Санклиты 5. Карающая длань

Глава 10 Благословение, Прощение и Спасение Часть 7

 

   Стамбул встретил нас распростертыми объятиями, как старый приятель, который очень соскучился и крутится вокруг вас, улыбаясь и не зная, куда усадить и чем угостить дорогих гостей. Сеня с Кирой и Савва с Ильдаром тоже были рады нам, но скоро мы с Гораном оказались никому не интересны – все внимание переключилось на юных Драганов. 

   – Утиии, какие вы няшные! – заворковал Сеня, склонившись над переносной колыбелью, что нес хорват. – Ангелочки мои!

   – Они наши с Саяной. – Пряча улыбку, уточнил папа.

   – Отдай племяшек! – новоявленный дядя вырвал у Горана колыбельку и, сопровождаемый сюсюкающей Кирой и расплывшимся в умиленной улыбке Ильдаром, утащил детей наверх. 

   – Руфь, присмотришь? – попросила я свекровь, которая двинулась следом за ними.

   – Конечно, не волнуйтесь. Отдыхайте.

   – Хорошо, что твоя мама прилетела с нами. – Я улыбнулась.

   – А нас теперь вообще к детям подпустят? – хмыкнул Драган, глядя ей вслед. 

   – Меня точно пустят, я молокозавод. А вот тебя…

   – Но ты же замолвишь за меня словечко?

   – Даже не знаю. А что мне за это будет?

   – О, давай поднимемся в спальню, и я продемонстрирую!

   – Неа. Меня ждут. – Я вздохнула. Отдыхать некогда.

   Стоило открыть дверь в хранилище для манускриптов Киллиана – на подвальном этаже, как запах моментально перенес на остров, в огромную комнату с множеством стеклянных стеллажей, наполненных свитками, старыми книгами, гравюрами и прочим «хламом», за который многие историки и археологи самолично отгрызли бы себе ухо, уверена. Теперь сотни редчайших памятников письменности принадлежат мне, как часть наследства  маньяка.

   Но кроме этих раритетов и денег, которые уже начали работать на доброе дело, от него мне досталась горечь, тщательно хранимая на задворках души. Воспоминания о близости с ним вызывали тошноту и заставляли ненавидеть – и его, и себя. Умом я понимала, что во всем виновата кровь, но легче не становилось. Он изнасиловал мою душу, пролез своими склизкими щупальцами в сердце, одурманил чувства. И что-то умерло внутри. Окончательно и бесповоротно, оставив лишь тоску по чему-то светлому и невинному, чего уже никогда не вернуть.

   На бесценные раритеты закапали слезы, и я очнулась. Хватит предаваться рефлексии. Что было, то прошло. Не сахарная, не растаю. Лучше вспомню, как начали полыхать в тот день ладони – будто сунула руки в огонь – когда я приближалась к нужному свитку. Будем надеяться, это была не разовая акция небывалой щедрости небес. 

   Закрыть глаза. Сосредоточиться на самом важном. Хм. А что, кстати, номер один на повестке дня? Архангел Михаил? Междумирье – чтобы помочь родителям моих демонят? Странное безумие сестры Горана, Катрины? Как ни странно, нет. Самое важное – новое тату Глеба на запястье – рука с ритуальным еврейским подсвечником, менорой, в центре. Она – ось, на которую будут нанизаны все последующие события. Что ж, тогда сосредоточимся на ней. 

   А вот и покалывание в кончиках пальцев. Не открывая глаз, я вытянула руки и двинулась в ту сторону, которая его усиливала. Через пару метров въехала бедром в острый угол стола, выругалась, сама на себя разозлилась, пнула стол и… Подпрыгнула из-за раскатов хохота.

   – Что ты делаешь, невозможное существо? – отсмеявшись, спросил Драган, обняв меня. Да уж, со стороны это на самом деле выглядело занимательно!

   – Проводила ритуал вызова дьявола, – прошипела мисс Хайд, – но явился ты! Странное совпадение, не находишь?

   – Злюка! – он вздохнул. – Я соскучился!

   – Драган, ты мне мешаешь… – как это обозвать? – Шаманить! Я верное направление ищу! 

   – Хочешь, бубен подарю? – чертики в глазах хорвата отплясывали джигу. – Могу даже чум достать!

   – Ты кого угодно можешь достать! – парировала мисс Хайд. – Идем-ка! – я потянула его к двери.

   – Вот видишь, ты уже нашла правильное направление! – довольно промурлыкал хорват.

   – Конечно, дорогой. – Я вывела его в коридор, посмотрела на Ковача и отчеканила, – Нико, запрещаю пускать этого сексуального террориста в хранилище без моего разрешения, чем бы он тебе ни угрожал, хоть казнями египетскими! Можешь сам в принудительном порядке удовлетворить его плотские аппетиты! Приказ ясен?

   – Предельно! – богомол усмехнулся. 

   – Будешь беспредельничать – накажу! – пообещала я Драгану. – Вернее, наоборот, вообще перестану наказывать!

    Я вернулась в хранилище и продолжила поиск, стараясь не смеяться над собой. Нет, определенно, чувство юмора мое все! Хотя по-другому мне никак, с ума сойду. Воспоминание о том, как Глеб однажды сказал, что раз смех продлевает жизнь, то мне, хохотушке, придется жить вечно, вновь заставило меня рассмеяться. Но вскоре полились слезы.

   – Хватит! – прошипела мисс Хайд. – Он сам выбрал свой путь!

   Смахнув влагу со щек, я закрыла глаза и сосредоточилась на запросе. Пальцы начали пылать перед дальним стеллажом. Конечно же, нужной оказалась самая верхняя полка. С трудом дотянувшись, я пороняла на пол свернутые рулончиками манускрипты, и села на пол прямо среди них. Как же эти трубочки похожи на обычные обои! Перебирая их, я зашипела от боли – ладони словно терзало настоящее пламя. 



Елена Амеличева

Отредактировано: 30.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться