Семнадцать Саламандр

Глава двенадцатая. Нэрс или Заботы.

Жизнь ансари полна событий. И это не только балы, наряды и прогулки в парке. Это целый список обязанностей и требований к поведению. А балы, так, приятные бонусы к этому нелёгкому статусу. Теперь я понимала, почему Аскер большую часть времени проводил в своём особняке. Мне понадобился всего месяц, чтобы захотеть того же. Нет, мне нравились мои поручения, но от маленького перерыва я бы не отказалась.

— Дай мне сил, Эвиль, чтобы справиться со всем и никого не подвести, — шептала я, стоя у алтаря богини в главном Храме. Виттэ говорил, что Боги разговаривают с Саламандрами, как со своими Верховными. Возможно, когда-нибудь и я услышу ответ от своей покровительницы. А пока мне пора бежать на скалу Эмилон, на которой находилось посольство эльфов. Туда меня пригласил на чай Виэльсиэн илир Нэесе. Беловолосого посла с момента нашего знакомства интересовало, откуда я такая взялась. Для общественности уже давно была готова вся моя история с момента рождения. Учитывая, что чета ард Варси действительно существовала и у них была дочь, которая также погибла в море, мне не составило труда стать ею. Мои фальшивые родители вели аскетичный образ жизни, и потому даже точный возраст их дитя никто не знал… Как и внешность.

У входа в храм меня ждала Амика. За прошедшие недели я успела заметить, что она не умеет хранить даже маленькие секреты, а значит, вымышленные подробности моего появления в замке очень скоро станут известны всему городу. Что и было нужно моей семье. Поэтому я позвала её с собой.

Неспешно шагая по улице, отмечала заинтересованные взгляды горожан. Слухи о новой ансари распространились по Авалену сразу после бала. Этому способствовали и статьи в «Городском вестнике», а также в нескольких ежемесячных журналах. Об их существовании я узнала, лишь когда увидела двух саиф, сидящих на диванчике в холле дворца и с интересом читающих тонкую цветную тетрадку с картинками. С вопросом о том, что это, я пошла к Динади. Малышка тут же провела меня в свою спальню, где достала из рабочего стола журнал последней даты выпуска.

— Аскерий их не читает, ему нет дела до сплетен. А я бывает, развлекаюсь. Хотя, что уж там говорить: всеми газетами и журналами заведует заместитель советника культуры, а с ним работает один из пророков. Так что статьи про нас проходят через тот ещё фильтр. Но я всё равно не советую тебе вести себя странно на улицах. И смотри, что говоришь. Сплетни… они ведь не только через бумагу передаются.

Кстати, вся её спальня была завалена маленькими блокнотиками и записными книжками. Несколько штук лежали прямо на кровати, а что до карандашей и самопишущих ручек, то ими был забит целый ящик стола. Даже когда мы с сестрой разговаривали, она параллельно что-то записывала, а потом небрежно бросила книжку прямо поверх десятка других, лежащих на краю столешницы. Стопка только чудом не навернулась на пол. В противовес странному бардаку, творящемуся в этой комнате, гостевая комната старшей ансари была в идеальном порядке. Как мне сказала Ди, дальше гостевой проходят только родные и самые близкие. У принцессы была своя горничная: молчаливая невысокая блондинка, отвечающая на все просьбы кивком. Она не здоровалась и не прощалась. Только делала поклон. И, в сравнении с Кириэнной, была незаметной мышкой. Это казалось странным.

Вообще поведение слуг замка заставляло задумываться. В большинстве своём они вели себя тихо и осторожно. Я долго думала, с кем поделиться своими размышлениями, кому задать вопрос и в итоге пошла к Шинниэль, которая осталась погостить в столице на пару месяцев. Днём она обычно гуляла в саду в полном одиночестве. Похожая на погасшее солнце, она рассматривала статуи и клумбы, иногда поднимала глаза к небу и что-то шептала.

— Не бойся отвлечь меня, Эвелин, — негромко молвила она, заметив меня за раскидистым дубом, за которым я пряталась, готовясь к разговору.

— Простите, я не хотела быть навязчивой.

— Всё в порядке, — она опустилась на газон и мягко постучала ладонью рядом с собой, приглашая. — Пусть ты и понимаешь, но не стоит меня жалеть. Это видно и очень ранит.

— Я постараюсь, — степенно подошла к ней и села напротив, ловя спокойный взгляд с ноткой лёгкого интереса.

— Чем могу помочь? Тебя волнуют вопросы Переплетённых?

— Хм, эти вопросы в данный момент занимают меня гораздо меньше, чем другие. Но к ним я ещё вернусь. Шинниэль, каково это – жить рядом с Саламандрами?

— Можно поточнее? — чуть наклонилась она вперёд.

— До прибытия в столицу я не задумывалась об этом. Даже те саифы, что посещали дом Аскерия, не вели себя так, как горожане или слуги замка. И я была свидетельницей нескольких сцен, которые не смогла понять…

— Не нужно больше, я поняла, о чём ты, — остановила меня саифа. — Это трудно объяснить словами вроде: они члены королевской семьи, они правят этой страной. Первое, что ты должна понять, это то, что хоть и весь наш народ владеет магией, уровень силы у каждого различен. Некоторые даже подняться в воздух не могут, а для активации любого плетения им требуется произнести заклинание. У нас нет притеснения слабых, но есть преклонение перед сильными. Саламандры считаются сильнейшими, не зря же им благоволят сами боги. Есть всего несколько семей, чья сила сравнима или приближена к ним. Члены королевской семьи стараются вести себя как обычные саифы, но все знают, что их мощь несопоставима ни с чьей другой. Они держат трон тысячелетиями, используя для этого отнюдь не улыбки. Их боятся… Да, боятся, Эвелин. Особенно те, кто находятся рядом с ними почти постоянно и видят все грани их характера.