Семья Эскалант. Книга 1. Злата

ГЛАВА 44 Жизнь после смерти

Мои воспоминания о том вечере были вспышками. Горящий жёлтым пламенем

отчий дом. Фары от проезжающих мимо автомобилей. Незнакомое мужское лицо с

чёрной короткой бородой…

Человек, который снял петлю с моей шеи, носил имя Гаспар. Когда я увидела

его впервые, ему было двадцать шесть. Его тёмно-зеленые глаза светились острым

умом и добрым сердцем. Он был темноволос, густая щетина украшала правильные

черты лица, среднего роста и правильного телосложения.

Когда Гаспар меня увидел, я стояла на перилах балкона. Я, потеряла сознание,

так и не сделав тот роковой шаг. Он услышал мой призыв о помощи по телефону и

вытащил из объятого огнём дома, а после увёз из страны.

Рассказал мне всё это на следующий день, когда я пришла в себя. Я была в

номере какого-то отеля. Мои ушибы были обработаны, но эмоциональное состояние

было настолько шатким, что я не могла говорить.

Гаспар представился мне, сказал, что он друг и коллега моего отца. Работал в

посольстве С Ш А атташе по промышленным вопросам и частенько бывал у папы.

Они разрабатывали совместный план развития какого-то дела уже больше двух лет,

вот и подружились. Он знал меня под фамилией папы, а не маминой – Бронских.

Благодаря дворянской власти над СМИ Испании, скандал с моим участием не вышел за пределы страны. Я рассказала ему всё сама, но позже.

Он дал мне телефон, чтобы я могла позвонить близким. На автомате набрала

номер тёти.

– Слушаю! – раздался её такой родной голос.

Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как мы простились в аэропорту

Жирона.

– Тётя, это я… – прохрипела я, чувствуя, как комок слез подкатывает.

– О, Боже! Латти? Как ты, родная моя? Я тут извелась вся! Всё в порядке?.. Алло,

ты слышишь, деточка?! Алло?!

Я не могла сказать ни слова. Рыдания заставляли моё тело биться в конвульсиях, и Гаспар взяв из моих рук телефон, позвал врача.

Сквозь собственную истерику, я услышала, как он представился моей тёте и

призвал её о помощи.

Теперь Тесса Торрес – единственный мой родной человек в этом мире.

Моего папу убили. Он не выжил после многочасового избиения. Мысль о том,

что я так много не успела ему сказать из-за собственной глупости и упрямства,

убивала меня. А теперь уже поздно… Я даже с ним не попрощалась.

Так у меня не стало родителей.

Никодим Дворак выжил. Гаспар рассказал мне это, дабы облегчить мои муки

совести. Ещё он рассказал, что та флешка, которую я нашла в комнате отца, очень

важна. На ней хранится информация, способная помочь закончить гражданскую

войну в моей стране.

Единственная проблема была в том, что на карте памяти стоял пароль.

Разгадать который не могла ни я, ни Гаспар. Вот что значит плохо знать

собственного отца.

Но мне очень повезло с тётушкой. Она примчалась сразу же, как смогла.

Теперь мой дом был во Флориде, в Соединенных Штатах Америки. В городе

солнца, океана и только положительных эмоций под названием Дэйви. Там жил

Гаспар и его семья. Он помог снять нам с тётей домик на берегу бескрайнего

горизонта воды. Там-то я и проходила свой курс реабилитации под эпическим

названием «Возвращение Злате Торрес желания жить», с помощью тёти и Гаспара.

Последний, кстати, почти дневал и ночевал в нашем новом доме. Фамилию

пришлось изменить, чтобы не рисковать всплывшим фактам из моего недавнего

прошлого.

С тётей приехал мой защитник Франциско Саэс. Он сопровождал нас с тётей в

отсутствие Гаспара, охранял наше спокойствие и уединенный образ жизни. Среди

местных поползли слухи о том, что мы, скорее всего, под программой защиты

свидетелей. Мы жили в самой уединенной части города.

Я была изолирована от всех носителей информации. У меня не было телефона,

компьютера и телевизора. Вернее, он был, но только для просмотра фильмов.

Итак, у Гаспара и Тессы ушло почти восемь месяцев на то, чтобы мне снова

захотелось улыбаться.

Первый месяц я отказывалась от еды. Нет, не специально. Просто мой организм



Юлия Ларосса

Отредактировано: 09.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться