ЧАСТЬ I
«Роковая ошибка»
Теплый морской бриз нежно овевал стройную фигуру молодой женщины. Он игриво трепал ее отливающие рыжим огнем волосы, позволяя непослушным локонам свободно развеваться на ветру. Ласкал ее гладкую кожу, бесстыдно пробираясь сквозь легкие складки длинного бирюзового платья, словно пылкие руки невидимого любовника. Шептал ей на ухо свои восторженные дифирамбы, посвященные бескрайней глади простирающегося впереди Неаполитанского залива. Завороженная столь прекрасным июньским вечером, задумчивая девушка облокотилась локтями о массивные резные перила широкого балкона, незатейливо вертя в руках хрупкий цветок белой лилии.
Пожалуй, в ее жизни не было момента столь спокойного и равномерного, чем сейчас. Вдохнув полной грудью свежий воздух гостеприимного Неаполя, девушка счастливо улыбнулась. За долгие годы, прожитые вдали от родины, она так и не смогла полюбить Францию. Объездив всю страну, побывав чуть ли не в каждой ее окраине, словно одинокий отшельник, она невольно вспоминала свои родные земли, куда ее так непрестанно тянуло год за годом. И вот она снова здесь. Дома. В Италии.
Принюхавшись к тонкому аромату любимых цветов, Микелина невольно подумала о высоком зеленоглазом брюнете, с которым она встречалась уже год. Невзирая на не слишком большое одобрение своей родни, она все же остановила выбор на Марко, чьи предпочтения к жизни были по большей степени сравнительно схожи с ее собственными. Марко, так же как и она, любил красивую жизнь: дорогие автомобили, услуги модных кутюрье. Единственный его недостаток заключался в излишней тяге к труду. Он был трудоголиком до мозга костей, не привыкшим к чрезмерному веселью. Однако самым главным достоинством добропорядочного Марко Сальвьери, несомненно, являлась его абсолютная покорность перед своей подругой. Он с легкостью следовал всем ее указаниям. За весь совместный год он ни разу не посмел сказать ей хоть что-то против ее воли и всегда относился к ней с особой вежливостью и вниманием. И пусть в глубине души она прекрасно понимала, что вся эта выраженная покладистость зависит лишь от ее высокого положения, но все же она никогда не искала страстных отношений, от которых бы в ее венах вскипала кровь, голова шла кругом, а бессвязные мысли заставляли бы затуманенное сознание сделать нечто из ряда вон выходящее. Она сторонилась таких отношений.
И опасалась не напрасно.
Ее мать была весьма страстной, темпераментной женщиной, которую всегда интересовали лишь собственные чувства, лишь собственные удовольствия. Она любила себя настолько, что вполне могла убить собственную дочь, лишь бы сбежать от тягостного бремени покорной жены и заботливой матери, лишь бы вновь окунуться в страстную пучину былых приключений, приведших ее к столь ранней кончине.
Вздохнув, девушка горестно взглянула на спокойную гладь безмятежного залива.
Нет. Ее вполне устраивал свой путь, тихие волны которого равномерно несли ее по давно спланированному жизненному сценарию. Ей даже нравились столь спокойные отношения с Марко. С ним ей было легко и умиротворенно. И она постарается сделать все, лишь бы навсегда остаться такой же.
Однако, словно не согласный с ее мыслями, теплый морской ветерок насмешливо нашептывал ей о том, что в ней течет кровь ее матери, о том, что она владеет таким же буйный темпераментом, такой же ослепительной страстью к жизни и столь же пылким влечением к безрассудной любви. Он беззаботно предвещал о ее скором пробуждении из царства льда и морозного холода. Коварно соблазнял авантюрными приключениями и роковым влечением...
- Нет, я не допущу, чтобы какой-то смазливый щенок увел многомиллионную компанию прямо из-под моего носа! - раздался за спиной грозный голос Лукаса Горнели.
Резко выведенная из своих мыслей, Мике невольно вздрогнула, поспешно оборачиваясь к широким балконным дверям, сквозь которые виднелась фигура выходящего из кабинета отца.
- Лукас, не думаю, что тебе стоит беспокоиться, - проговорил следующий по пятам за своим боссом темноволосый мужчина, - младший Моретти едва вступил на пост своего отца. Он тебе не угроза.
- Вот именно, этот надменный ублюдок даже не хочет дождаться, когда его отец перейдет в мир иной, а уже с важным видом занял его место, да и к тому же у него хватает наглости указывать мне, самому Лукасу Горнели, как вести дела!
- И, тем не менее, мальчишка новичок в этом деле. Он нам не соперник, - вновь продолжил свою речь неунывающий собеседник.
Резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, Лукас Горнели едва ли не столкнулся нос к носу со своим подчиненным.
- Вот тут ты ошибаешься, Альфредо. Этот мальчишка пять лет стоял в тени своего отца. За его спиной! Все эти годы он впитывал информацию, словно губка, вбирающая в свои поры живительную влагу. Я чувствую, этот парень далеко не дурак! - словно окунаясь глубоко в себя, взгляд Лукаса слегка затуманился.
Однако уже через секунду седовласый мужчина сузил глаза, в ярости сжимая кулаки.
