Сегодня ночью я танцую

Размер шрифта: - +

Часть первая

Это была одна из тех небольших городских улочек, где после одиннадцати вечера жизнь засыпала в любое время года. Ни машин, ни ярких неоновых вывесок – только изредка люди, бегающие в единственный в округе круглосуточный магазин за алкоголем и сигаретами. Именно отсюда Света Миронова сегодня начала свой путь.

За пару лет девушка успела сродниться с этой улицей – присущая этому месту тишина напоминала о спокойной, размеренной жизни в её родном городке. Иногда, когда Свете было тяжело, она любила выйти посреди ночи во двор и, закрыв глаза, мысленно перенестись домой. Все проблемы сразу казались не такими уж и проблемными, трудности – трудными... Но сегодняшний вечер особенный. Девушка не могла признаться сама себе, с чем это было связано – просто в один момент она почувствовала гнетущую пустоту где-то в груди. Обычная прогулка во дворе этого не исправит.

Света бесцельно шла по тротуару вдоль своей улицы; в наушниках играл один из последних клубных треков. Ноги сами несли её вперёд – и она шла, встречая на своём пути воспоминания.

В трёх остановках, рядом с небольшим торговым центром, высилась новостройка. Точнее, такой она была лет десять назад – когда девушка переехала туда из родного дома. Там она жила вместе с отцом и его новой семьей – женой и двумя мальчуганами-близнецами.

Родители Светы развелись, когда ей было восемь. В её памяти сохранились воспоминания о тех днях – когда пришлось рано повзрослеть. Мама и папа всегда казались идеалом пары, но отчего-то по вечерам до маленькой Светы доносились их взаимные обвинения и звон бьющейся посуды – в то время, когда девочка уже должна была спать, и приходилось делать вид, что она ничего не слышала. Потом, когда папа пришёл попрощаться, что все понимает. Что она уже достаточно взрослая, чтоб не злиться на родителей за искалеченное детство. А потом – что не слышит мамин плач за стеной по ночам. Отец переехал в этот город, но не забывал про свою дочь – часто звонил и приезжал в гости. И когда пришло время выбирать вуз, другие варианты даже не рассматривались: девушка перебралась к отцу и поступила в Академию балета.

Танцы были неотъемлемой частью её жизни буквально с рождения. Света хорошо чувствовала ритм и обладала пластичностью, так что многие па давались ей чуть ли не с первого раза. Постоянное движение помогало не концентрироваться на грустных мыслях – особенно в подростковом возрасте. Как и у многих маленьких девочек, отношения с матерью у Светы были намного ближе и крепче, чем с отцом. Первые месяцы после развода девочка даже радовалась тому, что ей так легко удалось его пережить. Но чем старше она становилась, тем больше ей не хватало именно отеческой заботы. Когда пришло время и у Светы появились первые ухажёры, ей стало страшно. Она ведь совсем не знала, как себя вести! Подружки наперебой раздавали бессмысленные советы, а мама отвечала на вопросы подозрительно дрожащим голосом, так что юная девушка решила её не тревожить и попытаться самой справиться с трудностями взросления. В итоге получилось так, что к своим семнадцати годам, к окончанию школы, она совсем не имела понятия, как общаться с парнями. Всех потенциальных кавалеров, выражаясь языком молодежи, отшила, а новые не появлялись – видимо, испугались неприступной крепости по имени Светлана.

И вот появилась возможность наверстать упущенное время. Как же она радовалась возможности болтать с отцом ночи напролёт! Вместе готовить, варить кофе, пересматривать уже затертые до дыр “Крепкий орешек” и “Терминатор”... И ей было совсем неважно, что его жена Кира была этим не очень-то довольна. Света считала, что заслужила эти ночи по праву. В конце концов, она в свободное время с улыбкой на лице помогала Кире с ее детьми – делала с ними уроки, водила в кино или парк. Пару раз даже пришлось отвечать на вопросы о девочках, и они натолкнули Свету на мысль о том, что братьям не хватало мамы; прямо как ей самой в детстве, только наоборот.

Девушка прожила с отцом два года. Два года вместо потерянных девяти – крохи, но хоть что-то; она была рада и этому. Тогда к ней пришла долгожданная внутренняя гармония, и Света наконец почувствовала себя целой. Словно давно она потеряла важную часть себя, а теперь снова нашла. Именно тогда она решила для себя, что когда надумает создать семью – то выберет парня, в котором будет уверена никак не меньше, чем на тысячу процентов. Пусть она прожила пол своей жизни в подвешенном состоянии; допустить подобное со своими детьми просто не могла.

… Асфальт на тротуаре потемнел – моросил дождь. Вот-вот собиралась гроза, и воздух душил. Света уже давно минула ту новостройку, а память все равно услужливо подбрасывала картинки. Вот они завтракают; а вот первая ночь откровений. Почти незаметная легкая проседь у собеседника, напомнившая о том, как неумолимо время.  И первая ночь, которую Света провела в слезах, соскучившись по маме. А вот они с отцом гуляют в парке и лопают сахарную вату, которую из-за диеты категорически нельзя. К черту запреты.

Заиграла одна из многих инструменталок в плейлисте. Просто идти под такую музыку Света считала кощунством. Пальцы на ногах рефлекторно вытянулись и напряглись, движения стали плавными. Света плыла по мелким лужам среди капель дождя, иногда замирая в позах. Она танцевала свою интерпретацию одной из партии Жизель – ей показалось символичным выразить легкую грусть и тоску по былым временам именно вместе с этой героиней. Как Жизель, несмотря на причиненную ей боль, сохранила светлое чувство любви, так и Светлана среди туров и арабесков окончательно простила отца, оставив в памяти только приятные и добрые моменты.



Lilly And

Отредактировано: 14.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: