Семейные ценности

Размер шрифта: - +

Глава 21

Глава 21

      Утро субботы было пасмурным, дождь лил всю ночь, оплакивая последние дни холостой жизни зельевара.
      Вчерашний вечер пятницы тринадцатого был наполнен событиями. Прибежавший на помощь колдомедик Рошаль, отцепил мисс Паркинсон от мистера Снейпа и напоил её успокоительным. Тинки был приставлен смотреть за уснувшей Персефоной.
      Драко Малфой был осмотрен, признан злостным симулянтом и сдан на руки переволновавшейся жене.
      Северус пострадал больше всех. Едва он схватил за шиворот крестника, как на него набросился мелкий белобрысый ураганчик по имени Блейз с криком «Не тронь папу!». Блейз решил, что большой злобный дядька хочет убить его слабого беззащитного отца и мальчик впервые в жизни бросился на обидчика. У Блейза на нервной почве случился выброс: везде, где касались его ладошки, вспыхнул огонь, а он продолжать кричать и бить зельевара.
      Мальчика поймали, успокоили, мистера Снейпа потушили.
      Лорд Блэк-Поттер срочно вызвал из Эссекс-менора Катарину Райт, вместе с Рошалем осмотревшую Тедди. Под их контролем Тедди плавно перетёк из человеческой формы в волчью и обратно. Состояние метаморфа было признано весьма хорошим, проблем со здоровьем не выявлено. К понедельнику Рошаль обещал предоставить документы для школы, оправдывающие отсутствие мистера Люпина за занятиях с начала года.
      Заяц, живший в комнате Тедди Люпина, не признал своего хозяина-волка в человеческом обличье и сбежал. Тедди до самого утра бегал по дому, разыскивая своего Заю. Домовые эльфы сновали по дому, разыскивая домашнего любимца младшего хозяина.
      Рано утром Петунья зашла на кухню и обнаружила отсутствие завтрака и зайца, спящего в большой кастрюле для супа. Заяц был засунут в клетку и возвращен мистеру Люпину.
      К утру Лорд Блэк-Поттер наконец-то вернулся в дом, обойдя посты и отменив тревогу, назвав её учебной.
      Убедившись в том. что с домочадцами всё в порядке, Гарольд зашёл в спальню Северуса. На застеленной пледом кровати драгоценного соулмейта лежала записка.
«Ушёл к Филчу. Поживу пока у него. С.С.»

      В семье Драко и Астории Малфой произошла первая в из семейной жизни ссора. Астория привычно отчитала Блейза за всплеск «стихийки» и нападение на Северуса, назвав поведение мальчика «неадекватным и недостойным Наследника Рода». И если бы этим всё и ограничилось… Блейзу был в качестве наказания объявлен запрет на неделю на общение с Аргусом Филчем, разъяснения в чём не прав ребёнок сопровождались ударами по заду.
      Драко ребёнка отобрал, высказав жене своё возмущение её воспитательными методами, и выставил жену из своей комнаты.
      — Нельзя ругать маму Асторию, — посетовал Блез, — Маму Асторию нужно слушаться, иначе я вырасту безмозглым дураком и меня больше никто не будет любить. Не послушных детей никто не любит…
      Драко вцепил в тощие мальчишеские ручонки и притянул ребёнка к себе, обнимая.
      — Блейз, ты — мой сын и тебя больше никто не будет бить, я обещаю!
      — Ну, я же не по-настоящему твой…
      — По-настоящему! Я тебя усыновил, по всем документам — ты мой сын. Насовсем!
      Блейз с удивлением рассматривал странного белобрысого взрослого, захотевшего быть его отцом. Драко, с точки зрения Блейза, был больным и слабым почти как мама Дафна, а потому обязан был подчиняться маме Астории, но вместо этого вступившегося за него — глупого не послушного ребёнка.
      — Ты меня защищал от Северуса? Это было здорово! Я тебе очень благодарен. Но, Блейз, прежде чем действовать, нужно подумать. Мне очень приятно, что ты вступился за меня, но Северус не представляет для меня угрозы.
      — Но он кричал и хотел тебя бить.
      — Бить? Нет. Северус — мой крёстный, он меня никогда не ударит и никому другому не позволит. А ругается он так всегда.
      — Он очень страшный. Ещё страшней, чем Лорд Блэк-Поттер.
      — Нет, глупый ты ребёнок. Северус и Гарри они просто с виду такие, а на самом деле они нас с тобой любят и заботятся.
      — Но ведь ты же не был виноват!
      — Ох, малыш… Ещё как виноват и завтра меня будут ругать все сразу…
      — А что ты сделал?
      — Дом закрыл… Панси напугал…
      — Ты хулиган?
      — Нет, но иногда бывает…
      Блейз никак не мог понять, почему папа Драко может хулиганить, он же уже взрослый. Или взрослым можно?

      Шёл дождь, барабаня по окнам и крышам, смешивая опавшие жёлто-бардовые листья с грязью.
      На дорожку к маленькому коттеджу у школы аппарировал потрепанный и взлохмаченный Лорд Блэк-Поттер. Он прошлёпал по луже к крыльцу. Мистер Филч с неохотой подошёл к двери.
      — Филч! Филч! Это — Поттер! Открывай, а то дверь выбью! — орал Лорд.
Не открыть хозяину поместья, стучавшему в дверь ногами было бы верхом безрассудства, ибо дверь могла не выдержать.
      — Гарри, а чего ты дверь пинаешь, Петунья не научила руками стучаться?
      — Петунья научила не ходить по гостям с пустыми руками!
      Гарольд, оставляя за собой мокрые и грязные следы, прошлёпал в кухню и сгрузил пакеты на стол.
      — Вот — еда! — пояснил Лорд. — Пироги, печенье и всё, что в холодильнике стояло.
      Аргус шустро разобрал пакеты, что-то убирая в холодильник, что-то раскладывая по тарелкам и с печалью глянул на ряд пустых бутылок у окна.
      Лорд, оправдывая звание волшебника, из карманов мантии извлёк дюжину бутылок огневиски.
      Аргус и Северус дружно хмыкнули, принимая Гарольда в свою кампанию.
      Поттер снял промокшие насквозь туфли, мантию и из-за пазухи извлёк домового эльфа Кикимера, тут же устраивая эльфа в стоящей на столе корзине из-под пирогов.
      — Вот! Я и Кикимер просим политического убежища! Бабы взбесились!
      — Бабы — это зло! Выпьем за это! — произнёс тост Филч, разливая огневиски по стаканам.

      Элайджа Паркинсон признал, что потерпел поражение. Все его гениальные планы ушли мантикоре под хвост. Всё было идеально: и от Фрая избавился бы и дочь замуж выдал выгодно. Чем плох Лорд Блэк-Поттер? То что Лорд Мастер Некромаг уже само по себе большой минус. За то Лорд, не беден и не стар. Не за Неккера же замуж отдаёт. Да и выбора как такового-то и не было. Ну нет других женихов! Никаких! И кто виноват? А виновата его любимая и единственная дочь Персефона.
      Взрослая дочь так и осталась глупой девчонкой, влюблённой в Снейпа. Влюбилась кроха ещё в шесть лет, а с 11 лет стала мечтать понравиться Северусу и заполучить его в мужья. После разговора со Снейпом, пояснившим, что он не страдает педофилией и Панси ему никогда не будет нравиться, девочка взялась за ум, стала прилично учиться и у неё было бы блестящее будущее, если бы не…
      Слабая и беззащитная девочка сумела выжить в одиночку, работая за сущие кнаты и преданно заботясь о сидевшем в Азкабане отце.
      Когда Элайджа увидел свою дочь, вернувшись из Азкабана, он испугался. Его мелкая пышечка стала костлявой и ещё более некрасивой, чем была. Но, пугало не это. Его маленькой нежной девочки больше не было. Панси стала взрослой, сильной и не по годам мудрой. Но для своего отца Панси всё равно осталась его маленьким нежным цветочком, смыслом его жизни.
      Элайджа всё обдумал и согласился с тем, что-то, что выросло из нелепого Гарри Поттера со всеми его регалиями и титулами, вполне подходит на роль мужа его взрослой девочки. Лорд Блэк-Поттер согласился на помолвку и тут такой конфуз…
      Персефоночка решила уйти жить к Снейпу. Как простолюдинка. В любом качестве. Прилюдно Снейпу на шею вешалась, с поцелуями лезла… После такого позора не видать его дочери достойного спутника жизни.
      Едва Рошаль напоил Панси успокоительным, Петунья утащила её в свою комнату.
      А Элайджа сидел и думал, строя многоходовые варианты по выходу из сложившегося положения. Шанс избавиться от Фрая и удачно пристроить дочь упускать было нельзя.

