Сашка Кузнецов. Танцевальный кружок. Часть 2

Размер шрифта: - +

Пионерское собрание

Ещё неделю назад в Магадан прилетела целая делегация из Академии медицинских наук. Часть из них осталась в городе и плотно занялись мамой и той её сотрудницей, помолодевшей вместе с нею, имя которой я так и не удосужился узнать, а пятеро, навьюченные рюкзаками, баулами и какими-то ящиками с приборами, улетели на Чукотку. Как я понял, тот маленький безымянный ключик собираются всерьёз исследовать.

Вчера мама объявила, что она и тётя Зина так, оказывается, зовут ту помолодевшую тётку - полетят в Москву. Якобы условия для исследований у нас здесь не отвечают сложности задачи. Мама была счастлива таким вниманием к своей особе, и я не стал переживать. Пусть исследуют, пока им это не надоест. И маме хорошо. Для неё это развлечение. Монотонна у неё жизнь, если честно. Тем более, что в Москве живут её мама и сестра. Мои бабушка и тётка.

Билеты были куплены на послезавтра. Они пробудут там предположительно две недели. Мама договорилась с Мариной о том, что та будет за мною присматривать. Марина предложила переехать к ним, но я уже почувствовал вкус свободы и отказался. Кроме того, с Наташей по-прежнему всё не понятно. Мне не хотелось без большой нужды мозолить ей глаза.

А сегодня, 22-го сентября, после уроков у нас должно состояться собрание нашей пионерской дружины. Наша бессменная вожатая Света из 10-А класса бегала к нам по два раза в день в течение всей последней недели. Ей нужны были заявления от каждого из нас с просьбой дать рекомендацию о приёме в комсомол.

Моего заявления она так и не дождалась. Я упрямо отказывался, мотивируя свой отказ тем, что мне и в пионерах живётся неплохо. Галстук, мол, красивый и вообще... Вчера она сердито фыркнула, попыталась схватить меня за шиворот, чтобы дать по шее или как-то по-другому физически надругаться надо мной, не преуспела потому что я увернулся и отбежал подальше. Она не стала гоняться за мной по классу. Сказала, что всё это я должен буду сам объяснить своим товарищам и ушла!

Вёл пионерское собрание сам секретарь комсомольской организации нашей школы десятиклассник Миша со смешной фамилией Кормушкин. Кроме него за учительским столом, ради торжественного случая покрытом красной материей, восседали наша пионервожатая и классная руководительница! Попробуй пикни, когда тут этакая силища собралась!

Сначала всё шло, как по маслу. Поднимался очередной по списку ученик, зачитывалось его заявление с просьбой дать рекомендацию, потом он или она рассказывали о себе, затем следовало краткое обсуждение кандидатуры и заканчивалось всё голосованием.

Когда очередь дошла до меня, в классе уже попахивало потом. Это из-за того, что очередные кандидаты усиленно потели, рассказывая о себе. Прямо как на уроке физкультуры. Миша зачитал мою фамилию, и я выбрался из-за парты. Света что-то сказала ему на ухо. Миша поднял на меня глаза и удивлённо спросил:

- Слушай, Кузнецов, а почему здесь нет твоего заявления? - он похлопал рукой по пачке тетрадных листков.

- Потому что я его не писал. - фыркнул я, - И не собираюсь писать. И ещё - я прошу собрание последним пунктом в повестку дня внести вопрос о моём дальнейшем пребывании в членах пионерской организации.

- Это не тебе решать! - недовольно буркнул Миша.

- И не тебе! - спокойно парировал я, - Ты на нашем собрании гость, так что веди себя поскромнее! Здесь хозяева мы с ребятами, понял?

В классе повисла мёртвая тишина. Как во время контрольной по математике. Я развернулся лицом к классу.

- Послушайте, ребята, - обратился я ко всем присутствующим, - вы всё равно все будете приняты в комсомол. Мне одному оставаться в пионерах скучно. Проголосуйте, пожалуйста, за моё исключение? Что-то не хочется мне в одиночку металлолом и макулатуру собирать...

Подал голос кто-то из братьев Морковкиных. Они иногда, для смеха, меняются курточками, так что стопроцентной уверенности в том, что ты имеешь дело именно с Колькой, а не с Толькой, никогда нет. У Кольки верхняя пуговица на куртке вечно болтается, а у Тольки она пришита намертво не оторвёшь. Только по этой пуговице мы их и различаем. Мне кажется, их несчастная мать специально не пришивает её, чтобы самой хоть как-то ориентироваться.

- Слышь, Санёк, а почему ты не хочешь вместе со всеми?

- Я, Колька, этой весной побывал на заседании бюро горкома комсомола. Их было там шесть человек. Четверо мужчин и две женщины. Из них пятеро были откровенными пьяницами, педофилами и казнокрадами...

- А что такое педофил? - перебила меня Петрова.

- Педофилы, Петрова, это такие взрослые дяденьки и тётеньки, которые детей любит, но не так, как тебя, к примеру, родители любят, а в другом смысле. Поняла, о чём я?

В классе стало шумно. Миша громко откашлялся, постучал карандашом по графину с водой и вновь взял управление в свои руки.

- Ты, Кузнецов, говори, да не заговаривайся! Знаешь, что бывает за наветы!

- Знаю, Миша, знаю! Только я говорю чистую правду! Один из этих четверых с моей помощью оказался под следствием. Его обвиняют по многим статьям, но главная - изнасилование несовершеннолетней.



Александр Раевский

Отредактировано: 17.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться