Санклиты 5. Карающая длань

Глава 3 Менора Часть 2

 

   Всегда хотела посмотреть на подземный Иерусалим, где чем глубже, тем древнее. Он как стопка блинчиков – культурных слоев, пропитанных вязкой патокой времени. У города, который 80 раз захватывали и 39 раз уничтожали, по-другому быть и не могло. Несмотря на богоизбранность, евреям всегда как-то не особенно везло в военном деле. 

   Интересно, что нашли бы здесь, если бы разобрали всю эту мешанину из старых стен, покрытых зеленым налетом цистерн-водохранилищ, извилистых подземных ходов и полостей неизвестного до сих пор назначения? 

   Но тревожить этот «древний мусор» запрещено – слишком хрупко достигнутое ценой многих человеческих жизней перемирие в этом более чем сложном месте. Археолог на Ближнем Востоке – как солдат на передовой. Или даже скорее как сапер – только в случае неосторожных действий взорваться может весь регион. Впрочем, здесь любят пошутить о том, что умерший в Иерусалиме прямиком попадает на небо, минуя чистилище и прочие бюрократические инстанции.

   Вот только почему-то не смешно. Я поежилась, и Горан сразу же обнял меня. Стало тепло. Сколько же мы уже идем? Совершенно потеряла счет времени. Странное ощущение – здесь оно словно по-другому течет. Не медленнее или быстрее, все намного сложнее. Словно смотришь на лист бумаги с двумя параллельными прямыми, которые прямо у тебя на глазах становятся трехмерным рисунком и не только пересекаются, а выписывают такие загогулины, что голова идет кругом.

   Стрела коридора наконец-то свернула вбок. Освещения здесь не было, пришлось включить фонарики. Идти стало сложнее – крупные камни будто сами лезли под подошву, заставляя испытывать не самые приятные ощущения. Проход постепенно сужался. Еще пара поворотов, и пришлось протискиваться между округлыми каменными выступами, напоминающими бочки шоколадных маффинов. Что-то у меня все сравнения кулинарные сегодня. Надо было плотнее обедать.

   Захария притормозил перед очередным ответвлением, прошел внутрь, сдвинул несколько камней, снял замок с кольца в полу и потянул его на себя. Толстенный лист железа натужно заскрипел, повинуясь Хранителю.

   – И почему все тащат Ангела в какие-то кротовые норы? – пробормотала я, с тоской глядя в черное нутро прохода.

   – Не напоминай, – прошептал Драган, сжав мою талию. – Пока ты была в бункере… – голос дрогнул, и мужчина замолчал, стиснув зубы.

   – Прости, родной. – Мне с трудом удалось развернуться в плотном стальном кольце и поцеловать его.

   – Не пропадай так больше, умоляю! – хрипло прошептал он.

   – Не буду.

   – Точно? А если…

   Договорить ему я не позволила, заставив замолчать поцелуем.

   – И вот так все время, представляешь? – простонал Арсений. – Они как кролики!

   – Санклит жалуется на нас Хранителю! – мисс Хайд прыснула и спрятала лицо на груди супруга.

   – Он, наверное, не знает, что бывает с ябедами. – Громко сказал Горан, поглаживая меня по спине. Я подняла голову и увидела тоску во взгляде Захарии, устремленном на нас с Драганом. Похоже, дама его сердца не отвечает взаимностью. 

   – Все я знаю. – Буркнул Сеня. – Хватит тискаться, идти надо. 

   – Ну, раз дядя Сеня сказал надо, значит, надо! – я сделала серьезное лицо, отошла от супруга, недовольного таким поворотом, и, подойдя к обиженному Арсению, чмокнула его в щеку. – Не дуйся, тебя я тоже люблю, и детеныши тебя обожают!

   – Ясное дело! Они знают, кто их всему научит и от мамки с папкой прикроет!

   – Боюсь даже представить, чему ты можешь научить! – мисс Хайд подтолкнула санклита к черной дыре, куда только что спустился Захария. – Лезь давай!

   Бурча, как зловредный дед, Арсений полез в нее. Я последовала за ним. Внизу меня ожидал сюрприз – когда Хранитель достал из рюкзака люминесцентные палочки и, надломив их, бросил на пол, перед глазами распростерся вширь огромный грот. Желтый неоновый свет придавал зловещий вид провалам многочисленных ходов, которые чернели в кирпичного цвета стенах. 

   Кулинарные сравнения сработали и в этот раз, заставив меня почувствовать себя крохотной изюминкой в пышном, ноздреватом ржаном хлебе. Хотя, учитывая цвет и твердость стен, скорее, в сухаре. Да, надо было поесть получше. Мы прошли к противоположной стене, нырнули в одно из узких ответвлений, и я поняла, что грот был только небольшим предбанником впечатляющих размеров природной подземной ниши. 

   – Ого! – вырвалось у меня. 

   Возглас улетел к каменным сводам и гулким эхом заметался в холодном воздухе, пружиня от стен, в свете фонарей ставших насыщенно апельсиновыми. Пахло, правда, вовсе не цитрусом, а почему-то рыбой и затхлостью, присущей подтопленным подвалам и подпольям. 

   – Пришли. – Тихо сказал Захария и указал рукой вперед.

   Непроглядная тьма протаяла размытыми янтарными пятнами, которые, становясь все больше, приближались к нам. Вскоре в золотистой дымке я уже смогла различить силуэты людей. Около двадцати человек. Сразу вспомнилась моя личная гвардия из родителей спасенных из Коцита санклитят. 

   Впереди шла миниатюрная женщина с прямыми рыжими волосами до плеч. Мы встретились с ней глазами и не отрывали друг от друга взгляды, пока Хранители не остановились на расстоянии вытянутой руки от нас.

   – Как похожа! – потрясенно выдохнула она, и я все поняла.



Елена Амеличева

Отредактировано: 30.07.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться