Семнадцать Саламандр

Глава шестая. Эве или Снег.

Холодно. Гуляющий по коже мороз стал каким-то уж слишком суровым. Но прежде чем я успела испугаться, холод словно стал тёплым. Открыв глаза, я непонимающе уставилась на неестественно белую ладонь перед глазами. Сквозь полупрозрачную кожу я видела вены и капилляры, лишь чуть плотнее внешнего покрова, а при более тщательном осмотре даже разглядела алебастровые косточки. Такие тоненькие…

Осознание пришло с опозданием. Подскочив, я с ужасом поняла, что кожа всего моего тела теперь имеет слишком светлый оттенок. Осторожно шагнула к зеркалу и страшно заорала, осев на пол. И успокоилась, только когда в комнату ворвался Аскер. Увидев меня, он едва слышно выругался, а потом опустился рядом, обнял и прижал к груди. Я вдохнула ставший уже привычным запах сладкого цитруса – запах, сводящий меня с ума и дарующий тепло и защиту.

— Не бойся, Эвви, — шепнул Аскер. — Это просто проявилась одна из твоих сущностей.

А я продолжала плакать, роняя на друга мгновенно замерзающие слёзы.

— Я так испугалась! — выдохнула я, уткнувшись в его плечо и чувствуя, как он гладит меня по волосам, шепча что-то утешающее.

Спустя некоторое время он спросил:

— Ну что, успокоилась?

— Немного, — согласилась, чуть отстранившись.

— Заглянешь ещё разок в зеркало?

— Попробую, — подняла я взгляд и стала с болезненным неверием изучать своё отражение. Серебристые глаза в обрамлении белых ресниц, покрытых мелкими снежинками, бело-серебряные волосы, лёгкий розоватый румянец на белых щеках. Слава богам, на лице кожа не казалась такой прозрачной. Потому что перспектива видеть свою белую черепушку пугала. — Это навсегда?

— Нет, — покачал головой Аскер, ласково касаясь ладонью моих изменившихся волос. — Это просто вторая ипостась, как моя огненная. Ты же её уже видела и не раз.

Да, его огненный образ поражал! Волосы становились почти чистым пламенем, от кожи исходил обжигающий жар, и она то и дело загоралась. Если не сдерживать огонь, то Аскер целиком погружался в пламя. Незабываемое зрелище!

— Но я ведь тоже обладаю даром огня. Как во мне мог проявиться совершенно противоположный талант?

— А ты вспомни своё имя, — предложил Аскер, снова обнимая меня. — Эвелин — «снежный рассвет». Боги изначально планировали сделать тебя такой. И поверь мне, огонь и лёд вместе способны на многое. Правда, воевать внутри твоего тела они будут ещё как! Но думаю, ты справишься и подчинишь их. Тем более что твой ледяной дар будет гораздо сильнее огненного, а значит, большой войнушки стихий не жди.

— Спасибо за утешение, — я прижалась щекой к его щеке, а потом опомнилась: — Тебе не холодно?

— Немного, — признал он, — но терпимо. Главное, чтобы ты не волновалась.

— Что бы я без тебя делала?

— Жила бы себе в лесу в Имироте и не мучалась учёбой, — хмыкнул Аскер, целуя меня в висок.

С момента моего появления в этом доме прошло три месяца. Я научилась бегло говорить на саифском и теперь даже думала на нём, изредка вставляя пару слов на имиротском, перевода которых ещё не знала. Немного освоила магию. Особенно хорошо у меня получалась начальная Магия Жизни, проще говоря, создание живых существ. Всякие бабочки, светлячки и прочие насекомые уже давались мне легко. Я тщательно изучала всю имеющуюся у Аскера литературу по биологии, дабы досконально знать строение каждого существа, которого собираюсь создать. На днях попыталась сотворить канарейку, но что-то не заладилось, и вместо привычного пения услышала из её клюва лягушачье «Ква». Как птица сумела воспроизвести своим клювом подобный звук, осталось загадкой. Наставник, видевший мой провал, хохотал как безумный. Подозреваю, что долгое проживание в одиночестве всё-таки сказалось на его психическом здоровье, ибо обучал он меня просто с маниакальной настойчивостью.

Огненная стихия также поддавалась хорошему контролю, но талант оказался не настолько сильным, чтобы одарить меня полноценной пламенной ипостасью. Загореться могу, а вот целиком стать огнём – нет. Жалко. Я видела, как Аскер благодаря пламени спокойно перемещается из одного места в другое. Достаточно зажечь в нужной точке маленький огонёк, и из него вырастет самый настоящий принц, который всего секунду назад был от тебя в сотне метров. Удобно. Но теперь, раз у меня проявилась своя стихия, я смогу научиться подобному, только для перемещения понадобится лёд или снег. А ещё долгое изучение теории и мучительные тренировки. Конечно, стихийное перемещение действовало только на коротких дистанциях: для телепортации на большие расстояния нужно было применять высокую магию, требующую глубоких познаний, но Аскер говорил, что короткие прыжки в пространстве не раз спасали ему жизнь на войне, а потому очень настаивал, чтобы и я владела этой техникой. О войне он говорил мало, книг о ней в доме также было немного, и в основном они содержали сухие сведения, в том числе и о том, что мой наставник был весьма ценным бойцом и не только благодаря своему происхождению.

Осознав, что меня снова намеренно лишают правды, я закатила единственную за всё время проживания здесь истерику. Книга была тут же со вздохом отдана, и только тогда я поняла, что лучше бы я этого не читала. Война началась после смерти отца Аскерия, ансар Андррия Гритиса, супруги короля асари Вэрилин Ливэки и её нерождённой дочери. Причём как они умерли, в книге не описывалось, а на мои вопросы об этом Аскер лишь отмалчивался, хмуря взгляд. Я дала себе обещание выяснить когда-нибудь интересующие меня подробности и отстала от него, продолжив изучать солидный томик. Из него я узнала о множестве подвигов, невосполнимых потерях и слезах оставшихся в живых. Да, саифы выиграли эту войну, но погибших было слишком много. Автор винил плохую подготовку армии, отсутствующую как таковую, вследствие долгого мира, и молодых саифов, которые бросались в бой, не думая о защите и не зная, что такое война. Теперь я понимала причины, по которым они вели себя так в обществе людей. Чтобы сложившееся плохое впечатление и множество появившихся страшилок пугали с детства каждое новое поколение имиротцев. Чтобы сама мысль о новой войне не возникала в их головах ещё очень долго. Чтобы за это время, пока их глаза затуманены страхом, саифы могли подготовить достойных своей расы воинов.