Секретарь А-класса

Глава 12

- Вы ознакомились с предложением от «ИксТри»?

Я отворачиваюсь от мелькающих за окном машины густых крон деревьев и, нахмурившись, смотрю на Валерия.

- Строительство частной больницы, верно? – вспоминаю в каком из писем встречала название компании.

- Научно-исследовательский центр. Борьба с онкологией.

- Лечение в нем платное – значит, это частная больница. Где они наберут персонал такой квалификации?

- Вы сомневаетесь в нашей системе образования? – усмехается Валерий, что-то набирая в своем смартфоне.

- Для таких проектов нужна хорошая теоретическая база, гениальные открытия и светила науки. Они же хотят грантов, оборудования, высокие зарплаты и лишь обещают, что со временем добьются результатов. Смахивает на опыты над людьми.

Мужчина отрывается от экрана и смиряет меня неодобрительным взглядом.

- А что они могут продемонстрировать в лабораториях сталинских времен с постоянной недостачей медикаментов?

- Плохому танцору и ноги мешают.

Он заинтересовано прищуривается.

- Вы танцовщица?

- Нет, - я вздыхаю и смотрю на него устало. – Вы спросили мое мнение. Это очередной центр, где продают обещания и надежду, набивая карманы на смерти.

- А я вам говорю свое мнение – нужно влить уйму денег в неудачные эксперименты, чтобы когда-нибудь произошло открытие, Лидия.

- Без части неудачных экспериментов можно обойтись.

- Никогда не знаешь, какой станет удачным. Это просто происходит, Лидия. В девяноста процентах случаев прорыв – это случайность.

- Здесь прорыва не будет. Среди этой команды врачей нет новаторов или гениев. Все научные статьи, что они предоставили, это просто пересказ или аккумуляция фактов. Это фикция.

- Вы достаточно компетентны, чтобы судить научные работы в медицине?

- Видимо, я достаточно компетентна, чтобы вы меня спрашивали.

- Вы любите спорить. Есть только ваша точка зрения и никакой другой. Вы упрямица, Лидия. Просто невероятная упрямица. Хоть раз меняли свое мнение? Соглашались с чужим?

- Не когда у оппонента цель – выиграть.

У него изумленно приподнимается бровь, и он смотрит на меня, требуя продолжения.

- Вам не важно, где правда. Вам важна сторона победителя.

- А у вас есть только ваша правда, Лидия.

- Почему? Потому что вы не можете меня переубедить?

- Вы меня тоже не можете переубедить, Лидия. Так не пойдет. Либо соглашайтесь, либо заставьте согласиться меня.

- Они не знают, чего хотят, у них нет четкого плана, у них нет инновационного лечения. Они просят миллионы на то, чтобы обустроить себе красивые кабинеты: если просмотреть составленные сметы, препараты и аппараты составляют лишь четверть, в то время как наличие плазмы в врачебных кабинетах указано отдельной графой. Они не поддерживают исследовательскую работу с ведущими иностранными центрами – предложить им нечего. Прибыль они указывают с оплаты лечения пациентами, указывая статистику первого года работы другого центра. При этом мы знаем, что сейчас центр работает в убыток так, как количество летальных исходов значительно превышает разовые случаи выздоровления. Здесь будет так же.

- Как категорично вы настроены, Лидия. Не хотите пообщаться с ними лично прежде, чем заявлять, что среди них нет хороших специалистов?

- Первое, что указывают, когда просят финансовую помощь – это козыри. Где козыри? Где четкое мы знаем, что делать, мы знаем, как делать, вот результаты, вот доказательства. Здесь сплошная вода из если бы, возможно и вероятно. В лицо они расскажут все тоже самое, приправляя улыбками. Это выстрел в темноте…. Что?

Я замечаю, как пристально он на меня смотрит, с загадочной полуулыбкой, и замолкаю.

- Вам говорили, насколько вы интересный человек, Лидия? Я полагал, вы с радостью одобрите помощь отечественной медицине с верой в лучшее, но здесь вы заняли сторону реалиста. В вас странный переключатель от романтика к жестокому критику. Как это работает? Я, правда, не понимаю.

- Я тоже не понимаю, - я отворачиваюсь к окну. - Почему вы предложили мне работу?

Он молчит, будто бы обдумывая, а когда отвечает, я уже жалею о вопросе:

- Я захотел узнать вас, Лидия.

- И теперь разочарованы?

- Едва ли я разочарован... Я заинтригован. Я делаю ставки и желаю знать, что будет дальше. Через два часа совет, на котором проект центра будет рассмотрен. Я хочу, чтобы вы убедили акционеров и себя в том, что он прибыльный. Заставьте их вложиться в него.

Я смотрю на него в упор.

- Уверены? – спрашиваю спокойно.

Он кивает.

- Хорошо, - я откидываю голову на спинку и прикрываю глаза.

Еще утро не закончилась, а я измождена, как после кроссфитовской тренировки.

Я вдруг замечаю в отражении в одной из витрин то, что приметила еще вчера, - три черных внедорожника через несколько машин от нас.

- За нами едет охрана? – Валерий кивает, не отвлекаясь от телефона. – Сколько же у вас телохранителей?

- Михаил? – зовет Валерий.

Я встречаюсь взглядом с водителем в зеркале заднего вида.

- Вместе со мной, сто семьдесят три человека, сэр.

У меня брови взлетают на лоб. Я даже представить себе не могу такого количества черных костюмов с оружием.

- Сто семьдесят три, – подавлено выдыхаю. – У президента меньше?

- Президент – гарант, Лидия, а я – бизнесмен, - мужчина усмехается. - Надеюсь, вам не придется узнать, почему я нанял две сотни, - с невеселой улыбкой добавляет он.

- Почему же… - я снова смотрю на него в упор. – В вашей личной охране человек тридцать, на самом деле, сотня в общем счете это те, кто охраняют вашу многочисленную собственность в разных уголках мира. Или нет?

- Или да. Выключайте уже своего реалиста, Лидия, - смеется Валерий.

Я отчего-то смущаюсь. Возможно того, что несмотря на вибрации телефона, его внимание на мне.

- Финансиста – я видела ваши налоговые декларации, - отвечаю чуть дрогнувшим голосом.