Счастье впереди

Глава 3.

- Чего тебе?

- Мне, Роман Алексеевич, сказал, что ты с ним опять поссорилась.

- Это не твоё дело.

- Ты сейчас где?

- В отеле, и, кстати, ты мне мешаешь.

- Через час я за тобой заеду. Останешься сегодня на старой квартире.

- Нет, он меня там найдёт.

- Я всё сказал.

Через час, как Олег и сказал, он забрал Алину.

- Что у вас там произошло? – прямо перед домом Кирилла и Олю поймал Стас.

- Стасик, ты как раз вовремя. Мы тут Алиночку встретили, красавица первоклассная.

- Кого… -Стас явно был ошеломлен. – Алина вернулась? Антону не слова!

- Не кричи! – Кирилл подтолкнул девочку вперёд. – Оленька, иди домой, взрослым надо поговорить. – Оля послушно вошла в дом.

– А теперь, послушай меня, Стасик, Алина наша, стала шлюшкой.

- Ты всегда врёшь. Что ты…Хочешь защитить?

- Я и защищать? Ха- ха - ха! Ты в своём уме? Кирилл Захаров – эгоист и ему всегда плевать на чужие чувства. – Он уже собрался уходить.

- Я знаю тебя лучше всех, поэтому говори честно.

- Защищаю то, что мне дорого, а моё самое дорогое ты знаешь.

Кирилл зашёл в лифт, а Стас остался разговаривать по телефону. Полина Ильина, как раз, закончила разговаривать с мамой Захаровых, и мама с дочкой ушли домой.

В эту ночь, Оле опять приснился тот страшный сон. «Хорошо, что мама рядом и обнимает так крепко, что все кошмары уходят». – конечно, она так думала, но она видела настоящие чувства матери. Полина очень любила и до сих пор любит своего мужа. Когда он погиб, женщина вела себя, вроде, как обычно, но ночью она плакала навзрыд. До сих пор она плачет каждую ночь, скорбя о потере мужа. Сестра делает так же, но вот Оля… Девочка понимает, что она тоже виновата. Не имеет она право плакать.

Через 2 дня Полина Ильина опять уехала, и Оленька, опять вернулась к Любовь Семёновне.

Настала новая учебная неделя. Как обычно, с утра в школу Олю отвезла мама Захаровых. В школе нового ничего не происходило, и братьев она не видела. После школы, домой Оля пошла одна. Как ни странно, девушка заблудилась и оказалась около дома в 2 этажа. На одну из дверей стояла и смотрела Алина.

- Чего тебе? – девушка даже не посмотрела в сторону Оли.

- Извини, я заблудилась.

- Мм, запомни одну вещь, мышка, я ненавижу, когда извиняются. – наконец, она посмотрела на девочку. – Знаешь, что это за дом?

- Нет.

- Это, то место, куда я люблю сбегать ото всех. В той квартире нет ничего, кроме окон и дверей.

- У меня дубликат папиных ключей, ведь раньше тут жил отец. Олег знает о ней, но ненавидит её.

- Почему?

- Этот, недобрат, с детства привык к роскоши, он всегда получает, то, что захочет.

- Почему «недобрат»?

- Ты же не могла не заметить, как мы похожи? У нас одна мама, но разные отцы. Дедушка не любит меня, потому что мы с папой слишком бедные. Папа заботиться обо мне и любит, и за маму, и за дедушку. Я счастлива, ведь он самый лучший.

- Но Кирилл говорит, что ты «шлюшка» ….

- Хм? Ха, ха, ха, братья Захаровы. –она хотела толи рассмеяться, толи заплакать, Оля не могла разобрать. – Кирилл сказал, да? У нас сейчас денег нет совсем, поэтому, я подстилка, для богатеньких буратино. Кстати, напомню, с Захаровыми лучше не связывайся.

- Почему?

- Я тебе расскажу, но, врятли, ты поймёшь, пошли, зайдём внутрь. – Алина открыла дверь и запустила Олю. – Антон влюбился в меня, когда мы встретились на концерте. Я, конечно, его не любила, но мы начали встречаться. Потом, я познакомилась с Кириллом. Сама знаешь, какой он пикап-мастер, но я тоже не устояла, а самый последний, тот, в кого я по-настоящему влюбилась…Стас. Он никогда меня не о чём не спрашивал, не упрекал не в чём, слушал все мои бредни, любил, но второму брату захотелось затащить меня в постель. Настырный, уверенный в своих силах, он сделал это со мной. Но невовремя вернулся Антон, а ещё чуть позже Стас. Это зрелище я не забуду никогда. Антон, чуть не убил родного человека, и это всё из-за меня. Самое больное было то, что Стас перестал смотреть на меня, будто я не существую. Боль взяла вверх, и я на год уехала жить в Санкт-Петербург. – Алина замолчала на минуту, а после, продолжила. – Теперь, ты знаешь всё. Уходи, мне больше, нечего сказать.