- И он такой же редкостный сукин сын, как и его отец!
Выйдя из сумрачной тени июньского вечера, Мике легким движением руки развела в стороны прозрачные занавески арочного прохода, во всей красе представ перед отцом.
- О, вижу, ты полностью готов к предстоящему веселью, - с легким смешком обратилась она к слегка обескураженному ее неожиданным появлением разбушевавшемуся хозяину этого почти что исторического особняка.
Мгновенно взяв себя в руки, Лукас сделал глубокий вдох, одновременно избавляясь от накопившейся за вечер раздражительности и, кратко кивнув в сторону, отпустил от себя своего финансового советника.
Разведя руки, пожилой человек с радостью заключил в крепкие объятия одну из самых прекрасных женщин, какие только встречались в его жизни.
- Прости меня, - нежно целуя дочь в макушку, тихо проговорил он. - Ты только вчера прилетела из Парижа, а уже слышишь грохочущие по всему дому недовольные крики своего несдержанного старика.
Слегка отклонив голову от широкого плеча, Мике ласково улыбнулась, глядя в серые глаза мужчины.
- Эта работа тебя совсем изведет, - вполне серьезно заключила она.
- Эта работа - вся моя жизнь, - устало вздохнув, отозвался Лукас Горнели, нехотя выпуская из своих объятий единственную дочь. - Ну да ладно. Оставим мой бизнес хоть на пять минут в стороне. Скажи, чем же моя ненаглядная принцесса сегодня занималась?
Нежно улыбнувшись от такого сравнения, Мике невольно погрузилась в далекое прошлое, когда ещё ребенком, несущимся вдоль бескрайних коридоров, она постоянно слышала смеющийся голос отца, который звал ее своей ненаглядной принцессой. Время шло. Она уже давно выросла из той хохочущей девочки, однако отец все так же продолжал называть ее одним из самых ласковых обращений, какое только может дать любящий родитель своему обожаемому чаду.
Крепко обхватив отца под локоть, молодая девушка послушно последовала за ним в сторону дугообразной лестницы с двумя противоположными ветвями, ведущими в центральную залу первого этажа.
Все ещё чувствуя на себе вопросительный взгляд отца, Мике с легкой улыбкой на устах покорно произнесла:
- Скучала по тебе.
- Стараешься быть идеальной дочерью? - Усмехнулся седовласый мужчина, останавливаясь у центральных перил широкой лестничной площадки.
Вскользь посмотрев в лицо ничего не упускающего из вида собеседника, Мике капризно вздернула бровью:
- А разве у меня это плохо получается?
Не устояв против таких плутовских чар, Лукас вновь дал волю чувствам, нежно прижав стройную фигуру к своей груди.
- Что ты, - тихо прошептал он. - Ты свет моих очей. Ты моя гордость и мое самое большое достояние во всем этом чертовом мире.
Уткнувшись в плечо отца, Мике с радостью позволила себе хоть на мгновение снова стать той же беззаботной маленькой девочкой, упивающейся лаской своего родителя.
Увы, столь редкая идиллия длилась совсем недолго.
- Простите, синьор, - послышался тихий голос управляющей с первого этажа, - вам звонит Серджио Тортора.
Выведенный из блаженной неги, недоуменный взгляд Микелины встретился со слегка недовольным лицом собеседника.
- Глава неаполитанской полиции звонит в такой час? Что ему от тебя нужно?
- Деньги. Что же ещё? - хмыкнул Лукас.
Посмотрев на стоящую у огромной вазы свежих цветов невысокую женщину, он обратился к ней своим самым привычным холодным тоном, разительно отличавшимся от того, каким только что разговаривал с дочерью:
- Я перезвоню синьору Тортора позже. А пока передайте Филиппу, чтобы приготовил нам «фаэтон». Не хочу сегодня притягивать посторонние взгляды, сидя в чересчур броском лимузине.
Усмехнувшись такому выбору, Микелина могла бы с легкостью опровергнуть столь ошибочное мнение. Лимузин зачастую служил отцу лишь как средство передвижения к домам, в которых проводились солидные мероприятия со снующими повсюду репортерами и красными дорожками, проложенными к крыльцу величественных особняков. Одну же из своих любимых и неприметных машин «люкс класса» он оборудовал от бронированных окон до самых последних новшеств автомобильного рынка. В итоге, военный танк по сравнению с прочностью и надежностью этого «фаэтона» казался безобидной детской игрушкой. Но, конечно же, для посторонних глаз это была всего лишь очередная дорогая машина немецких производителей.
Пока они спускались в просторный зал первого этажа, Микелина с легкой долей грусти заметила, что настроение отца вновь начало медленно возвращаться в прежнее мрачное русло, что было вовсе неудивительно, учитывая всю важность предстоящего вечера.
Во всей Европе существовало, пожалуй, лишь с десяток крупных компаний, которые могли перевернуть мировой финансовый рынок за считанные минуты. Три из них находились здесь, в Италии.
#9755 в Любовные романы
#3907 в Современный любовный роман
#4554 в Эротика
#158 в Жесткая эротика
миллиардер, доминант, бдсм откровенно
18+
Отредактировано: 03.09.2024