла в памяти. «Что же получается, это он сам и есть? Не может быть! И все-таки, получается именно это». Мысли толкались в голове, не желая уступать места друг другу и тем более – выстраиваться в логические цепочки. Мыслям становилось все теснее, и некоторые уже начали просматриваться в моих глазах – боюсь, довольно явственно.

Синицкий между тем коротко прозвонил в медный колокольчик, и почти сразу же на пороге возникла девица, надо полагать, его секретарша. Выглядела она не менее странно, чем ее шеф: темная юбка до полу, белоснежная блузка в пене кружев, строгий узел волос, и круглые очочки на курносом носике – красота да и только!

Строго осмотрев меня и восторженно – своего начальника, «курсистка» извлекла из-за спины блокнотик и карандаш и произнесла:

-Слушаю вас, Юлий Генрихович.

-Вот что, Липочка (я даже зажмурилась от изумления – выходит, ее зовут Олимпиадой?!), нужно поднять документы за 1907 год. Завещание госпожи Корсаковой, помните такое?

-Разумеется, - звонко рапортовала невозможная Липочка, - Вы еще отметили, как особенное, что имущество завещано через два поколения, и оставлено на сохранение у нас до объявления наследников.

-Нуте-с, милочка, пошлите курьера в архив за документиком, и другого – в сейф за имуществом Ольги Вячеславовны, царствие ей небесное.

Липочка присела (честное слово, присела в реверансе!) и удалилась, а Юлий Генрихович развернулся ко мне, широко улыбаясь. Можно подумать, ему доставляло особое удовольствие исполнить волю покойной.

-Вас ожидает еще один сюрприз, - весело предупредил он, - Покойная Ольга Вячеславовна оставила вам не только изрядные средства, но также…

Тут он слегка замялся. Мне показалось, он просто не знает, как назвать доставшееся мне имущество.

-И что еще? – спросила я хрипло.

Внезапно образовавшаяся тайна застряла у меня в горле, мешала даже думать, а говорить – и подавно.

-На самом деле, - смущенно продолжал он, - и средства-то предназначены для особенных дел, вы потом сами поймете. А также имеется ключ, который отпирает, если я не ошибаюсь, дверь черного хода вашей квартиры, и еще…

-Хотите сказать, он подходит сразу к двум замкам, этот ключ? – поторопила я его.

Похоже, в голове начинало проясняться, да только очень уж медленно. Пока я делала умное лицо и ехидно фыркала над его старомодностью, Юлий Генрихович внезапно посуровел, и произнес нечто вовсе несусветное:

-Этот ключ отпирает множество дверей. Как я понимаю, ваша прабабка не могла передать его никому при жизни, и не имею сведений, отчего она пожелала завещать его вам. Должно быть, вы сумеете с ним сладить.

-Он кусается? – глупо спросила я.

-Он опасен, и обладает характером, - без тени улыбки подтвердил поверенный.

В жизни не чувствовала себя большей идиоткой, как ни собирала мозги в кулак. Наследство скрывало тайны, о которых я ничегошеньки не знала. Мало этого – и не готова была узнать. Нынешние циничные времена и вращение в научных кругах, делали всякую загадку мутью, имеющей простое и ясное объяснение.

-Прабабушка зналась с оккультными силами? – свысока поинтересовалась я.

-Скорее оккультные силы никак не желали оставить Ольгу Вячеславовну в покое, - уточнил поверенный опять-таки без тени улыбки.

Он явно не думал шутить. Ни единой мысли не осталось в моей бедной голове, и я, коротко кивнув, приготовилась дожидаться своих сокровищ. Впрочем, долго ждать не пришлось.