Секретарь Дьявола (версия 2011 г.)

Размер шрифта: - +

17. Мир между мирами

Прошло еще два дня. Я уже не могла нормально ни есть, ни спать. Даже усидеть спокойно на месте не получалось. Демоны, которых я посылала искать Самаэля - если мне нельзя, пусть ищут другие - возвращались ни с чем. Поговорить с Михаилом у меня не получалось. Меня не пускали в Небесное царство. Столько раз пыталась перенестись туда, но все впустую. К тому же в Аду возникали все новые и новые заботы - радости это не приносило, Я постоянно злилась от безысходности и невозможности вернуть Падшего.
   − Повелительница!!! - в дверь кабинета Самаэля, где я разбиралась с очередной проблемой в виде Асмодея и его симпатичного песика, вбежал побледневший Астарт. - Повелительница, Ланье сбежал.
   − Что? Опять? - зло рявкнула я на демона. Асмодей деликатно кашлянул и исчез. Цербер издав громкое ″Гав!″ в ответ на мой крик, последовал за хозяином. Астарт виновато склонил голову. - И снова его не могут найти?
   − Д-да, − тихо ответил демон.
   Ланье за эти два дня убегал четыре раза. Как у него только получается, ведь его усиленно охраняют, оставалось тайной. Все эти четыре раза жнецам удавалось удачно поймать этого маньяка, до того, как он кого-нибудь убил. До сегодня. Ничего не сказав Астарту, я просто переместилась по следу Даниеля. Хорошо, что Аро подсказал, как это делается.
   Ланье на этот раз выбрал Лондон. ″Думал затеряться среди населения или скрыться в тумане? Врешь - не уйдешь″. Нашелся Даниель в одном из наибольших городов. Он поджидал свою жертву в одном из тихих и отдаленных кварталов. Но ему не повезло. Единственной жертвой, которая вышла ему навстречу была я.
   − А, секретарь Дьявола, − недовольно произнес Ланье, поняв, что его поймали.
   − Нет, жена, − я улыбнулась.
   − Чья?
   − Его.
   − Его? - Даниель пальцем указал в небо.
   − Его, − хмыкнула, кивнув на землю. Щелчком пальцев я отправила Ланье назад в Ад.
   Возвращаться на ″рабочее место″ не хотелось, поэтому решила немного пройтись. Я добралась почти до центра города, когда проходя мимо одного из магазинов, в его витрине увидела отражение знакомого мужчины. Он медленно шел среди прохожих на противоположной стороне улицы и явно кого-то высматривал. Я переместилась и оказалась как раз перед ним, распугав прохожих, которые шарахнулись от меня в разные стороны.
   − Михаил, − сладко произнесла я. - Какая встреча.
   − Ангелина? - удивился архангел. - Что ты здесь делаешь?
   − Тебя ищу, − прошипела, подходя ближе к ангелу, с трудом подавляя желание стукнуть его чем-то тяжелым, или общипать его белоснежные крылья. А лучше все вместе. - Рассказывай, куда вы дели Самаэля. И не нужно мне вешать лапшу на уши, что вы здесь не причем. Именно после разговора с тобой Самаэль исчез на следующее утро. Где он?
   − Я не могу сказать.
   − Все-таки он у вас, − зло произнесла я. Ладони начало щипать, а на кончиках пальцев заплясали искорки.
   − Успокойся, Ангелина. Здесь люди, − Михаил взял меня за руки, но тут же поспешно отпустил, так как его ударило слабым зарядом молнии.
   − Успокоиться? Вы забрали моего мужа. Как я могу успокоиться?
   − Он добровольно обменял себя на твою свободу.
   − Какую свободу? Вы меня держали у себя против моей воли. Вы обманули его. верните мне Самаэля, пожалуйста, − злость ушла, я лишь умоляюще смотрела в глаза ангела.
   − Ты его так любишь? - удивленно спросил Михаил.
   ″А что не видно?!″ − подумала раздраженно. − ″Стала бы я просить вернуть мне того, кого не люблю?″
   − Люблю, − искренне призналась. - Очень сильно люблю. Только не нужно говорить, что он Зло и подобное. Я все равно его люблю. Таким, как он есть. Пожалуйста. Михаил, скажи, где он.
   − Я не могу, − виновато произнес архангел. - Хотел бы, но не могу. Постарайся жить без него, − прошептал Михаил и исчез в белом сиянии, шокируя прохожих.
   − Не могу, − прошептала. - Не могу без него.
   Я стояла посреди тротуара. Люди обходили меня стороной, бросая на меня удивленные взгляды или раздражаясь, что я мешаю. Мне было все равно. Просто не видела ничего вокруг. Вспоминала все прекрасные моменты, что я провела с Самаэлем, его улыбку, коварный взгляд его серых глаз... Сердце кольнуло болью и тоской, а по щекам побежали теплые слезы.
   ″Самаэль. Как же я хочу быть сейчас с тобой!″
   Внезапно, в глазах потемнело, стало больно, словно в меня одновременно воткнули миллионы тонких иголок. Надпись на пояснице и печать под лопаткой, пылали, нестерпимо обжигая. Я закричала, не в силе больше терпеть боль и упала на твердый тротуар, ударившись коленями. Перед глазами пролетела яркая вспышка, а дальше тьма.
   
   Очнулась я от того что было жарко, а тело болело от долгого лежания в одной позе. В глазах резало от яркого солнечного света, и они слезились, во рту ощущался вкус крови и песка. ″Песка?″ Я с трудом поднялась на ноги. Каждая клеточка и нерв тела ныли, словно после долгой и изнурительной тренировки. Печать и надпись на спине болели так, словно в тех местах с меня содрали кожу, как говорится ″с мясом″. Я удивленно осмотрелась вокруг. ″Песок, песок, кактус, песок, еще один кактус...″ Пустыня до самого горизонта, со всех сторон. Попробовала переместиться домой - ничего не получилось, только мне стало еще хуже. К тому же, появилось навязчивое желание идти. Ну, я и пошла. Правда, совсем не понимала, куда же именно иду, но упорно переставляла ноги, шаг за шагом.
   Один и тот же пейзаж начал меня уже раздражать, песок набивался в обувь, а кактусы нервировали. Солнце безжалостно палило. Оно, вообще словно застыло посередине безоблачного неба, странного сиреневого цвета. И ни единого тенечка, чтобы укрыться - горячий сухой воздух обжигал кожу.
   ″Здесь даже жарче, чем в Аду″, − промелькнула ехидная мыслишка. − ″На самом деле в Аду не жарко. Даже красивые места есть... Не такой Ад, каким его малюют. Ну, если не считать того места, где наказывают грешных душ″.
   Сколько я уже вот так иду? Не знаю. Такое впечатление, что время здесь не существует. Очень хотелось есть, но еще больше - пить.
   Изменение в пейзаже я сначала приняла за мираж. Но по мере моего приближения, галлюцинация начала обретать форму, как-то слишком странно напоминающую Самаэля. Я остановилась и несколько раз поморгала, даже для верности протерла глаза. Галлюцинация не исчезла. Едва сдержала крик радости. ″Я нашла его! Нашла!″ Но радость быстро испарилась, сменившись на злость и неконтролируемую ярость, стоило мне подойти ближе.
   − Самаэль, − все еще не веря своим глазам, произнесла я. - Самаэль.
   Падший не ответил, он даже не пошевелился. Весь в синяках и кровоточащих ранах, в изорванной одежде, он был прикован цепями к куску какой-то скалы. Голова безвольно склонена на грудь и лишь цепи удерживают тело Самаэля в вертикальном положении. Позабыв о своей усталости и боли, я подбежала к Падшему и осторожно приподняла его голову. Нежно погладила по щеке и через миг на меня смотрели любимые серые глаза. Неузнавание в них сменилось радостными огоньками. ″Живой!″
   − Ангелочек, ты снова мне снишься, − разочаровано прошептал Самаэль. - Как жаль... Я так хочу быть рядом с тобой. Ангел...
   − Самаэль, это не сон. Я настоящая, − улыбнувшись, прикоснулась в легком поцелуе к его губам. − Я здесь.
   − Ангел? - удивленно переспросил Падший. - Ангел. Ты... Ты, вообще, что здесь делаешь? Я тебе говорил не искать меня.
   ″М-да, видимо он очень рад меня видеть″.
   − Вообще-то, я тебя спасаю, − недовольно буркнула, осматривая цепи. ″Может, удастся снять?″ − Мог бы и спасибо сказать. И знаешь, что, муж мой драгоценный, ты теперь мой должник. Бросил на меня все дела в Аду, исчез непонятно куда. Я просыпаюсь, а тебя нет. И ты хоть представляешь, что мне пришлось делать?! Вот вернемся домой и...
   − Ангелочек, − ласково произнес Самаэль и улыбнулся.
   У меня едва сердце не остановилось от такой его улыбки, по телу пробежались мурашки, вызывая приятную дрожь, и все слова моей гневной речи моментально забылись. Как и то, что мне пришлось пережить.
   − Ладно, сейчас освободим тебя, вернемся домой, и все будет хорошо, − я дернула одну из цепей, но тут же отдернула руку. Металл обжог кожу. Снова прикоснулась. И снова ожог.
   − Ангел, тебе не удастся снять цепи. Ты только поранишься.
   − Но... Но, тебя нужно освободить. Тебе больно, − голос дрогнул, я едва сдержала слезы, начиная паниковать. - И... нам же домой... Нужно... И... Почему раны не заживают? И кровь не останавливается? Где мы вообще находимся?
   Я опустилась на песок у ног Самаэля и разревелась, понимая, что если не смогу снять цепи, то он так тут и останется.
   − Ангелочек, не плачь, − успокаивающе прошептал Падший. - Все хорошо.
   − Ничего не хорошо, − прорыдала я.
   − Хорошо.
   − Не-ет.
   − Да.
   Я не ответила. ″Герой нашелся! Сейчас будет притворяться, что все просто отлично, только чтобы не ревела. И, правда, чего это я плачу? Нужно что-то делать″.
   Поднялась на ноги и с упорством начала дергать цепи. Кожа на руках краснела и лопала. Закусив губу, я терпела боль, не прекращая своих попыток.
   − Ангел, − прошептал Самаэль. - Перестань...
