Сэйфмэн

Размер шрифта: - +

Глава 15

Черный гелентваген выехал на шоссе и направился в сторону области.

- Как это работает?

Шеф вопросительно уставился на Свету.

- В смысле? - не поняла девушка.

- Мы наняли вас для того, чтобы вы убрали Щеглова. Мне реально интересно, как именно это работает.

- Вы же не думаете, что я смогу в двух словах объяснить, как гипнотизировать людей? - Возмутилась Света.

- А вы попытайтесь. - Мужчина затянулся сигаретой и устроился поудобнее. - Вы же не думаете, что мы вас просто возьмем и отпустим, не убедившись, что ваша задача выполнена?

- Я уже десять раз пожалела, что связалась с вами. - Огрызнулась Света. - Если бы не Вадим Юрьевич...

- Филюшкин стал задавать слишком много вопросов,- грубо оборвал мужчина Свету,- именно поэтому нам пришлось прибегнуть к вашим услугам, дорогуша.

- Вы вынудили его работать на вас, заставили убивать ни в чем не повинных людей ради наживы.

- Я не претендую на роль святого, но и вы не так чисты, не так ли? Не забывайте, мы с вами повязаны. На ваших руках кровь того же цвета, что и на моих.

- У меня не было выбора.

- Правильно, - довольно улыбнулся шеф, - вы спасали своего любимого Вадима Юрьевича. Он, в свою очередь, спасал свою семью. Именно так работает шантаж.

Света злобно посмотрела на мужчину и отвернулась к окну.

- Сначала мы проводим анализ клиента. - Тихо начала девушка. - Ищем истоки его душевной травмы, затем работаем с подсознанием.

- Так, это уже интересно. Как же вы подводите людей к последней черте?

- Программируя. С того момента, когда мы находим слабые точки наших пациентов, мы можем использовать их, как рычаги давления. В состоянии гипноза человеку можно записать любую программу, в том числе и на саморазрушение.

- Но как они понимают, что нужно начать выполнять эту программу?

Мужчина выказывал неподдельный интерес.

- Когда программа записана и закреплена в подсознании, дается установочная команда. Это может быть звук, фраза или какой-нибудь набор жестов. Как только объект видит или слышит установочную команду, включается механизм реализации записанной программы.

- И какая команда была дана Щеглову?

- Простая фраза. Мост через озеро.

- Команду может отдать любой человек?

- Абсолютно любой.

Мужчина полностью удовлетворил свое любопытство и умолк. Спустя несколько минут он примирительно развел руками и сказал:

- Не волнуйтесь, Светлана. Как только мои орлы доложат мне, что Щеглов больше не помеха нам, мы отпустим вас и сообщим, где находится ваш дорогой профессор.

Света вновь повернулась к мужчине. На ее лице была хитрая улыбка.

- Вы же не думаете, что я стала бы слепо доверять вам? - Повторила она его же фразу.

Ее собеседник нахмурился.

- Что вы имеете в виду?

- Я, так же как и вы, подстраховалась на случай, если вы решите меня обмануть в очередной раз. Я сказала вам лишь первую часть установочной фразы. Услышав ее, Данил выполнит лишь половину заложенной в его голову программы. Последний шаг он сделает лишь тогда, когда услышит вторую часть. К тому же, только я знаю место, где он будет в нужное время. Так что вам придется меня отпустить сейчас. Ваши архаровцы могут следить за Щегловым хоть до морковкина заговенья, но без меня Данил не сделает последнего шага.

- Ваши условия.

- Вы меня отпускаете и по моему звонку привозите профессора, живого и невредимого в указанное мной место за пять минут до кульминации. Я убеждаюсь, что с ним все в порядке, шепчу Щеглову остаток фразы и, тем самым, выполняю свою часть сделки. Место будет людным, а потому у вас не будет шансов нас убить после смерти Данила.

- А что, позвольте спросить, мне мешает грохнуть вас прямо здесь и сейчас?

Света улыбнулась.

- Не забывайте, шеф, я психиатр. Я давно просчитала вас. Вы никогда не пойдете на такой риск, слишком свободу любите. Доказать вашу причастность ко всем смертям которые уже на вашей совести практически невозможно, а вот прямое убийство - это существенный риск, на который вы никогда не пойдете. Так что я практически уверена, что вы не пойдете на это.

- А если вы все же не выполните вторую часть работы? С чего мне вам доверять?

- Вы сами сказали, мы с вами повязаны. Я причастна к гибели одного из ваших клиентов, так что в полицию я сама не пойду. Мою жизнь, как, собственно, и жизнь профессора вы уже загубили. Нам теперь не отмыться от этой грязи. А что касается Данила... - Света задумалась...

- Да, как вы пойдете на его убийство? - Подхватил мужчина.

- К сожалению, в его случае я не смогла бы ему помочь, даже если бы сильно этого захотела. Его психика сильно нарушена и мысли о суициде и без того посещают его голову. То, что с ним происходит, никак не поддается логике. Его дар уникален, но он же его и губит. Я лишь облегчу его участь.

- Хорошо. - Ответил мужчина. - Я принимаю ваши условия. Но учтите, если вы не справитесь, я предпочту поступиться своими принципами. Мы уберем вас. Уберем Филюшкина и его семью. Подумайте тщательно, прежде чем выкинуть какой-либо фортель.

 

***

Данила начала донимать легкая паника. Прошло не больше двух часов с тех пор, как Свету увезли. Причем во всем доме воцарилась такая гробовая тишина, что Данилу начало казаться, будто его уже никто не охраняет. Боль в спине притупилась и он уже мог вставать. Наспех изучив комнату, в которой его удерживали, он сделал вывод, что самостоятельно выбраться из этой ловушки ему не удастся. Дом был деревянным, но перекрытия между комнатами были выполнены добротно. Данил простучал все стены. Глухой звук свидетельствовал о том, что проломить их голыми руками ему не под силу, ровно как и выбить тяжелую деревянную дверь, которая, к тому же, еще и открывалась внутрь. Ни ручек, ни замочной скважины изнутри не было. Дверь, скорее всего, запиралась на засов снаружи и не подавала ни малейшей надежды на хлипкость. Ставни на окнах были стальными. Через узкую щель просачивалась скудная полоска света. Через эту щель Данилу открывался очень ограниченный обзор. Были видны высокий жестяной забор, поросший каким-то вьющимся кустарником и часть участка с давно нестриженым газоном. Никаких признаков жизни на участке не наблюдалось. Колкая тишина, свидетельствовавшая об удаленности дома от цивилизации, так же не подавала надежды на случайное избавление. Данил ощутил сильный голод, не мудрено, он уже больше суток ничего не ел, но больше чем голод его пугала подступающая жажда. Если допустить, что в такой глуши его вряд ли кто найдет случайно, то на горизонте замаячила не радужная перспектива голодной смерти. Чисто технически жажду можно было бы утолить собственной мочой, об этом он читал в книгах, но на этот чудесный метод продления своих мук Данил особо не уповал, поскольку мочу еще нужно было ухитриться во что-то собрать. В комнате же, кроме его собственной одежды, не было никаких подручных средств. При таком раскладе у него оставалось не более двух суток, прежде чем организм обессилит на столько, что будет трудно даже передвигаться. Перспектива, как ни крути, мрачная. И в душе парня вновь защекотал страх. В поисках решения Данил обошел свои владения еще несколько раз. Но кроме матраса в комнате не было ровным счетом ничего, что могло бы пригодиться для спасения. Железные ставни на окнах были единственной преградой. Стекол в рамах не было и это было единственным плюсом его положения, поскольку через узкую щель между железными листами в комнату поступал, хоть и не в большом количестве, свежий воздух.



Евгений Ильичев

Отредактировано: 07.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: