Сатияра. Замок дракона

ГЛАВА 5: О подпольной вылазке

Через полчаса блужданий по закоулкам и подворотням мы подошли к оживленной улочке, на которой то и дело раздавались девичьи голоса и смешки. Любимое место местной молодежи, как я поняла. Влюбленные парочки прогуливались по широкой аллее неподалеку, счастливо заглядывая в глаза друг-другу и весело щебеча о своем. Они так трогательно держались за руки, что я непроизвольно вздыхала.

— Баян, что-то мне не нравится твой план, — шепнула я пони на ухо, когда тот начал изложение.

— Я привлеку слишком много внимания, а мой выход позже. Поэтому, придется тебе самой, — строго пробавил пони.

Я из врожденного чувства вредности как всегда хотела затеять спор, потому что абсолютно не понимала смысла того, что Баян у меня попросил. А попросил он прогуливаться по аллее между парочек и периодически подходить к стайкам одиноких красавиц, что влюбленно пожирали глазами неодиноких товарок, рассказывая при этом прелюбопытнейшую новость.

— А вы знаете, что прибыла новая партия молодых и божественно красивых энкант? Сам сумеречный герцог собирается выбрать себе нового слугу, да-да! — с глупейшим выражением лица шептала я, судорожно хихикала и переходила к следующей стайке, пока эта не опомнилась и не потребовала подробностей. Почему с глупейшим? Да потому что нечего делать в таком захолустье правой руке короля, все это прекрасно понимают, тем более выбирать себе энканту покрасивее. Будто местный рынок содержит первосортные товары и предоставляет шикарнейшие услуги. Более того, слухи о герцоге Сумраке были настолько противоречивы, что мне он казался эдаким символом королевской власти, вобравшим в себя все плохое и хорошее от нее, а не реальным человеком. Суровый маг, прошедший не одну войну, и при этом чертовски красивый и обаятельный, похититель женских сердец и разрушитель семей. Кажется, в его роду даже текла эльфийская кровь. Впрочем, по другим сведениям, в королевстве эльфов не было и быть не могло. По крайней мере такие сведения были в книгах, причиной же резкого ухода волшебных народов стала кровопролитная бойня и восхождение на престол короля-узурпатора. Словом, не мог сочетаться в одном флаконе жестокий убийца, унесший множество жизней, и справедливый правитель сумеречных земель. Я герцога опасалась и искренне надеялась никогда не встретить на своем пути, потому что четко понимала: не может быть добрым и справедливым тот, чье имя не смеют называть вслух. К герцогу всегда обращались лишь официально, или используя имя, данное врагами: “Сумрак”.

А тут еще моя глупая байка! Ох, я на самом деле боялась. А вдруг Сумрак выпрыгнет как низший демон из табакерки, схватит меня и прикончит на месте за столь неуважительное отношение?! Или материализует руку прямо внутри моей грудной клетки и вырвет сердце? И все равно собственное чутье подтолкнуло довериться Баяну, что я и сделала, а теперь втихаря кусала губы от волнения и нервно царапала собственные руки.

— Ах, он так прекрасен, я всего одним глазком посмотрела и влюблена, — театрально разыгрывалась мной сцена. Пусть актрисой я всегда была никудышной, что уж говорить, врать абсолютно не умела. Но выбирать не пришлось, вот я и взяла себя в руки, заткнула гордость и совесть подальше, принялась действовать.

— Ах, лэри, кого же вы видели? Прекрасного энканта или герцога? — начали щебетать, словно птички, девчушки из очередной болтливой стайки, когда я лишь на минутку замешкалась и вовремя не отошла от них.

— Нет-нет, я не хочу заниматься распространением сплетен, лэри, прошу меня простить, — я картинно вскинула руку, откинула голову назад и театрально прикрыла глаза, а потом резво направилась в сторону очередных девичьих посиделок.

Повторяя заготовленную речь снова и снова, раз за разом, кажется, даже сама в нее поверила. История обрастала новыми подробностями и фактами, вскоре я уже рассказывала о том, что герцог присматривает себе невесту, потому что девушки из этого города пленили его сердце своими серыми глазами. А еще, что можно будет купить услуги определенного характера от самого прекрасного в мире энканта по сниженной цене. Всего один взгляд, и лэри ощутят те прелести семейной жизни, что настойчиво прячут от них строгие родители, не позволяющие встречаться с юношами до брака. Кстати, надо бы спросить точно, что за “определенные услуги” такие. Непохоже, чтобы девчушки собирались прыгнуть в койку к первому встречному, тем более вряд ли один энкант остался бы жив после череды любовных подвигов со всеми присутствующими. Ну, попадись мне, Баян. Я жутко краснела, заикалась и оговаривалась, рассказывая очередные небылицы, а молоденькие кумушки все равно велись на льющийся рекой бред. Единственным неизменным фактом, эдаким ориентиром, оставался белоснежный пони, вечный спутник и помощник красавца. При этом, я не указывала, какого именно красавца.

Потратив на глупую болтовню несколько долгих и напряженных часов я ощущала себя выжатой и уставшей. Еще никогда в жизни мне не доводилось так активно болтать о всякой ерунде и строить из себя ограниченную простушку. Простушкой я, может быть, и была, но никак не ограниченной. Понимая, что молодые кумушки могут запомнить мою внешность, я немного перестраховалась. Каждые полчаса украдкой доставала из сумочки с деньгами остатки косметики в небольшом футляре, что Анжелика так любезно мне подарила, и поправляла макияж, делая его все более и более ярким. Глаза обильно подводила черным, а губы обводила яркой малиновой помадой. Все это на ощупь, разумеется, зеркала ведь не было. Полагаю, зрелище было занятное. То же обстояло и с волосами, я их предусмотрительно распустила и спрятала под одежду, создавая образ короткой стрижки. Завершающим штрихом стала широкополая безвкусная шляпа из соломы с огромной ромашкой на боку, которую Баян потребовал купить и надеть по пути, а также цыганский расписной платок, наброшенный прямо поверх одежды. Платок, премерзко пахнущий и местами дырявый, пони любезно украл для меня, не хочу даже думать у кого именно, надеюсь, хоть не на помойке подобрал.