   Я лишь рассержено рыкнула, не останавливаясь. Своих рук уже не ощущала, только сильную пульсирующую боль. Вдруг, цепи начали двигаться, но они только сильнее прижимали Падшего к скале. Я пыталась помочь Самаэлю, но только сделала хуже. От каждого моего движения, цепи затягивались сильнее.
   − Нет! - со злостью крикнула я, выпуская цепь из рук.
   − Ангел... − едва слышно произнес Падший и потерял сознание.
   − Самаэль? - позвала я, и вновь разрыдалась. - Ты только не умирай. Не смей делать меня вдовой! Самаэль, пожалуйста. Я... Я ведь тебя люблю. Слышишь? Люблю!!! Не умирай! Не оставляй меня одну. Как же я? Я же... не смогу... без тебя... Всем святым заклинаю, только не умирай... Люблю тебя...
   Тело Падшего окутало яркое белое сияние. Оно все нарастало и нарастало, заставляя меня прикрывать глаза рукой и отступать. ″Неужели это конец? Смерть ангела...″
   Возле моих ног упал кусочек цепи. Сияние угасало, позволяя все рассмотреть. Я замерла на месте. Самаэль стоял на коленях, совершенно свободный, раны и синяки на теле исчезли, не оставив следа. А за его спиной были расправлены огромные белоснежные крылья. Я нерешительно подошла ближе.
   − Самаэль?
   − Ангел, − Падший поднял голову и посмотрел мне в глаза. - Я и забыл как это. Иметь крылья. Изгнав меня, Он забрал крылья, потому что я стал недостоин. Но почему? Почему мне вернули их? Ты что-то сделала?
   Я отрицательно замотала головой. ″Ничего не делала. Разве что... Но? Любовь окрыляет? Но что особенного в моей любви, что теперь Падший крылатый?″
   − Давай уже выбираться отсюда, − произнесла я вслух, отгоняя все ненужные мысли прочь. ″Ну, вернули ему крылья и что с того? Любить его не перестану. Главное, что с ним все хорошо″. - Кстати, где мы?
   − Это мир между мирами, − ответил Самаэль, вставая на ноги, чуть махнув крыльями. ″М-да, а у крылышек размах метра три, точно. Так красиво″.
   − Ага, только не думай, что от такого объяснения мне все стало ясно, − медленно сказала я, любуясь белоснежными перышками в ярком солнечном свете.
   − Это закрытый мир. В него очень трудно попасть и выбраться тоже, − пояснил Падший. - Когда-то, это была моя тюрьма на тысячу лет, но мне удалось убежать.
   - Так, вот почему ты так не любишь кактусы, − я окинула взглядом пустыню вокруг.
   − Ну, знаешь, из них собеседники очень плохие, − засмеялся Самаэль. Он сложил крылья на спине и, подойдя ко мне, осторожно обнял. - Я скучал.
   - Ангелы во всем виноваты, − со злостью сказала я, прижимаясь к Падшему ближе. − Мне Михаил сказал, что ты добровольно... сдался. Зачем? Они ведь тебя обманули. Они не имели права меня держать у себя.
   − Ангелочек, они могли оставить тебя у себя, потому что ты уже не принадлежала мне, а стала равной. А еще, потому что у тебя душа настоящего ангела.
   − Что? Но, я ведь человек.
   − Да, человек с душой ангела. У меня нет объяснения этому, но так, как ты светлая, они могли оставить тебя в Небесном царстве и обучать. Не отпустили бы ни на Землю, ни ко мне. Ты принадлежишь Свету.
   − Ха, я бы там не осталась. Ни за что!
   − Почему?
   − Потому что люблю. Тебя, − я ткнулась лбом в грудь Самаэля, пряча покрасневшее лицо. - Я тебя люблю.
   Падший ничего не сказал. Он просто приподнял мое лицо и поцеловал. Страстно, но в то же время очень нежно и ласково. Я позабыла обо всем, отдаваясь во власть ощущениям. ″Ну, и пусть, что он не сказал мне слов любви. Ведь то, что Самаэль обменял мою свободу на свою, что-нибудь да значит″.
   − Ладно, давай отсюда уходить, − произнесла я, когда мы уже несколько минут стояли обнявшись. - Еще чуть-чуть и я тоже возненавижу кактусы. И, Самаэль, скажи, кто тебя ранил?
   − Зачем тебе? - удивленно спросил Падший, отстраняясь, чтобы посмотреть мне в лицо. Я стиснула зубы, так как движение Самаэля потревожило мои обожженные ладони.
   − Просто скажи, − попросила.
   − Гавриил, − отстраненно ответил Самаэль, рассматривая мои руки. - Почему ты не залечишь раны?
   − Так и знала, что без этого пернатого не обошлось, − рассержено пробормотала я. - Что? Залечить? А я так могу?
   − Можешь. Я научу, − Падший поцеловал мои ладони, на которых не было и следа ожогов.
   − Я вам говорю, что... − мы с Самаэлем обернулись на звук голоса. Знакомого голоса.
   ″Ну, пернатый тебе же хуже″, − мысленно позлорадствовала я. Перед нами появились три архангела - Михаил, Гавриил и Уриил. Они с удивлением застыли на месте, разглядывая нас.
   − Ангелина? - первым отмер Михаил. - Ты все-таки нашла е... - архангел замолчал, ошеломленно смотря за спину Самаэля. - Крылья?
   − Ты! - зло прошипела я, не сводя взгляда с Гавриила. Ангел отступил на шаг. Понял, что ничего хорошего его не ждет.
   
   * * *
   
   Архангел Михаил и Дьявол сидели под каменной глыбой, к которой недавно был прикован Люцифер, и с интересом наблюдали за тем, как Гавриил убегает от рассерженной Ангелины. При попытке взлететь ангел становился легкой мишенью и в него тут же летели молнии.
   − Догонит? - обратился Михаил к Дьяволу.
   − Догонит, − довольно хмыкнул тот. - Делаем ставки?
   − Я тебя все равно поймаю, − кричала Ангелина. - А когда поймаю, пообщипаю твои крылышки!
   − За что? - возмутился Гавриил, уклоняясь от очередной молнии. На земле меткость девушки была хуже, да и трудно попасть в мишень, лихорадочно бегающую между кактусами.
   − За что?! А кто Самаэля избил? - Ангелина запустила еще одну молнию, которая опалила краешки крыльев ангела. - Кто его приковал к этому камню?
   − Но я ведь доброе дело сделал. Зло побеждено - все должны радоваться.
   − А я и радуюсь. Разве не видно? - еще одна молния пролетела в опасной близости от головы Гавриила. - Добро он сделал! Вот найду твой нимб, добрый ангел, и засуну его тебе в з...!
   Очередная молния наконец-то попала в цель. Гавриил вскрикнул, дернулся и упал на песок. Перья на его крыльях дымились, а некоторые вообще сгорели. От одежды ангела вовсе остались одни лохмотья, лицо было черным от гари, а волосы торчали в разные стороны.
   − А теперь ты, − Ангелина развернулась в сторону Уриила и запустила в него огненный шарик. Ангел испуганно дернулся и ″обнял″ кактус, за которым прятался.
   − Ты выиграл, − произнес Михаил, смотря на довольное лицо Ангелины.
   
   * * *
   
   Удовлетворенная своей местью, я подошла к Самаэлю и Михаилу. Падший уже спрятал крылья, и был одет в свой обычный деловой костюм. Значит, его сила полностью вернулась к нему. При моем приближении, Самаэль встал и, обняв меня, прижал к себе. ″М-м-м, как же я скучала″.
   − Пойдем домой, − устало произнесла, наслаждаясь объятиями.
   − Я не могу вас... его отпустить, − слегка виновато произнес Михаил и решительно поднялся на ноги.
   − Ну, здасьте, приехали! - возмутилась, обернувшись к архангелу. - Не вынуждай и тебя поджаривать. Я Самаэля здесь не оставлю.
   − Он должен...
   − Никому он ничего не должен, − рассержено перебила я Михаила. - Что-то не нравится? Жалобы принимаются в письменном виде, со вторника по четверг, с восьми до пяти, в трех экземплярах. Запомнил?
   − Но...
   − Никаких ″но″. До свидания. Надеюсь, не скорого, − я обняла Самаэля, и он перенес нас домой.
   
   Прошел уже целый месяц, как я освободила Самаэля. Ангелы больше ничего не предпринимали. В последнее время их, вообще, не было видно. Правда, я пару раз мельком видела Михаила на Земле. Однажды, когда мы с Ирой сидели в кафе, видела, как архангел тайно наблюдал за смертной женщиной. При этом смотрел он на нее с нежностью и грустью.
   На следующий день, после возвращения Падший принялся наводить порядок в Аду. Демоны боялись даже лишний раз чихнуть, чтобы не прогневить Повелителя. Только со мной Самаэль вел себя нежно и ласково. И в такие моменты я понимала, что он показывает себя настоящего, становится ангелом, которым был когда-то, а не злым и коварным Дьяволом. Хотя, и мне иногда попадало от него. Пару раз Падший превращал меня в белую и пушистую. Оставалось только возмущенно мяукать, потому что самой превращаться он меня не научил. А вновь став человеком, уже не могла злиться. Как можно злиться, когда тебе устраивают романтический ужин, и каждый раз закрывают рот нежным поцелуем. А от того, что случалось потом, мысли вовсе разлетались, и забывалось все на свете.
   Я продолжала работать секретарем у Самаэля и даже не хотела ничего слышать о том, что это недостойно для моего нынешнего статуса. А тем более, не хотела, чтобы мою должность заняла какая-нибудь пышногрудая демоница и строила глазки Падшему.
   Мне, как Повелительнице, часто приходилось посещать различные церемонии, приемы и казни - я должна была соответствовать своему статусу и не показывать своих слабостей. Всегда, перед другими нужно было надевать маску безразличия и надменности. Иногда, приходилось вести себя жестоко. И пусть я ни разу так и не услышала признания Самаэля в хоть каких-то чувствах, была готова ради него на многое.
   Девушку Машу, по моей просьбе, Падший отправил в мир, где кроме других рас были и люди. Аро с тех пор вел себя тихо и незаметно. Часто он куда-то исчезал, а на вопросы о таком своем поведении, просто не отвечал. Морт и Оля, кажется, наконец-то нашли общий язык и больше не ссорились. Подруга время от времени звонила мне и рассказывала о своей жизни. Морт ей ничего о себе так и не сказал, продолжая притворяться смертным. Но, я была рада за них и чувствовала, что все будет хорошо. А вот кого следовало пожалеть так это Люциана. Бедный демон, хотел заполучить себе игрушку - вот теперь за это и расплачивается. Настя, если не могла убежать, устраивала ему ″райскую″ жизнь - не упускала момента разозлить Люциана, флиртуя с каким-нибудь демоном, или закатывала феерические скандалы и капризничала.
   Иногда, мы с Самаэлем проводили время на Земле. Ходили в кино, просто гуляли, а однажды я затянула его на дискотеку. Впечатлений получила достаточно, а еще узнала, что Падший очень ревнив. Мне едва удалось уговорить Самаэля, чтобы он отпустил и не убивал ″жалкого смертного, покусившегося на его жену″.
   Я была безмерно счастлива весь этот месяц. Ровно до сегодняшнего вечера. Мы с Самаэлем провели чудесный день. Побывали в Италии - Падший показывал мне Венецию. Очень романтичный город. А вечером, я, как всегда, позвонила родителям.
   − Ты почему не сказала, что вы с Дэном поженились? - вместо обычного приветствия, услышала я возмущенный вопрос мамы.



Малеваная Наталия

Отредактировано: 24.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: