Санклиты 5. Карающая длань

Глава 2 Дьявольский вечер Часть 6

 

   – Хорошо. – Я начала листать, и ледяной кулак сжал душу. На каждом снимке Хироми был он – знакомые кудряшки, челюсти Щелкунчика, голубые глаза. Архангел Михаил. 

   Первый кадр – с аркой, которую открыл Баал во время парада Ого-Ого на Бали. Блондин стоит вдалеке, прислонившись плечом к пальме. Следующие несколько – дом Руфи. Архангел уже ближе. А вот Иерусалим, улица Яффо – Михаил подходит к дверям того кафе, где мы перекусывали. Руки задрожали, когда я увидела последние фото. Лавка с инжиром. Мы с Гораном улыбаемся друг другу. Блондин стоит буквально в паре метров от нас! Можно даже надпись на его футболке прочитать! Но никто из нас его не видел! Ни сама госпожа Ангел, ни охрана. 

   – Зато его заметил фотоаппарат. – Задумчиво прошептала я. Как сюда вписывается то, что совершенно некстати мои вибриссы перестали чувствовать некоторых – например, Алию и Клеща сегодня?

   – Саяна? – Мажор потряс меня за плечо.

   – Что? – мисс Хайд недовольно уставилась на него, помешавшего «додумать умную мысль до конца».

   – Надо что-то делать. – Прошептал парень.

   – Что именно?

   – Не знаю! Что-то!

   – Это главный Архангел, Спиридон, – я развела руками. – На него с рогаткой не выйдешь.

   – Но… как тогда? – он растерянно посмотрел на меня.

   – Как всегда, – мисс Хайд пожала плечами. – Пусть будет, что будет. А теперь пойдем. Сейчас нужно разобраться с другой проблемой.

   – Что ты задумала, родная? – спросил Горан, когда мы вошли в гараж.

   – Сюрприз. – Мрачно ответила мисс Хайд, сев в BMW. 

   Драган хотел занять пассажирское сидение, но я покачала головой и велела Ковачу посадить на это место Павла. Мы выехали в ночь. Машина заурчала, набирая скорость. Мужчина пристегнулся. Его руки дрожали. Я покосилась на него и сжала руль так, что побелели костяшки пальцев. За окнами проносились мимо шикарные особняки, но у меня перед глазами стояло лицо Глеба.

   Автомобиль выскочил на трассу. Скорость росла, а вместе с ней увеличивался и страх Павла. Ужас сочился наружу из каждой поры на его теле и едким разъедающим облаком заполнял пространство вокруг. Старый Охотник сжался в комок, но я не нашла в себе сил на сочувствие к нему. Что ж, он ни разу не пожалел меня, так что мы квиты!

   Мне вспомнился Глеб с кинжалом в сердце. Я прижимала брата к себе, вливала в его безжизненное тело кровь, всматривалась в его пустой взгляд, уже подернутый белесой пленкой, и не хотела пускать в сознание мысль о том, что он умер – от моей руки, и ничего уже не изменить. Глаза заволокло слезами. Я выжала из машины максимум, резко выкрутила руль вправо, и когда автомобиль нырнул в темноту, вдарила по тормозам. 

   Одновременно отстегнув ремень безопасности на Павле.

   Меня ударило грудью о руль, а мужчина вылетел через лобовое стекло. Восстановив дыхание, я вышла из  BMW и подошла к Охотнику, который корчился от боли на земле. С залитого кровью лица на меня смотрели глаза, полные ужаса.

   – Не н-на…до! – прохрипел он, пытаясь отползти.

   – Вы можете смотреть в мое лицо? После всего, что сотворили? – мисс Хайд опустилась на колени рядом с ним.

   – Умоляю!

   – Поздно умолять. Я ведь предупреждала вас, Павел. Обещала, что в следующий раз напою кровью, помните? А я всегда держу слово! – зубы рванули запястье, и горячая кровь заструилась по коже. Крупные капли упали на лицо Охотника. Он взревел, пытаясь увернуться, словно это была кислота, а не кровь. Я молча придавила его к земле, уперевшись коленом в грудь, и зафиксировала голову, сжав свободной рукой горло.

   Когда я отпустила его, Павел начал плеваться, изгибаясь всем телом, как охваченная огнем гусеница. Рыча, он встал на колени, сунул два пальца в рот и долго давил себе на корень языка, пытаясь вызвать рвоту, чтобы исторгнуть ненавистную кровь Ангела из организма. Тело содрогалось в конвульсиях, но она осталась внутри.

   – Теперь вы поймете, сколь ужасно все содеянное вами. Это будет вашим наказанием! – тихо сказала я, встав на ноги.

   Мужчина застонал и покачнувшись, упал на спину. Взгляд устремился в мою душу. Мисс Хайд утонула в его глазах и выпала из реальности. Ноги вновь ступали по крошеву из мебели, стекла и бетона, в которое превратилась гостиная в тот день, когда мужчина с внешностью Глеба пытался убить детей в моем чреве. В тот день, когда вся жизнь разлетелась на куски. 

   Это был тот самый момент, когда я ударила Глеба Крыльями и отключилась. Да, вот он – сидит у стены, о которую его с силой ударило, мотает головой, пытаясь придти в себя. И он живой! Кинжал, выпавший из руки, лежит в паре метров от него. Как же так? Что происходит? 

   Эта мысль проскользнула в сознании, но спустя мгновение все отошло на задний план, потому что я увидела его. К Глебу медленно подходил блондин с кудряшками и челюстями Щелкунчика. Архангел Михаил. Под его ногами хрустели осколки моей жизни.

   Подняв кинжал, он присел на корточки перед Глебом. 

   – У нее… Крылья! – потрясенно глядя на него, прошептал брат. – Как же так?

   – Это уже не твоя проблема.

   – Но… – Глеб дернулся. – Зачем? – глаза широко открылись, и он с изумлением посмотрел на кинжал, который воткнул в его сердце Архангел Михаил. – Как же так?..



Елена Амеличева

Отредактировано: 30.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться