Семь правил выживания в академии магов

11.11

В первое мгновение, когда я покинула стены родного ведического колледжа, возник большой соблазн просто взять и сбежать. Все, что угодно, лишь бы не ехать в академию! Впрочем, который также быстро исчез, ведь это было совершенно бессмысленно. Меня уже «пометили» как собственность магов! В тот же вечер защелкнули на левом запястье браслет.

-- Что же... – горько вздохнула, останавливаясь перед нужной дверью.— Здравствуй, моя будущая тюрьма!

— Здравствуй, новая заключенная, — неожиданно ответили мне. – А что же так грустно?

-- Отлично, тут еще и двери разговаривающие?! – пробурчала себе под нос и в той же манере ответила, так и замерев с поднятым кулаком в воздухе, не рискуя постучать по странному дереву:

— Здравствуй, острослов, войти можно?

Над ухом раздался заливистый смех, который явно намекал, что что-то не так. Что именно, стало очевидно в тот же миг, однако пасть лицом в грязь не хотелось, поэтому уверенно продолжила, как будто так и надо:

-- Мужчины! Лучше бы девушке дверь открыл!

-- Ведьмы! Сначала дверью обзовут, а после режим слабого пола включат.

Здесь я не выдержала и обернулась, встречаясь лицом к лицу с длинной косой челкой, прикрывающей один глаз. Другой, зеленый, смотрел прямо на меня. Как-то нехорошо смотрел, я бы сказала. И в то же время с интересом.

— Смелая, — не то спрашивал, не то констатировал челкастый острослов у которого в левом ухе ещё и серьга оказалось, — и симпатичная! Только вот понимаешь ли ты, что единственная? Единственная ведьмочка для десятерых лучших магов.

И вроде хотела съязвить по поводу избитости данного украшения в виде маленькой руны жизни, когда до меня вдруг дошел весь кошмар случившегося. Я бы сказала даже не кошмар, а огромная такая подстава, отчего язык просто не повернулся, потому что это не подстава...  это… это…

— Мамочки...

Сползла по стеночке.

— Нет, «острослов», — насмешливо напомнили мне, помогая вернуться в стоячее положение. — Между тем интересно было бы понять, чем руководствовался ректор, принимая столь необдуманное решение. Право слово, мы были уверены, что это шутка, не более. – Зеленый глаз задумчиво сощурился. -- Что ты такого сделала?

— Сделала? Просто сказала...

— Ярина Славская! – разнеслось громогласное по всему коридору. – Хватит стоять под дверью, заходите уже, а вы, Марко, поспешите на занятия!

«Одноглазый» Марко бросил на меня сочувственный взгляд и ретировался, а я – я, сглотнув открыла двери, где пожилая секретарь безразлично уточнила, что мне в ещё одни двери.

Вздохнула. Глубоко вздохнула. Вошла.

-- Заходи, не бойся, -- с порога подбодрил меня ректор, указывая рукой на высокий стул. – Бояться стоило раньше, до того, как вмешиваться в чужой разговор.

-- А вам, -- не смогла промолчать чересчур говорливая я, -- стоило проявить хотя бы каплю уважения к утрате Дарии Розберт!

Черные, как сама бездна, глаза мужчины нехорошо так потемнели, однако нисколько не напугали. Проснувшийся во мне мышонок с характером кошака бодро заявил, что хуже быть все равно не может.

-- Ничего, академия выбьет из тебя спесь… -- удовлетворительно вынес вердикт лорд Даорски. – И не таких ведьм перевоспитывали.

-- Не надо меня перевоспитывать, -- запротестовала неперевоспитывающаяся ведьма. – Лучше отправьте обратно и сделаем вид, будто ничего не было. А?

С надеждой взглянула на непробиваемого ректора и поняла, что жалостливого взгляда будет мало. Тогда решила перейти к следующему пункту краткого пособия по выживанию ведьм и всхлипнула. Тихонько так всхлипнула, чувствуя, как начинает щипать в носу. Даже стараться не надо было! От всей этой ситуации и правда плакать хотелось. Я до последнего не воспринимала всё всерьез. Не могли ведь на самом деле отправить всего одну ведьму?! На десятерых меня просто не хватит!

-- Это что вы вздумали делать? – растерялся ректор, как и говорилось в той книженции. – А ну немедленно прекратить!

«И не подумаю!» -- подумала ревущая ведьма.

Слезы они сами потекли, оплакивая утраченную судьбу.

-- Да прекратите вы! – в край оторопел лорд Даорски, протянув мне откуда-то взявшийся белый платок. – Вас, ведьм, не поймешь! В конце концов, вы сами виноваты, что здесь оказались.

Кивнула, приняла платок и высморкалась, однако будучи не в силах остановить предательских слез, которые жили своей жизнью.

-- Я не могу вас вернуть, -- неожиданно смягчился мужчина, -- у меня десятеро адептов на пределе сил! Однако могу обрадовать, вскоре к нам присоединится ещё девять ведьм, вы же понимаете, что глупая затея Дарии ни к чему не приведет. Никто вас отсюда не вызволит и девочек своих она не спасет, только хуже тебе сделала, так как эту неделю одна справляться будешь!

-- Хуже сделали только вы, -- все-таки не смолчала, усердно вытирая слезы и одновременно вспоминая следующий пункт выживания. – Только по вашей вине я здесь!