      Петунья бегала по Блэк-менору как бешеная мантикора. Снейп удрал из дома ещё затемно, словно и спать не ложился. Лорд Блэк-Поттер, успокоивший жителей посёлка, едва зайдя в дом, наткнулся на поджидавшую его Петунью и сбежал едва ли не шустрее Снейпа. Драко Малфой «страдал», закрывшись в комнатах с Асторией.
      Паркинсон сбежать не успел и был вынужден выслушивать многочасовую лекцию в исполнении Петуньи, основными тезисами которой были: Панси — несчастная жертва обстоятельств, Элайджа — тиран и деспот, а к Северусу нужно прицениться, ибо такие как он на полу не валяются.
      Паркинсон же прекрасно помнил, что Снейп ещё как валялся на полу под «круцио» Волдеморта, да и по койкам многих дам высшего света тоже валялся, они на него даже охоту объявляли. Не то, чтобы Паркинсон завидовал популярности Снейпа у женского пола и осуждал жён аристократов, прельстившихся молодым ехидным зельеваром, но не таким он хотел видеть своего зятя.
      Чтобы не было, но Панси его дочь, единственная и любимая. Ему дважды предлагали помолвку с его дочерью, но отдавать свою крошку за своего ровесника Паркинсон отказался наотрез. Была надежда на то, что в Хогвардце Панси найдёт себе жениха, но увы, дочь была характером и внешностью в него, и предложений о помолвке с кем-либо из учащихся Хогвардца не поступило.
      Ясно было, что Волдеморт долго не продержится и чтобы вывести дочь из-под возможного удара Светлых сил, Паркинсон предложил своему помощнику Фридриху Фраю помолвку с Панси. А оно вон как повернулось. Подвело Элайджу его чутьё. Человеческий фактор это вам не финансы… Жизнь перевернулась с ног на голову.
      Нищий, хотя уже и не очень, Элайджа Паркинсон занимается финансами Родов Блэк и Поттер. Панси исполняет контракт няни у Лорда Блэк-Поттера. Снейп же снова выкрутился и сумел устроиться куда лучше многих своих коллег по партии Волдеморта. И Гарри Поттер — разменная монетка Дамблдора, ставший Лордом и Мастером…
      Элайджа думал и анализировал. Выводы были малоутешительны.

      Сбежавшие от женского общества в дом у школы, выделенный для проживания Аргуса Филча, представители сильного пола пьянствовали, заливая алкоголем несправедливость жизни.
      К вечеру кухня в доме мистера Филча поражала количеством выставленных на полу пустых бутылок из числа имеющегося алкоголя у Филча и притаскиваемого Кикимером из Блэк-менора.
      — Слышь, Северус. Я-то ладно — некромаг, ты — зельевар, а чего Аргуса алкоголь не берёт? Кем он тебе по гобелену приходится?
      — А ни фига гобелена нету! — выдохнул Филч, — В Гринготтсе есть, но эти х…вы гоблины меня к нему не допустили. Ни разу!
      — А Северуса?
      — А я и не ходил! У меня наследие по Принцам!
      — Чего Принцы ещё есть живые?
      — Нет, Гарри, я единственный, других уже нет.
      — Северус, Аргус, а не пора ли вам всё нормально рассказать? Чего молчите? Давайте я сам расскажу… А вы оба поправите если что…
      Снейп и Филч согласно кивнули, открывая новые бутылки огневиски.
      — С чего бы начать… А вот… Филч безвылазно в Хогварце сидел. А на фига магическому учебному заведению сквиб? Хогвардц лучше Азкабана, да? А за что у нас Азкабан обеспечен? За занятия запретными видами магии. Преступлений за мистером Аргусом Филчем не числится, значит всё тоже наследие «старшей крови». Полуковкой от демона Филч быть не может, своего потомка ни одна инфернальная тварь гнобить не даст. Из «старшей крови» у нас возможны: Перевеллы, Ниппуры, Магрибы и Неккеры. Магрибы ныне здравствуют, кровь свою и из Азкабана выкупили бы. Ниппуры кровью не разбрасываются, у них каждый член Рода на особом учёте, хотя их и так меньше, чем пальцев на руках, не обсчитаешься. Пришлым ты быть не можешь, тебя бы ещё в 1945 году кровным поиском вытянули бы. Кровь Перевелов во мне ритуалом пробуждали, чтоб им на том свете лихо было, эксперементаторы недоделанные. А в тебе, Филч, я общей крови не чую. Зато чую вросший в ядро ограничитель.
      — Как чуешь?
      — Да «каком кверху»! Поттер — он! Предок его поганый ограничитель-паразита сделал, чтоб ему посмертия не было!
      — Это тот самый ограничитель, которым психически больных магов ограничивают?
      — Ага. Только нынешняя власть его и на неугодных прилаживать сподобилась! Не знаю даже кого за это убивать надо!
      — Панси?
      — Да. Панси.
      — Сам снимал?
      — Ага. В течении пяти лет снять можно. Дальше с условиями. Северус, ну ты же сам знаешь, что один Поттер сумел сделать, то другой Поттер обязательно сумеет разломать…
      — А у Аргуса снять нельзя?
      — Нет. Через 20 лет паразит полностью врастает в магическое ядро и заменяет его собой. Сколько жив паразит — столько жив маг. А они живучие… А вот именно этот паразит вселяет в меня сомнения своим возрастом… Филч — ты Неккер?
      Снейп и Филч переглянулись и приложились к стаканам с огневиски.

      Практически имелось всё, чтобы незамедлительно отправить Тедди Люпина в Хогвардц. Учебники, учебные пособия, канцелярские принадлежности упакованы ещё в конце августа. Домовушка Соль усердно пекла пироги и печенье для маленьких хозяев в Хогвардц в больших количествах. По мнению Петуньи, Скорпиус и Джемс выглядели очень маленькими и худенькими и нуждались в дополнительном питании домашнего производства. Аптечку Северус давно уже укомплектовал на все случаи жизни и передал волчонку. Но ехать в школу было не в чем.
      Убедившись, что Элайджа Панси не обижает, а Паркинсоны уже нашли общий язык и строили совместные планы, Петунья выгребла всю имеющуюся в доме маггловскую наличность. Денег на необходимые вещи хватало. Петунья перетрясла гардероб Гарольда и одела в его вещи Тедди. За время пребывания в волчьей шкуре мальчик вырос. Дадли тоже очень быстро рос.
      Поручив домовушке Соль следить за порядком в доме, Петунья и Тедди вышли через кладбище в Блэк-пуле в маггловский город и купили Люпину одежду и обувь.
      Оставалось купить мантии, ботинки для занятий и всякую мелочь магического производства, без которой можно было бы и обойтись. сенние ботинки из «Таффилда» выделил Драко Малфой, сказав, что он всё равно никуда не ходит и двух оставшихся пар ботинок на осень ему хватит. Но ни один магазин Косого переулка не выслал заказанный товар, требуя подтверждения последующей оплаты от Лорда Блэк-Поттера или хотя бы от домового эльфа Кикимера.
      Если мужчины не вернутся, то вечером воскресенья придётся идти за ними и возвращать их домой любым способом. Итак уже с Хогвардцом скоро будут проблемы. В прошлом году мистер Люпин рибыл на учёбу в середине сентября, а в этом году уже октябрь кончился.

      Несмотря на разницу в возрасте, а может благодаря ей, не вооруженным глазом было видно, что Снейп и Филч близкие родственники. И жесты, в взгляды, и телосложение, да и черты лица у них были схожи.
      — Северус, а Аргус тебе кем приходится?
      — Родня.
      — Оно и так понятно. А по гобелену?
      — А гобелен Неккеров я не видел. Без Родовых Даров я им на хрен не сдался!
      — Сев, не зли меня! Сознайся уже… А то я сам начну придумывать, а фантазия у меня как у тёти Петуньи… Принцы с Неккерами роднились?
      — Дядя мне он. Старший брат моего отца.
      — Это чего? Того самого маггла Тобиаса Снейпа? Из Рода Неккер? Да, однако, интересные в нашей стране магглы бывают… Потомки самого Аргентуса Неккера.
      — А ты о нём откуда знаешь?
      — Так это… Наставник у меня Велемир Ростовский. Он и рассказал как Аргентус вместе с дядькой его Зиновием Морышем Завесу латал в 1814 году. Морыш-то до сих пор здравствует, его правнучка в Военной Академии Историю Магических Войн преподаёт. А Неккер в Англию вернулся и сгинул. Магистр Морыш просил при случае поклон передавать Князю Аглицкому Серебрянному.
      Филч шмыгнул носом и разревелся.

      Едва Петунья отвлеклась на Тедди Люпина, заявившего, что ему нечего одеть, как Паркинсон проскочил в комнату Петуньи.
      — Панси, цветочек! Не спи! Вместе думать будем! Хочешь Снейпа — будет тебе Снейп! Проведём проверку у гоблинов, если совместимость есть — будет этот носатый полукровка Паркинсоном. Окольцуем этого гада и в Род введём. Сразу бы сказала, что кроме Снейпа никто не нужен — сразу бы за него и взялись, так-то доча…
      — Северус ушёл! — рыдала Панси, уткнувшись носом в плечо отца.
      — От Поттера? От Лорда Блэк-Поттера даже на тот свет не уйдёшь — обратно вытянет и отрабатывать заставит. Это ты ещё не видела какой он со мной трудовой контракт заключил. Даже Флитвик не настолько гоблин, как это Лорд Блэк-Поттер. Петунья за ним вроде как Люпина снаряжает, так что к ночи будут дома.
      — Люпина? Он же совсем дитя!
      — Таки и дитя! Парню пятнадцатый год, ростом уже с меня стал. Справится. Ты лучше мне про Снейпа расскажи.
      — Он на мне не женится! Я ему даже не нравлюсь. Ой, папа, я такая дура!
      — Ты-то дура, только вот мне дураком никак нельзя быть. Как это не женится? Ещё как женится! Это ты мне предоставь. Я уже Петунью на нужный лад настроил… Лучше думай о том, как бы половчее Снейпа на Фрая натравить…
      — Ты что папа! Северус может пострадать!
      — Снейп? — тут уже Элайджа мог лишь глухо рассмеяться. — Видел я этого нетопыря носатого в деле, доченька. Это же не просто зельевар какой, а Пожиратель Смерти Ближнего Круга Тёмного Лорда. Бедолага Фрай…

      Домовёнок Гелиос словно снитч вылетел из кабинета Лорда Блэк-Поттера и врезался в Петунью.
      — О! Петунья! — обрадовался Гелиос. — Беда! Маленькие хозяева подралсь! Госпожа директор просит придти родителей!
      Петунья встряхнула мелкого эльфа за шкирку, переглянулась с Тедди и поспешила в кабинет Лорда.
      На связи по зеркалу была сама Минерва Макгонагал.
      — Петунья, здравствуй! У нас внештатная ситуация. Где Гарольд? Мистер Поттер и мистер Малфой опять подрались и родители пострадавших требуют встречи с представителем ваших воспитанников.
      — Когда?
      — Уже больше часа ждут в Больничном крыле.
      — Разве у волшебников это принято?
      — Увы, но отцы пострадавших работают в Аврорате, а матери далеко не аристократки. Выручай, Петунья, мне только жалоб в Министерство не хватает…

      В Больничном крыле Хогвардца было шумно до безобразия. Колдомедик Альфарад Керроу, приглашённый директором Макгонагал, осмотрел пятерых третьекурсников Грифиндора, пострадавших от действий первокурсников Слизерина и долго смеялся.
      Ранее ни раз битые этими старшекурсниками первачки Поттер и Малфой мстили со вкусом, отлавливая обидчиков по одному, избивая и награждая не то что связками, а целым каскадом безобидных проклятий, накладывающихся друг на друга. В итоге ждать когда спадут проклятия ни один день, да и при таком раскладе синяки и ссадины не заживали, а обезболивающее не действовало.
      Малфой и Поттер начали драться сразу с начала учёбы, но чтобы сразу пятерых третьекурсников в Больничное крыло определить — это было впервые.
      Малфой и Поттер свои «боевые ранения» уже залечили самостоятельно и в помощи колдомедика не нуждались.
      Альфарад Керроу задержался в Хогвардце так как в помощи нуждались декан Слизерина Бёрк и школьная медико-ведьма.
      Спрятавшиеся за спиной колдомедика первачки тихо ждали конца представления. Мальчишек ни раз бывших свидетелями выяснения отношений в Блэк-меноре женскими воплями пронять было сложно.
      Матери «пострадавших» кричали и требовали наказания для обидчиков своих детей.

      Спустя некоторое время в Больничное крыло вошла директор Макгонагал с сопровождении элегантной дамы среднего возраста. На фоне крикливых мамаш Петунья выглядела изящно и утончённо Маленькая серая шляпка и серо-голубая мантия, позаимствованная у Астории, ей очень шли.
      Все сразу замолчали и уставились на Петунью Эванс, шедшую напрямую к колдомедику Керроу.
      — Доброго дня, мистер Керроу, мистер Поттер и мистер Малфой не пострадали?
      — Нет, миссис Эванс, с вашими мальчиками всё хорошо, но заживляющая синяки и ссадины мазь из «Кладовой природы» выше всяких похвал.
      -Да как вы смеете! — заорала миссис Клайт, — ваши дети вруны и хулиганы! Абсолютно невоспитанные асоциальные элементы, которых нужно держать в клетке, а не обучать в приличной школе с другими детьми!
      Домовушка Соль высунулась из дамской сумочки Петуньи и с интересом уставилась на глупую бабу, посмевшую ругать её драгоценных маленьких хозяев.
      — Она ещё и эльфа притащила! — взвизгнула полная дама в бардовой мантии.
Невыспавшаяся и измученная событиями дома, Петунья не выдержала сложившихся обстоятельств и поставила на место всех, включая директора Макгонагал.
      Скорпиус и Джемс, хорошо знавшие характер тёти Петуньи, вовремя выскользнули за дверь, утащив за собой декана своего факультета.
      Хогвардц имел честь убедиться в том, что голос у Петуньи Эванс по-истине командирский. Чёткие жесткие команды и указания слышались на несколько этажей.
      В результате слаженных действий Петуньи Эванс и домового эльфа Соль, все пятеро мамаш забились в угол Больничного крыла, спрятавшись за кроватями своих детей.       «Пострадавшие» третьекурсники раскаялись в содеянном и спрятались под одеялами. Мистер Малфой и мистер Поттер были признаны безвинными жертвами школьного произвола.
      — Моя семья доверила Хогварцу наших детей. Добрых и хорошо воспитанных мальчиков! — отрапортовала Петунья. — Вы же их за два месяца учёбы превратили в хулиганов. Директор Макгонагал, я ставлю вас в известность, что если подобное безобразие повторится, мы будем вынуждены, на основании медицинских свидетельств о неоднократных избиениях, перевести детей на домашнее обучение, в связи с тем, что нахождение в Хогвардце не безопасно для их здоровья! Соль, домой!

      Вечером воскресенья в двери дома мистера Филча снова стучались. Били ногами в дверь.
      — Мистер Филч! Крёстный! Это я пришёл! Это — Тедди Люпин!
      Вопли негодного мальчишки были слышны по всей округе. Соседи повыходили из домов и спорили о том, когда откроют. Пришлось впустить.
      Тедди пришёл не с пустыми руками. Он шустро прошёл в дом, поставил корзину с продуктами на стол и из карманов мантии выгрузил десяток бутылок огневиски.
Принесённое было осмотрено с сомнением: можно ли есть то, что прислала Петунья?
      — Вы чего? Петунья прислала меня! А еды я в Эссекс-меноре набрал, хлеб тут, яйца варёные, пару луковиц и два кольца колбасы.
      — А спиртное?
      — Крёстный, ты чего? Это же из того погребка возле ритуального зала, ты же мне сам показывал!
      — А чего ты пришёл? — задал самый животрепещущий вопрос Гарольд.
      — Так это… Меня тётя Туни прислала. Парламентёром. Сказала, чтобы ты, крёстный, своими бесстыжими глазами на меня посмотрел.
      Лорд Блэк-Поттер открыл по-шире нетрезвые глазки и осмотрел крестника.
      — Ну… вижу! Ты — мой крестник Эдвард Ремус Люпин. Я не настолько пьян, чтобы тебя не узнать!
      — Гарри, а почему на Тедди твоя одежда одета? — подал голос Северус.
      — Да?
      — Да. Тётя Туни сказала, что если ты будешь тупой и слепой имбецил, то я должен тебе сказать, что вся моя одежда мне мала. Я не влазию ни в одни брюки, мантии мне коротки и не натягиваются на плечи. Мне всё мало, даже трусы. А ботинки с носками я взял у Драко.
      — Это ты к чему?
      — Тётя Туни велела передать, что самые необходимые вещи она заказала, но они придут тогда, когда ты оплатишь заказ. Нужно в магазин за обувью. В общем в Хогвардц меня отправлять не в чем!

      В назначенное время в Гринготтс для проведения обряда помолвки прибыл Лорд Блэк-Поттер. Сильно не трезвый. В сопровождении Элайджи и Панси Паркинсонов, приведших под руки такого же не трезвого зельевара.
      Пока Лорд вздыхал и выслушивал отчёт гоблина-итуалиста о готовности к проведению ритуала помолвки, Паркинсоны пристроили Снейпа на крохотном диванчике.
      — Я тоже готов! — признался Лорд Блэк-Поттер и ткнул пальцем в своего соулмейта. — Жених он!
      На вопрос гоблина, точно ли он желает жениться, Снейп попытался вывернуться из рук невесты и сползти хотя бы на пол.
      — Держи! — рявкнул Элайджа.
      Панси резво выполнила команду отца, обхватив жениха обеими руками и хапрыгнул к нему на колени.
      — Милорд, а может жениху с невестой протрезвляющего?
      — Нет! — хором вскрикнули Паркинсон и Блэк-Поттер.
      — Иначе мы их вообще не поженим, — устало прокомментировал Гарольд.
      — Так чего страдать? Может не помолвку, а брачный ритуал провести? — предложил гоблин, удивлённый происходящим.
      — А совместимость?
      — Так сейчас и подсчитаю! Какая разница-то? Неужели Мастер Зельевар забыл как зелье Плодородия варить?
      Пробы крови были взяты. И для полного расчёта совместимости и для определения родства.
      — Вот ити ж… — выдал результат совместимости Крюкохват, вылупив глаза на результат проверки, — 82 процента!
      Но ритуал заключения брака окончился неудачей. Магия брак между Персефоной Паркинсон и Северус Снейпом не признала.
      — Нет! Это ошибка! — пытался оправдаться перед дочерью Элайджа. — Снейп нам роднёй быть не может! Снейп, ты чего, женат?
      — Нет! — сразу же ответил резко протрезвевший Северус. — Никогда женат не был! И помолвлен не был! И не собирался!

      Тедди Люпин, по сложившейся традиции, явился в Хогвардц из камина директора.
Сначала из камина вывались два огромных баула, а затем вышагнул ученик.
      — Здравствуйте, директор! Учащийся факультета Хафлапаф четвёртого курса Эдвард Ремус Люпин для прохождения обучения прибыл! Разрешите идти?
      — Стоять! — потребовала Макгонагал. — Мистер Люпин! Вы знаете какое сегодня число?
      — Конечно! А чего?
      — А какого числа вы должны были приступить к учёбе?
      — Дык это… семейные обстоятельства! Здоровье у меня слабое! У меня и справка от колдомедика есть! Я болел — тётя Туни может подтвердить, если чего!
      При упоминании имени Петуньи, Минерву скривило.
      — Твоя тётя Петунья!
      — А чего? Она такая! Она может! Да вы не серчайте, тётя Туни отходчивая! Но очень шумная!
      Мистер Люпин уже полностью утратил детские черты. Перед директором стоял практически юноша, крепкого телосложения, достаточно высокий и уверенный в себе. Внешностью Люпин пошёл явно не в своих родителей. А ведь ему ещё 15 лет нету. Перед Минервой стояла молодая усовершенствованная версия Сириуса Блэка, за спиной которого стоял Род и крёстный.
      Люпин, лучась доброжелательностью, достал палочку и невербально приподнял свои баулы над полом.
      — Ну чего, я пойду к себе?
      Минерва кивнула. Люпин, легко левитируя свой багаж, вышел из кабинета директора. Минерва вытерла выступившие слёзы, видя как ученик взмахнул полами темно-синей неученической мантии на манер незабвенного зельевара Северуса Снейпа.

      Тедди скорым шагом шёл по коридору в сторону выделенной ему комнаты, но остановился, услышав знакомые голоса в пустом классе.
      — Чего, тупые? Кто ещё не понял, что моих мелких трогать нельзя?
      Двое третьекурсников с Грифиндора, загнавшие в пустой класс Малфоя с Поттером, сразу же раскаялись в своих действиях. Тедди был куда выше их ростом и выше телосложением.
      Люпин над ситуацией размышлять не стал, а просто парой затрещин внушил к себе уважение и выставил грифиндорцев за дверь, пинком придав ускорения.
      — Ну чего, мелкие, пошли пожрём? Тётя Туни провизии на целую роту передала!

      Пергаменты определения родства из рук гоблина забрал Лорд Блэк-Поттер, пресекая любую попытку Паркинсона с ними ознакомиться.
      — Нет. В родне Северуса Паркинсонов нет. Мать: Эйлин Снейп, урождённая Принц. Отец: Тобиас Снейп — выжженная кровь, Гарольд Блэк-Поттер — обновлённая кровь.
      Зачитав вслух часть результата проверки, Лорд Блэк-Поттер с осторожностью оглядел своего строптивого соулмейта. Соулмейт изволили выслушать молча, кивнул и протеста не заявил.
      — Единственный оставшийся в живых носитель крови Рода Принц. Претендент на титул Лорда Принц по выполнении условий Кодекса Рода Принц Препятствие к получению титула Лорда устранено выжиганием крови.
      Северус недовольно завозился, пытался что-то сказать, но его возмущения были прерваны поцелуями Персефоны.
      Элайджа Паркинсон, хоть и не Наследник Рода, но воспитанный в традициях чистокровных семей, сопоставил фразы «препятствие к получению титула Лорда» и «выжигание крови», после чего запротестовал и попытался оттянуть свою от паразита Снейпа.
      — Доча, отставить! Отпусти Северуса! Я запрещаю! Чтоб тебе гаду носатому с Неккером повстречаться! За неведому зверюшку с выжженной кровью я тебя не отдам!
      Северус невербально без палочки наложил «Ступефай» и «Силенцио"на будущего тестя и обеими руками притянул к себе растерянную невесту.
      — Поздно! — вынес вердикт зельевар. — Я уже согласен! Женюсь! Чего брачные браслеты-то не нарисовались? Гарри, читай пергамент Панси!
      — Э… — вмешался Крюкохват, — брак не может быть заключён, так как мисс Персефона Паркинсон является собственностью Лорда Блэк-Поттера.
      — А помолвка с Фраем?
      — Помолвка расторгнута в связи с утратой мисс свободы. Мисс Паркинсон не может совершать никаких действий без разрешения своего хозяина.
      — И чего делать?
      — Жених может попытаться выкупить свою невесту.
      — Сев, ты хочешь жениться на Панс? Так это… того… дарю!
      Панси взвизгнула и Северус уставился на ручку своей теперь уже законной жены, где формировался браслет нерасторжимого магического семиполостного брака. У Северуса же лишь помолвочное кольцо переняло функции обручального.
      А дальше всё завертелось как в глупом водевиле.
      Поверенный Рода Принц шустро, ни кого не спрашивая, нацепил на палец Снейпа кольцо Рода Принц, принявшее Главу Рода.
      Единственное необходимое условие для последнего из Рода — жениться на чистокровной волшебнице из числа Семей Священных Двадцати Восьми, было выполнено.
      На гобелене Рода Принц засияла корона над изображением сына Эйлин Принц и внука Октавиуса Принца.
      Золотая полоска вокруг портрета указала на обновлённую кровь и Магия дала новое имя Лорду: Септимус Северус Принц.
      Рядом расцвёл портрет его супруги Леди Персефоны Аделаиды Принц.



Ирина Наветова

Отредактировано: 07.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: