Сашка Кузнецов. Мира Данелько

Размер шрифта: - +

1 января 1969 г. Вечер

Через полчаса мы бок о бок быстро шли по центральной улице Владивостока в сторону дома Миры. Мы оба уже проголодались.

- Слушай, Македонский, как это ты меня в тот подъезд вывел? Мы же в этом дурацком кабинете сидели и вдруг возник этот подъезд. Откуда он взялся? И куда Марина Михайловна делась? Что это за фокус?

- Не фокус это… Я не физик, чтобы такие явления объяснять. Перемещение в пространстве. Я для себя это так называю…

- Правда что ли?

- Правда, правда… Но об этом тоже помалкивай.

- Понятное дело! А Марина Михайловна? Кстати, то что ты её тётей называешь и на вы, это только для посторонних, как я понимаю?

- Правильно понимаешь…

- А куда она делась? Стояла, стояла и вдруг растаяла в воздухе…

- Я её домой отправил. Ты же слышала, как она меня просила отправить её назад…

- Она тоже из Магадана или здешняя?

- Из Магадана. Мы в соседних домах живём.

- А ты сам можешь вот так вот… перемещаться?

- Могу…

- А зачем же ты тогда сюда на самолёте летел? Придумываешь ты что-то, Македонский!

- Меня мама собирала и провожала. И билеты мне она покупала. Не мог я самолёт миновать! Если бы она не знала об этой поездке, я бы, конечно же, не стал тратить время на самолёт! Помело там, на кухне у твоей подруги, я не напрасно упомянул.

***

Дома нас ожидал сюрприз. В гости пришли Алла с Галей. Они ждали нас уже полтора часа. Принимала их Нина Васильевна. Когда мы раздевались в прихожей, до нас донёсся из кухни их общий смех.

Отца дома не было. Он ещё не вернулся со службы, хотя ушёл из дома практически следом за нами. Ну да, на такой сложной должности, как у него, и дела сложные и времени в сутках маловато.

Кормила нас Нина Васильевна. Ларису она отпустила домой. Оказывается, у них давно так заведено. Один день в неделю Лариса живёт в своём доме. Остальные шесть дней в неделю она живёт с ними вместе. У неё даже есть в этой квартире своя собственная комната.

Девочки составить нам компанию отказались. Как выразилась Алла, последние полтора часа они только тем и занимались, что что-то ели и чем-то запивали. Пришли они с двумя целями. Галка чувствовала себя виноватой перед Мирой и хотела как можно скорее восстановить отношения. А Аллочка захотела ещё раз послушать, как я играю на флейте.

Я поел, составил нашу с Мирой посуду в мойку и сходил в спальню за флейтой. После этого в кухне установилась тишина, если не считать звуков музыки. А играл я всё подряд, сопровождая музыку картинками природы, космоса, когда мелодия подходила к этому, видами оживлённых улиц чужих городов. Короче, это был концерт — импровизация для четырёх слушательниц.

Завершил я его Кондором. Как выразилась Мира:

- Сыграй теперь про птичку!…

Они увидели эту гордую «птичку» на фоне иззубренных скалистых вершин южноамериканских Анд. Последняя мелодия отчего-то так растрогала Нину Васильевну, что она, бедная, даже всплакнула. Чувствительная она тётка. Мира, конечно же, подскочила к ней, обняла и принялась утешать, но Нина Васильевна только мотала головой, не в силах вымолвить ни слова. Видимо, эта мелодия задела какие-то давно похороненные под слоем времени воспоминания, вновь всколыхнувшие душу.

- Гайки он на завод точить пойдёт! - фыркнула Галка, когда Нина Васильевна, немного успокоившись, ушла в ванную.

Девочки рассмеялись, услышав это недоверчивое фырканье. Я охотно подхватил их смех. Почему-то после хорошей музыки и смех кажется аппетитнее.

Нина Васильевна вернулась из ванной, но не села на своё место, а подошла ко мне. Она сначала наклонилась, чтобы обнять меня, а потом и вовсе встала на колени рядом с моим стулом, обняла меня обеими руками и, закрыв глаза, прижалась головой к моей груди. Почему-то то, что я гладил её по голове, как маленького ребёнка, казалось в этот момент совершенно естественным. Даже взгляды девушек сделались как-то мягче, когда они смотрели на Нину Васильевну.

- Спасибо, Сашенька! - тихо сказала она через пару минут, поднимаясь на ноги, - Я отчего-то маму вспомнила, когда ты играл. Птицу эту мощную видела и почему-то лицо мамы… Давно уже не видела. Даже забывать стала. Нужно будет на кладбище сходить.

- Классно играешь, Македонский! - подтвердила Галка, - Я думала девчонки как всегда преувеличивают. Быть тебе великим музыкантом!

- Я же сказал, мне нравится гайки точить! На завод пойду! Учеником токаря! - ухмыльнулся я, - И даже не уговаривайте!

***

Дядя Миша вернулся со службы в начале девятого. Девочки к этому времени уже ушли. Мы с Мирой сидели на моей кровати, и она расспрашивала меня о друзьях, о маме и бабушке и тому подобных вещах. Пыталась она расспрашивать меня и о моих подругах, но оставила эти попытки, когда я сказал, что позже она сама всё узнает.



Александр Раевский

Отредактировано: 22.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться