Сандалики

6 глава. Спи

Уровень неприязни вышел на новый виток, а вслед за ним углубились и обвинения, послышались реплики на грани оскорблений. Если бы разбушевавшуюся клиентку никто не остановил, скандал закончился бы рукоприкладством. Но Егорычев решил, что пора сворачивать цирк и мягко осадил женщину.

Причиной шторма послужили платки ручной работы, которые Лёля заказала для посетительницы две недели назад. Они вместе выбрали цвет, рисунок и связались с мастерицей. И вот теперь эти злосчастные платки пришли и оказались не того оттенка, на который рассчитывала заказчица. Шёлковые изделия расписывались вручную, стоили не дешево, ибо были штучной вещью, единственной в своем роде.

Лёля уже в пятый раз признала свою вину, покаянно опустила голову и пылала, как маков цвет, подтверждая, если кто-то ещё сомневался, что она очень сожалеет. В который раз способность заливаться румянцем по любому поводу сыграла с ней злую шутку. Со стороны её алеющие скулы выглядели, как признание вины, а ей просто было неудобно оказаться под расстрелом осуждающих гневных взглядов. Стоило кому-то повысить голос, как она терялась и лишалась дар речи.

Всего два дня назад она вытерпела неслабую взбучку от начальника за опоздание по причине пьянки в День святого Валентина. Теперь могла сравнить: принимать наказание, с осознанием вины, намного проще, чем быть обвинённой понапрасну.

С тех пор как мама потеряла возможность воспитывать её по поводу и без повода, Лёля успела отвыкнуть от отношения к себе, как глупому ребёнку или неразумной животине. Признав ошибку, она рассчитывала погасить скандал на первой стадии, но её покладистость разозлила клиентку ещё больше. Теперь её обвинили в индифферентности и «полном пофигизме».

Прямо в кабинете у начальника клиентка заказала новые платки, а за предыдущие, заказанные якобы по ошибке, вызвалась заплатить Лёля.

Скандалистка наконец утихла, умасленная бокалам шампанского и россыпью комплементов её потрясающему вкусу. Начальник сдержано кивнул Лёле, указав подбородком на дверь. Мол, аудиенция окончена.

Едва Лёля выбралась из логова Егорычева, как на неё накинулась Ирина, естественно подслушивавшая беседу под дверью.

– Ты с ума сошла! Эти чёртовые тряпки стоят как три твоих зарплаты.

Лёля поспешно потянула подругу в зал, чтобы их эмоциональная беседа не разбудила в любительнице поскандалить едва затихнувшего монстра.

– Всё нормально. Я накопила деньги. Платки красивые. Подарю один маме, один Маше.

Ирина суматошно принялась выворачивать карманы брюк.

– Как тебе только накопить удаётся? Никогда не обладала этой способностью.

Лёля саркастично ухмыльнулась. Мама точно не считала это её талантом, наоборот ругала за расточительство, но по сравнению с подругой, Лёля выглядела прижимистой скрягой. Многочисленные увлечения Ирины требовали денежных вливаний, она легко и быстро расставалась с деньгами и последние двадцать девять дней перед зарплатой были для неё самыми тяжёлыми.

Телефон тренькнул, оповещая о сообщении. Лёля посмотрела на экран, потом подняла изумлённый взгляд на Алекса, застывшего за спиной Ирины. На её счёт только что пришла треть суммы за платки.

– Ты не обязан платить за меня. Это моя вина.

Алекс сдержанно улыбнулся. В который раз Лёля подумала, что он выглядит, как клиент салона, а не как персонал. Холёный, статный, модный.

– Я его покупаю. Платки на самом деле красивые, – он протянул руку и вытянул шелковый скользкий отрез из пальцев Лёли. – И это не твоя вина.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Лёля.

В этот момент она поймала восхищенный взгляд Ирины и растерялась. Подруга смотрела на Алекса, как на новое воплощение Геннадия Малахова[1].

Алекс суетливо оправил воротник рубашки и отошёл в сторону, видимо тоже оторопев от откровенной симпатии в глазах коллеги.

– Идите работать. Ирины Неразлучники ждут в зале уже пять минут.

Неразлучниками прозвали пожилую семейную пару актёров, переехавших на юг на склоне лет за тёплым кубанским солнцем. 

Лёля не успела побездельничать, скоро в салон пришли и её клиенты. К концу рабочего дня Ира всучила в руки Лёле все наличные, которые заработала в качестве чаевых от благодарных посетителей.

– Тут конечно не густо, но лучше, чем ничего. Лёль, возьми. Платки эти дурацкие слишком дорогие. Завтра ещё насобираю.

– Спасибо. Вы так меня выручили.

Ирина подмигнула и перевела взгляд на руки Лёли. На нервно теребила мобильный.

– Ты весь день на телефон пялишься, ждёшь звонка? – тут же нахмурилась, – от него?

Лёля спрятала телефон в карман.

– Нет.  Не жду. Новая дурная привычка.

Ирина бросила взгляд на часы.

– Через полчаса по домам.

Лёля вернулась в зал, чтоб не упустить последних клиентов, если им вдруг придёт в голову нагрянуть в последние минуты перед закрытием. Ладонь суетливо прошлась по бедру и снова нащупала телефон. Она уже сбилась со счёта сколько раз просматривала фотографию с описанием школы танцев. Порывалась позвонить и записаться раз двадцать, в последний момент отдёргивала палец и прятала телефон. При мысли о танцах, накатывало странное волнение, замешанное на страхе и предвкушении. Эти эмоции пугали и выбивали из колеи. Непривычные, интенсивные, не присущие её размеренной жизни.



Грачева Татьяна

Отредактировано: 29.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться