Семейные ценности

Размер шрифта: - +

Глава 14

Глава 14

      Рональд Уизли, успешно окончивший ускоренный курс Аврорского колледжа, был доволен собой. Он, шестой ребёнок в семье, не особо умный, не обременённый ни в чём талантом, кое-как учившийся, в мирное время не имел бы никаких перспектив. Вторая магическая война с Волдемортом закончилась победой Гарри Поттера. Всему Золотому Трио помимо Орденов Мерлина и полагавшейся к ордену денежной выплаты, обеспечили дальнейшее обучение бесплатно и без экзаменов. Грейнджер выбрала сразу два факультета в Лондонском Магическом Университете: юриспруденция и политология. Поттер впал в депрессию, начал пить и наотрез отказался учиться на аврора. Рон, каким бы он не был, от дармовой учёбы не отказался.
      А затем Поттер пошёл в Гринготтс принимать наследство и разразился скандал. Друзья разругались насмерть. Поттер обвинил семью Уизли в присвоении значительных сумм денег из его детского сейфа. Рон не поверил, оскорбился, обвинил спивающегося Поттера в сумасшествии и посоветовал обратиться в Мунго.
      Почти сразу же разразился скандал с мисс Уизли. Доведённая до отчаяния поведением жениха, Джиневра Уизли отказалась выходить за него замуж и вернулась с Гриммо 12 жить в «Нору».
      А потом Поттер пропал. Перси и Билл работали, с трудом содержа своих жен и появившихся детей. Джордж пил и кроме магазина ни о чём не желал знать.
Внезапно оказалось, что зарабатываемых Артуром денег даже на еду хватало с трудом. Молли за всю жизнь ни дня не работала, а у Джинни даже слово «работа» вызывало неприязнь.
      Редкая материальная помощь от Чарли ситуацию не спасала.
      На вопрос Рона, где же раньше брали деньги и чем оплачивали учёбу детей в Хогвардце, Артур признал, что опекун Гарри Поттера Альбус Дамблдор из сейфа подопечного платил семье Уизли за присмотр за Гарри.
      Рон не верил.
      А потом Джиневра оказалась беременной и родила мальчика. Абсолютно не нужный Джин, ребёнок был брошен в «Норе», а сестрица тут же вышла замуж за Фрая и потребовала об ошибках её молодости ей не напоминать.
      Рон бросился искать Поттера, но был вызван к Министру и получил запрет на поиск Национального Героя. Рон, Перси и Билл назвали мальчика Джеймс Сириус Уизли, оставили жить у своих родителей и пытались по мере возможности обеспечить ребёнка хотя бы самым необходимым.
      Молли получила откат за воровство крови и умерла в муках. Артур, получивший откат в меньшей степени, сильно постарел и его едва хватало на уход за ребёнком, о работе пришлось забыть.
      Рон, уже начавший работать, понял, что такое безденежье и, заткнув фамильную гордыню, обратился за помощью к своему деду Игносиусу Пруэтту. Лорд Пруээт помочь деньгами согласился в обмен на вступление Рона в Род Пруэтт на правах носителя крови.
      Рон согласился. И началось его общение с дедом, в ходе которого Рон понял за что его ненавидели и презирали другие чистокровные. Это был конец любых отношений с Поттером. Сам Рон никогда не простил бы друга дружившего с ним за плату, так почему Поттер должен был прощать? Поттер ему вообще ничего не должен.

      Драко Малфой впервые попросил крёстного и Дадли перенести его вместе с креслом-коляской на первый этаж дома в каминный зал. Снейп тут же отлевитировал кресло на первый этаж, а Дадли на руках перенёс Драко.
      За всё время пребывания в доме Драко в первый раз изъявил желание выйти из выделенной ему комнаты. Его, конечно же, много раз переносили в столовую, но Малфой лишь беспрекословно подчинялся неизбежному и старался свести общение к минимуму.
Петунью он игнорировал, от Панси отворачивался, Дадли воспринимал как неизбежное зло.
Драко понимал, что чудом остался жив и был за это благодарен, но тот факт, что ноги его не слушаются и возможно придётся передвигаться на коляске всю оставшуюся жизнь, его удручал.
      Слишком много чудес не бывает.
      Погибли родители, жена и Скорпиус. Разрушен менор и Драко остался почти что сквибом. Но он был жив. Благодаря Поттеру.
      Так вот изменилась жизнь Драко Малфоя.
      Поттер тоже изменился. Изменился внешне и внутренне. Если с Гарри Поттером хотелось общаться, ругаться, вымещать на нём зло за отказ от дружбы, всё что угодно, лишь бы лохматый очкастый пацан обращал на него внимание, то от Лорда Блэк-Поттера хотелось держаться подальше. Драко был благодарен Поттеру. И лишь присутствие Северуса, оказавшегося живым, не давало ему бояться своего благодетеля.
      А ещё была уродливая домовушка по имени Мими, окружившая его заботой и переживавшая за него всем своим верным эльфячьим сердечком.
      И был мелкий Джеймс Поттер никак не желающий понимать, что Драко общение с ним в тягость.
      Иногда в комнату Драко заходил Гарольд Джеймс Поттер-Блэк.
      — Драко, давай поговорим.
      Драко понимал, что такое приветствие от Лорда Блэек-Поттера не сулит ничего хорошего.
      — На министерском приёме в честь Дня Победы Макгонагал просила меня поговорить с Роном Уизли. Сегодня я встретился с ним. Рону нужна помощь в легализации ребёнка. Мальчик в этом году должен пойти в Хогвардц. Его зовут Скорпиус Малфой.
      Когда Драко пришёл в сознание, слёзы сами потекли по его лицу.
      — Гарри, почему ты всегда пугаешь Малфоя? Неужели нельзя оставить в прошлом вашу детскую вражду? — возмущался Северус.
      — Да не пугаю я его! Он сам! — оправдывался Лорд, до безобразия похожий на мелкого Поттера.
      — А чего он сознание каждый раз теряет?
      — Откуда же мне знать? О! Очнулся! Малфой не падай в обморок, ты же не девица в борделе.
      Северус тут же нахмурился и заслонил собой Драко.
      — А чего? Я ничего! Малфой, будь добр, нацеди крови — буду тест на отцовство проводить.
      — Зачем?
      — Как это зачем? Через час я встречаюсь с Рональдом Уизли. Как я Скорпиуса опознавать должен? Я уже у Северуса зелье определения родства позаимствовал.
      — Гарри, ты опять хозяйничал в лаборатории?
      — Да. Тебя не было, но я только взял один флакон с зельем и больше ничего не трогал.
      — Покажи флакон!
      Северус осмотрел позаимствованное у него из лаборатории зелье.
      — Да, это зелье определения родства. И это не флакон, а фиал.
      — Да хоть пузырёк! Северус, ну что ты придираешься? Ну, идиот я безграмотный, но я — Лорд и мне простительно.
      Северус быстро набрал в шприц кровь Драко и передал Лорду.
      — Гарри, ты Уизли результат теста не показывай, — попросил Драко, — там цвет будет серо-голубым, а не синим.
      — Стоп, Малфой, Скорпиус тебе не сын?
      — Гарри, ты не волнуйся, но Скорпиус… младший брат Драко.
      — Э… а кто его родители?
      — В смысле кто? Те же маги, что и мои родители: Люциус и Нарцисса Малфой.
      — Северус, ты знал? Нет, не говори ничего, а то опять поругаемся… А я-то, дурак, думал почему Скорпиус на гобелене Блэков проявился…
      Едва Лорд Блэк-Поттер ушёл в Гринготтс на встречу с Роном Уизли, как Драко попросил Мими помочь ему одеться и позвать Дадли. И они втроём: Драко, Дадли и Северсу стали ждать возвращения Лорда в каминном зале.

      Скорпиусу 1 июля 2012 года исполнялось 11 лет и мальчишку нужно было отправлять в Хогвардц, куда его пригласят под фамилией Малфой. И письмо прибудет на адрес Пруэтт-менора.
      Официально Скорпиус Малфой считался погибшим при обыске в Малфой-меноре, мелкое отродье Малфоев было уничтожено лично аврором Роном Уизли, который чудом спасся, когда в бойцов его отряда безумная Нарцисса Малфой швыряла Авады. И только Рон знал, что на самом деле случилось в Малфой-меноре. Он видел как от стен рикошетили заклятия, как избитого окровавленного Драко отправляли порт-ключом в Аврорат, как погибла Нарцисса Малфой, закрыв своим телом тайник в стене.
      Естественно, что тайник нашли и вскрыли. В тайнике было главное сокровище Малфоев — маленький перепуганный белобрысый пацанёнок, подлежащий ликвидации.
Именно тогда Рон Уизли скастовал первую в своей жизни Аваду из палочки Нарциссы Малфой.
      Скорпиуса так и не удалось уговорить откликаться на другое имя, да и внешность у него была черезчур приметная. Миллисента и волосы мальчишке в рыжий цвет красила и одевала не по размеру, но породу не спрятать.
      А тут, вернувшийся Лорд Блэк-Поттер, взял в ученики мальчишку Лейстранджа.
      Лорд Игносиус Пруэтт обдумал ситуацию и принял единоличное решение: передать Скорпиуса Малфоя под опеку его ближайшего родственника Лорда Блэк-Поттера.

      Милиссента Уизли, в девичестве Булстроуд, прижимала к себе тощего мальчишку. Мальчик зажмурился и молчал, не проронив ни слова, ни слезинки, лишь сжал кулаки так, что разорвал мантию обнимавшей его женщины.
      — Ничего, Скорпиус. Ты уже большой. Ты справишься. Там живёт Джеймс. Ты же видел Джеймса? Это всё только на лето, а 1 сентября ты поедешь в Хогвардц и будешь возвращаться к Лорду Блэк-Поттеру только на каникулы. Мы не можем оставить тебя у себя Скорп. В этом году в Хогвардц пойдут Кейт и Кигнус, вы там сможете общаться…
      Когда Рон Уизли и Лорд Блэк-Поттер по каминной сети пришли в Пруэтт-менор, Скорпиус разжал кулаки и отстранился от Миллисенты.
      Мальчишка был тонкий и хрупкий, но достаточно высокий на 11 лет. Он телосложением, осанкой, гордо поднятой головой с короткими белыми волосами и огромными серыи глазищами был точной копией Драко Малфоя, каким тот был на первом курсе Хогвардца. Но если чертами лица Драко Малфой был похож на Нарциссу, то у Скопиуса была несомненная схожесть с Люциусом. Мальчик был словно искусственно созданная копия представителя Рода Малфой, без единого отличия.
      — Малфой. Скорпиус Гесперион Малфой, — представился ребёнок.
      — Лорд Блэк-Поттер. Я настаиваю на определении родства!
      В зелье определения родства, в фиал принесённый Гарольдом была добавлена кровь Скорпиуса. Затем Лорд Блэк-Поттер добавил принесённую с собой в запечаттаном шприце кровь. Зелье практически сразу же начало приобретать голубоватый оттенок. Лорд Блэк-Поттер взял фиал в руки, внимательно оглядел, запечатал фиал и сунул в карман мантии, не дав увидеть окончательный цвет присутствующим.
      — На чью кровь определяется родство?
      — На мою.
      Лорд Блэк-Поттер взял мальчика за руку и потянул к каммину, но Миллисента выхватила палочку и загородила им дорогу.
      — Сначала клятву о том, что будешь заботиться о мальчике и оберегать его!
      — Хорошо, — тут же согласился Лорд, — Я, Лорд Блэк-Поттер, Гарольд Джемс Блэк-Поттер, клянусь заботиться о переданном мне Скорпиусе Гесперионе Малфое, оберегать и защищать.
      Мальчишка был подхвачен на руки и Лорд со своей ношей шагнул в камин.

      Едва Лорд Блэк-Поттер вышагнул из камина в доме на Гриммо 12, как молчаливый не сопротивляющийся Скорпиус словно закаменел в его руках, широко раскрыв глаза, а затем вырвался и бросился к сидящему в инвалидном кресле мужчине. Кресло вместе с мужчиной и ребёнком опрокинулось на пол.
      — Папа! Папочка! — подвывал мальчишка, обхватив руками и ногами неподвижного Драко Малфоя, — Я тебя помню! Я тебя ждал, а ты не приходил. А ты ходить не можешь, да? А вот он я сам пришёл. Это я — Скорпи!

      Миллисента Уизли по сути была полновластной хозяйкой в Пруэтт-меноре. Старый Лорд Игносиус Пруэтт уважал её и считался с её мнением. Вести хозяйство её учили с детства, считая наследницей имущества семьи.Когда родился её младший брат Кигнус, Милли уже закончила Хогвардц, она оставалась любимой дочкой в семье. Её никто не принуждал к замужеству. Она мечтала выйти замуж по любви, но жизнь сложилась иначе. Через несколько лет после поражения Волдеморта её отец и дядя были приговорены к Поцелую Дементора. Потом последовали обыски в доме. А потом была убита её мать Деметра.
      Ни один принц на белом коне, да и даже без коня, не поспешил спасти мечтательницу Миллисенту. Так романтика и умерла в душе мисс Булстроуд.
      Вместо желанного принца в камеру Автората, куда заперли дочь Пожирателя Смерти, ворвался презираемый ею Рон Уизли, объявивший её своей собственностью и утащивший в Пруэтт-менор. Там её встретил малыш Кигнус, которого она считала погибшим. И «зверски убитый» Роном Уизли Скорпиус Малфой. Поэтому когда стал вопрос о выдаче её Аврорату или браке с Роном Уизли, Миллисента выбрала замужество и покровительство Рода Пруэтт.
      Любви к мужу миссис Уизли не чувствовала, но двоих своих детей, родившихся в браке, любила. С ней же жил и её младший брат Кигнус, малыш Скорпиус и детей в меноре становилось всё больше. Она не спрашивала откуда муж приносил перепуганных, а иногда раненых детей, она просто принимала их и старалась как могла заботиться.
      Скорпиуса пришлось отдать. Без него в меноре оставалось ещё 8 таких же приёмышей.
      — Тётя Милли, — тихонечко подошла 11-летняя Кейт, — Скорпиуса отдали насовсем?
      — Да, малыш.
      — Потому что он плохо себя вёл?
      — Нет. У него нашёлся родственник. Скорпиусу там будет лучше.
      — Мы его больше не увидим?
      — Ну что ты, Кейт, — слёзы сами навернулись на глаза женщины. — Конечно ты увидишь нашего Скорпа. В Хогвардце. А это уже скоро. В сентябре…

      Пришёл в себя мистер Паркинсон в абсолютно незнакомом ему месте. В маленькой комнате были два расположенных рядом окошка-бойницы. Стены из серого шершавого камня. Большой натопленный камин. Мягкая кровать, на которой он собственно и возлежал. Балдахин темно-синего цвета с бронзового цвета вышивкой.
      К открывшему глаза магу тут же подскочила страшненькая косоглазая домовушка с перекошенным личиком, что-то залепетала и исчезла. Вбежавшего к нему в комнату колдомедика Паркинсон узнал сразу же.
      — Рошаль. Рад видеть тебя в добром здравии. Не просветишь ли, где я нахожусь?
      — Элайджа, старый ты дурак, где тебя носило столько времени? Панси вся издёргалась. Ты знаешь, что твоя девочка тебя встречать на берег Азкабана ходила? Её охранять задолбались. Ты что не мог эльфа к Панси отправить?
      — Рошаль, где я? Это Лестрандж-менор?
      — Нет! Это Блэк-менор! Я колдомедик семьи Блэк-Поттер. Лестрандж-менор Лорд Кассиус Лестрандж сумел-таки разрушить, из-за меня кстати. Менор мы вместе с моей женой Маргарет сейчас восстанавливаем.
      — Мальчишка Кассиус стал Лордом?
      — Да. Он ученик Лорда Блэк-Поттера.
      — И чему же Лорд Блэк-Поттер учит Лорда Лестранджа?
      — Артефакторике.
      Рошаль выставил на прикроватную тумбочку два фиала с зельями.
      — Вот, Паркинсон, выпей это сейчас же!
      Паркинсон безропотно проглотил предложенное лекарство.
      — Зелья у вас тут явно снейповские…
      — Снейповские. Снейп зайдёт и сам объяснит.
      — Ладно, Рошаль, ты меня покойником-то не пугай. За каким хреном и кому я сдался, что меня приволочь заказали?
      — Панси. Панси тебя найти заказала. Мальсибер исполнил.
      Дверь в комнату открылась и явила Панси Паркинсон, с опухшим от слёз лицом и держащую на руках домового эльфа Тинки, жмурящегося и скалящегося от счастья.

      Элайджа Паркинсон вскоре начал вставать и даже выходить из дома на улицу. Территория вокруг Блэк-менора была большой и густозаселённой. С ним здоровались незнакомые люди, подолгу разговаривая с сопровождавшей его Панси.
      Мистер Паркинсон подолгу наблюдал за играми и беготнёй мальчишек. Кампанию в прогулках по парку им составлял Драко Малфой, которого они на кресле-коляске вывозили смотреть на Скорпиуса. Гуляли они допоздна, пока высокий крепкий сквиб Дадли Эванс не загонял господских детей в дом и не уносил на руках уснувшего Драко, отвыкшего от солнца, ветра и свежего воздуха.
      У Лорда Блэк-Поттера на попечении оказалось двое мальчишек, невероятно сдружившихся.
      Скорпиус до безобразия был похож на своего деда Люциуса. Он был таким же шустрым, смешливым и любопытным. Мальчик, казалось, находился везде одновременно, его звонкий голосок раздавался отовсюду. Едва прибыв в Блэк-менор белобрысый непоседа тут же кинулся дружить со всеми, как с магами, так и со сквибами. Тихий и пугливый Джеймс, обредший друга-ровесника, который всюду таскал его за собой, с ног сбился, но от Скорпа старался не отставать.
Паркинсон устало прикрывал глаза и, ему казалось, что это не Скорпиус и Джеймс, а Люциус Малфой и Рабастан Лейстрандж носятся по улице и коридорам менора.

      31 мая 2012 года после обеда Лорд Блэк-Поттер отправился на Гриммо 12, забрав мальчишек и присматривавшую за ними Петунью.
      Воспитанников нужно было представить Долорес Амбридж.
      — Гарольд, дорогой! Петунья! — вышагнула из камина мисс Амбридж — начальник отдела опеки Министерства Магии.
      Мальчики были представлены и отпущены играть в детские комнаты на втором этаже.       Мисс Амбридж внимательно ознакомилась с отчётами колдомедика Рошаля о здоровье детей.
      — Гарри, я понимаю, что с твоим сыном Джеймсом проблем возникнуть не должно, но появление в Хогвардце Скорпиуса Малфоя нужно как-то обставить… По сути мальчик у тебя находится нелегально. Ты, конечно, его ближайший живой родственник, но документов об опекунстве у тебя нет и Скорпиус не поставлен на учёт в отделе опеки как сирота нуждающийся в опекуне. Скорпиус не может возникнуть ни откуда, а учитывая чей он сын, вопросов к тебе будет много.
      — Я думаю, что к Хогвардцу мне удастся легализовать Скорпиуса. Мне нужно время до сентября.
      — Кого ты собираешься представить опекуном мальчика?
      — Скорпиус Малфой в ближайшее время вернётся в Англию вместе со своим отцом Драко Малфоем.
      — Надеюсь Драко Малфой будет настолько настоящим, что в худшем случае сумеет пройти тест на отцовство?
      — Гарантирую, что Драко будет настоящим.
      — Поделись, где ты нашёл этого поганца? В какую дыру запрятался Драко Малфой?
      — Эта дыра называется Азкабан, Долорес, там добровольно не прячутся. Но официальная версия будет несколько иной.
      — Постарайся, чтобы иная версия была более чем правдоподобной. И прежде чем начнется мероприятие по легализации Малфоев, ты уведомишь меня лично обо всем и со всеми подробностями.
      — Несомненно.
      Мисс Амбридж откланялась и ушла.

      Едва ушла мисс Амбридж, как Лорд Блэк-Поттер заметил, что в доме не слышно детских голосов. Он поднялся на второй этаж и обошёл все комнаты, даже в туалете искал, но детей нигде на было.
      — Кикимер!
      Тут же на зов хозяина появился домовик, с шелковым красного цвета платком повязанным на голове.
      — Кикимер тут, хозяин! Кикимер очень нужен?
      — Конечно нужен! Где дети и что это на тебе одето?
      — Дети играют в авроров. Аврор Малфой и аврор Поттер назначили Кикимера главным помощником. Они только что были в погребе.
      Осмотрев довольно ухмыляющегося Кикимера, Лорд тут же поймал его, сунул подмышку и аппарировал к дверям в подвальный этаж.
      Подвальный этаж в доме на Гриммо 12 являл собой большое помещение, в котором располагались: ритуальный зал, лаборатория, погреб для продуктов, комната с колодцем с родниковой водой и бывшая пыточная с двумя клетями.
      Пыточная уже давно не использовалась по назначению, а в обезмагиченных клетях вместо пленников иногда держали жертвенных животных.
      Увы, в правой клети в этот раз были именно человеческие жертвы: Петунья Эванс и Рита Скитер сидели на полу на охапках прошлогодней соломы, их руки были связаны и плотно примотаны к телу кухонными занавесками.
      — Скорпиус, Джеймс! Что за фигня?
      Скорпиус, Джеймс и эльфин Гелиос тут же появились перед Лордом и опустили глазки в пол.
      — Старший хозяин! — выступил вперед мелкий неуклюжий Гелиос, — Группой авроров задержаны шантажисты и педофилы в количестве двух штук! Задержанные арестованы до вашего решения. Доложил помощник аврора Гелиос.
      — Понял, — кивнул Лорд, — Джеймс, Скорпиус, а разве это не наша тётя Петунья?
      Джеймс пожал плечами, видя как Кикимер схватил себя за уши.
      — Она сообщница! — пояснил решительный Скорпиус.
      — И что же сделали эти две дамы?
      — Отец, мисс Скитер хочет отдать меня миссис Фрай. А тётя Туни хочет ей помогать! А я не хочу к миссис Фрай, мне и тут не плохо…

      Рита и Петунья были развязаны, освобождены из клети и переданы на поруки Лорду Блэк-Поттеру, который деловито отконвоировал дам в каминный зал.
      — Гарольд! , — возмущалась мисс Скитер. — Твои дети- хулиганьё! Мелкий Малфой учит твоего сына подслушивать…
      — Да-да, я понял, Скорпиус учит Джеймса плохому, а хорошему их обоих учит мисс Паркинсон. Что за заговор против моего сына?
      — Какой заговор? Сегодня мистер Фрай ппришёл в адвокатскую контору Саливанов и попросил составить требование в Визенгамот о возврате Джеймса его жене Джиневре Фрай, в девичестве Уизли, и заявление о незаконном удержании тобой мальчика. Это было около трёх часов назад и я сразу же поспешила к тебе. Пока мы с Петуньей ждали ухода мисс Амбридж, твои подопечные заигрались в авроров.
      — Ну вот, господа авроры, никакие это не преступники, а даже наоборот.
      — Поэтому мы их только задержали, — оправдался за всех Скорпиус, — До выяснения.
      — Ты же нас никому не отдашь, отец?
      — Конечно нет, такие осмотрительные мальчишки мне самому нужны. Хоть вы и хулиганы, но хулиганы мои собственные. А теперь, как старший по званию, приказываю: дам доставить в столовую и напоить горячим чаем с пирожными!

      Завтрак в Блэк-меноре проходил в тёплой и дружественной обстановке. Но едва дети покинули столовую и Панси пошла за ними в детскую, всё изменилось.
      — Петунья! — чуть ли не прошипел Северус, — какого хрена ты полезла в заказанные мной ингредиенты? Тебе мало было ожогов от манчжурской огнеклёвки? Сколько тебя можно просить не лезть в доставляемое для меня?
      — Так принимай свою почту вовремя! Эти проклятые совы загадили всю совятню! И ничего я не трогала, я только грязную обёртку сняла и выкинула…
      — И в твою тупую голову с отсутствием мозгов не затесалась мысль, что обёртка там не для красоты? Хрен бы на тебя, а если бы ты ещё детей к уборке приставила?
      — Не маггловское это дело лезть в дела волшебников! — прервал только начавшуюся перепалку Паркинсон. — Твоё дело, женщина, выполнять указания и не лезть куда не просят!
      Петунья словно дар речи потеряла с недоумением глядя на Снейпа.
      — Элайджа, — тут же сменил тему Северус, — а тебе что в этом доме слово давали? Петунья — родная тётка Лорда Блэк-Поттера, а тебя тут из милости приютили. Если бы не Панси, сдох бы где-нибудь в подворотне и никто бы тебя не вспомнил. Девчонка из-за тебя в такие долги у Лорда влезла, что за всю жизнь не расплатится, а ты тут из себя чистокровного сноба корёжишь…
      — Снейп! Вот только твоих комментариев мне за последние годы и не хватало! Сам в меноре по милости Лорда приживалкой живёшь, а в меня тычешь.
— О, Паркинсон! Да ты никак выздоровел? — внезапно, на шум, зашёл в столовую Лорд Блэк-Поттер. — Северус ты как считаешь не охамел ли мистер Паркинсон от безделия? Северус прав, ты — Паркинсон — в моём доме только из-за Панси и будь добр уважать мою семью!
      Паркинсон, уже вторую неделю искавший встречи с Лордом Блэк-Поттером, встал из-за стола и опустился на колени перед Лордом.
      — Милорд, прошу прощения, обидеть не хотел. Я, Элайджа Реджинальд Паркинсон принимаю на себя долги дочери моей Персефоны Аделаиды Паркинсон. Только денег у меня нет, чем могу быть полезен не знаю, но ОТРАБОТАЮ! Прошу дать мне шанс.
      — Ну, это разговор другой. Пошли, что ли…
      Элайджа Паркинсон был отведён в кабинет Лорда на Гриммо 12, где домовой эльф Кикимер сверял банковский отчёт с отчётом «Спорт плюс».
      — Кикимер, друг мой! — с порога крикнул Лорд.
      Кикимер неловко дёрнулся и кипа бумаг со стола рухнула на пол.
      — Кикимер, несчастный старый эльф, нормальные хозяева достались нормальным эльфам…
      — Кикимер! Ну ты чего? Устал, да? Я тебе помощника привёл! Вот- Паркинсон, сажай его за бухгалтерию.
      — Волшебник будет подчиняться Кикимеру?
      — Да куда ж он денется?
      После нескольких десятков клятв о неразглашении и десятка Непреложных Обетов, мистер Паркинсон был допущен к делам Рода Блэк и Рода Поттер.

      После того, как Тедди Люпин приехал на каникулы в Блэк-менор, в меноре его было не слышно и не видно. Тедди или делал заданное на каникулы домашнее задание, или уходил к реке, где смотрел на бегающую ребятню. Иногда он играл в футбол. Почти все его ровесники были заняты по дому, многие устроились на лето на работу. Работать Тедди не хотел. Несмотря на просьбу крёстного, Тедди ни одного раза не присоединился в спортивных занятиях в Джеймсу.
      — Тедди, может ты найдёшь время поговорить со мной?
      — Конечно, крёстный, чего ты хотел?
      — Ты со мной совсем не общаешься, я тебя чем-то обидел?
      — Нет. Я общаюсь.
      — А Джеймса почему игнорируешь? Вы же с ним ладили.
      — Мы и сейчас ладим. Чего ты ко мне пристал крёстный? Я уже взрослый, если ты не забыл, то мне уже 14 лет и общаться с малышнёй мне не интересно.
      — Поговори с Дадли, пусть подберёт для тебя курс индивидуальных тренировок или занимайся с Кассиусом.
      — С Кассиусом? Он бегает по парку в пять часов утра, а я в это время хочу спать!
      — А в другое время?
      — А в другое время Лейстрандж выслушивает лекции Драко и Панси, а потом чертит схемы и рисует руны. Ему не до меня.
      — А почему бы тебе не присоединиться к занятиям в Драко и Панси?
      — Зачем? Они пытаются сформировать из детей будущих Лордов и придать лоск Лорду Лейстранджу. Мне это зачем? Если понадобится — выучу!
      — Ну так займи себя чем-нибудь, раз ты такой большой и самостоятельный.
      — Почему ты не дал мне пригласить к нам на каникулы Криса?
      — Крис приглашён и приедет когда ему разрешит его семья, ты слишком нетерпелив, крестник.
      — Мне скучно и я ничего не хочу.
      Гарольд поговорил о проблемах с крестником с Северусом, но, увы, они связали апатию Люпина лишь с буйством подростковых гормонов, совсем забыв учесть тот факт, что его отец был оборотнем.

      Кассиус Лейстрандж, воспользовавшись приглашением Наставника, переехал жить в Блэк-менор и даже слышать не хотел Рошаля, уверявшего, что Лейстрандж-менор достаточно отремонтирован и вполне пригоден для проживания.
      Библиотека Блэк-менора подверглась тщательному изучению под присмотром портретов Леди Вальпурги Блэк и Лорда Ориона Блэка.
      Лейстрандж хорошо понимал, что пользуясь только теорией из книг он будет лишь пародией на Лорда, а практических умений и навыков не получит. Наставник тут помочь не мог, ему как Лорду двух Родов и Мастеру в трёх областях знаний многое простительно, а Победителю Воландеморта на мнение общества может и дела не быть. Поэтому Драко Малфой, с детства обучаемый и воспитываемый родителями как Наследник Рода, стал для Кассиуса настоящим кладезем информации и практических навыков. По сути, Драко и Панси делали для него то, что должны были бы сделать рано покинувшие его Лорд и Леди Лейстрандж.
      Кассиус был благодарен.
      Вот только он теперь был так занят, что привычные ежедневные занятия бегом и тренировки по программе его кумира Дадли, пришлось переместить на раннее утро, сразу же как только Гриммы заканчивали псвой ночной дозор по землям Блэк-менора.
Охрана Блэк-менора в виде боевых химер вызывала трепет и восхищение трудом Наставника, но сталкиваться лицом к лицу с созданиями некромага было не приятно.
      — Кассиус, ты меня игнорируешь? — поинтересовался Лорд Блэк-Поттер.
      — Э…нет!
      — Тогда почему я начинаю думать, что у меня в меноре живёт не ученик, а библиотечный боггарт? Ты вообще чем занимаешься?
      — Так вы же заняты, чего мешать-то буду? Было же сказано, в лабораторию к вам не лезть. А я осваиваю теорию по тем книгам, что в списке для изучения на звание Мастера.
      — У тебя новый проект? Почему я узнаю об этом от Тедди, а не от тебя?
      — Я занимался проектом стационарного портала.
      — Ну да. И как успехи? Что нового с момента принятия тобой титула Лорда?
      — Ох, — схватился за голову Лейстрандж, виновато опустив глаза.
      — Поделишься?
      — Да. Тут такое дело. Даже и не знаю как сказать.
      — А ты попроще говори. Наставник у тебя — идиот не грамотный, сложных конструкций речи не понимает!
      — Да нет же, сэр! Это…ну…личное.
      — Влюбился что ли? Кого сватать?
      — Хуже. Я познакомился с Драко Малфоем. Ну, я был с ним раньше знаком. Малфои нам материально помогали, когда совсем плохо с деньгами было. А потом… я думал, что все Малфои погибли. А тут Скорпиус и Драко. Скорпиус почему-то считает Драко своим отцом, но…
      — Драко Малфой — отец Скорпиуса! И никак иначе! Нечего пацана травмировать, он так мечтал о своих родителях. Я, наверное, так не мечтал. Когда Скорп родился, Люциус уже сидел в Азкабане, а Нарцисса была очень долго плоха после родов. Скорпом занимались Драко и Астория, других родителей он не помнит. Драко согласен Скорпиуса как своего сына признать, так их общественности и представим. Про иное забудь! Ты понял?
      — Понял! Чего тут не понять. Но я про другое. Драко на инвалидном кресле очень тяжело передвигаться, оно тяжёлое и не мобильное, по лестнице на нём самостоятельно не спустишься, а если места мало, то и не развернёшься. Я, конечно, верю, что Дэвид и Северус сумеют улучшить здоровье Драко, но нужно время. Нужно очень много времени. Вот я и подумал…
      — Что подумал?
      — Драко раньше очень хорошо летал на метле. Почему бы ему не летать на кресле?
      — Не понял?
      Кассиус тут же разложил перед наставником десятки пергаментов с чертежами и рунами.
      — На самом деле, всё просто. Нужно лишь совместить в единый механизм функции кресла и метлы. У метлы нет подходящих функциональных настроек, а кресло слишком большое и имеет слишком тяжёлый вес. Если произвести вот такую рокировку рунной цепочкой и соединить систему накопителем, то…
      Видимо Кассиус не знал, что он не первый кто берётся за создание магического кресла-коляски и не знал, что перспектив тут нет, но его идеи были довольно интересны. В чертежах что-то такое было…
      — Погоди, Кассиус… Ты где технико-магические характеристики метлы брал?
      — У Клода Скитера. Это разработки модели «Белый ветер». Я их за основу взял. Нельзя было, да?
      — Не подходит тут «Белый ветер». Смотри: семь критериев не подходят. Давай попробуй за основу ТМХ «Чистомёта», там схема более похожая была... вроде как.
      Через два дня Кассиусу в чертежах удалось совместить не совместимое и началась сборка магически управляемого кресла-коляски для Драко Малфоя.



Ирина Наветова

Отредактировано: 07.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: