Семья Эскалант. Зоя (книга 3)

Глава 10 Поиски вдохновения

Двухнедельные подготовительные курсы в школе искусств «Ллотия» подошли к концу. В четверг, после последнего занятия, я стояла в очереди из студентов первого курса к профессору Циско Эмпе.

Его творчество покорило меня с первого взгляда на превосходную красоту мазков и линий его картин. Он рисовал графику. Так эмоционально и чувственно, до мурашек! Работы современного художника пользовались огромной популярностью во всем мире. Статный француз, которому было едва за сорок – если Интернет не обманывал, с волнистой шевелюрой русых волос и густой короткой бородой, переехал на родину Пикассо несколько десятков лет назад и получил здесь свое признание.

Кто знает, возможно, меня ждет такая же великолепная судьба? Хотя об этом мечтать еще очень и очень рано. А подпитывать в себе тщеславные надежды вообще лучше не стоит начинать.

Я ожидала, когда толпа студентов отхлынет, и у меня появится возможность показать уважаемому профессору одну из своих последних работ. Нет, не очередной портрет Себастьяна, конечно! А изображение Златы, выполненный новыми пастелями. Больше дюжины рисунков, в которых я воспевала совершенного Себастьяна все эти пять дней, были надежно спрятаны в моей сумке.

- О, Зоя! – подошел ко мне Николас и чмокнул в щеку. – Как дела?

Ну, я почти привыкла к такому приветствию.

- Еще не знаю, - я перехватила пару неприязненных взглядов девушек, брошенных в мою сторону.

Хм… А Ник популярен среди местных представительниц женской половины человечества.

- Ты скоро? Я подожду тебя! Нам же по пути?

Моя очередь вот-вот уже должна была подойти и нервный трепет усиливался.

- Я хочу сходить за нужным оттенком мелка… - машинально ответила я.

- Я знаю отличный магазинчик с очень редкими товарами для художников! Я проведу тебя! – азартно предложил Ник.

- Э-э-э… Замечательно! Встретимся во дворе? – я уже подходила к учителю Эмпе, переключая на него свое внимание, так и не дождавшись ответа от Николаса.

- О, сеньорита Рольдан! – улыбнулся мне художник. – Ну, показывайте! Что там у вас?

Я смущенно протянула ему изображение вдохновившей меня девушки. Месье Эмпе долго смотрел на него, потирая искусно подстриженную бороду. Аудитория постепенно опустела, и мы остались одни. Шум улицы из открытого окна и голоса студентов из коридора проникали в аудиторию через распахнутую дверь.

Нервно заламывая руки, я выжидающе глядела на сосредоточенного педагога.

- Так, - протянул он и встал со своего места, глядя на меня карими глазами. – Здесь явно виден прогресс.

- Правда? – облегченно выдохнула я, еле сдерживая улыбку.

Он кивнул и снова посмотрел на рисунок.

- Вы чувствовали симпатию, когда рисовали эту девушку. Вы восхищаетесь ею. Я это чувствую.

Его похвала окрылила меня.

- Однако, нужно еще работать, Зоя. Техника у вас безупречна. Штрихи, тональности, растушевка - все идеально! Не хватает только все той же эмоциональности.

- Я поняла! Благодарю, месье Эмпе! – закивала я.

Он улыбнулся мне, возвращая мой рисунок.

- Я рад быть вам полезен, Зоя. И вот еще, - он оторвал листик для записей и что-то там нацарапал карандашом. – Это моя почта и номер телефона. До начала занятий еще два месяца, и если вам понадобится моя консультация, я с удовольствием помогу!

***

Николас показал мне действительно отличный магазин, в котором я нашла необходимый мне оттенок пастели - средний между золотым и медовым цветом. Он очень подходил для изображения глаз Себастьяна. Воодушевленная наставлениями и похвалой месье Эмпе, я с нетерпением ждала момента, когда смогу приняться за свою новую работу.

Хочу нарисовать Себастьяна таким, как я видела его в последний раз, в студии, перед тем как поцеловала в щеку. Он так разозлился на меня! В этом я убеждалась все последующие дни. С того вечера, мы больше не виделись. Все это время мне не давал покоя один и тот же вопрос: что же я сделала не так?

Мне очень хотелось услышать мнение Себастьяна о моих новых работах, рассказать ему о похвале уважаемого учителя и… просто побыть рядом. Но, увы, мы не друзья и никогда таковыми не станем. Это его слова, которые впитались в меня, проникая в мысли ядом разочарования.

Вечером я очистила холст и раму натюрморта Пита Верхарта от слоев пыли, не касаясь красочного слоя и покрывая лаком. Картина была в идеальном состоянии, впрочем, как и остальные полотна бесценной коллекции.

Справившись с основными своими обязанностями, я наградила себя исполнением двадцать первого портрета Себастьяна Эскаланта. Мои глаза все никак не могли насытиться его образом на бумаге и, чувствуя себя ярой поклонницей этого мужчины, я закрыла альбом и улеглась на плед, раскинутый на траве во внутреннем дворе особняка.

Уже стемнело и на небе стали появляться первые звезды. Сегодня я осталась в одиночестве. Латти и Виктор отправились в кино, а после поедут к себе, в пентхаус. Ночью в этом доме я буду спать под присмотром «невидимой» охраной Виктора Эскаланта. Я знала, что весь дом напичкан последними техническими новинками в области безопасности, но ничего не замечала, включая самих охранников. «Самый высокий уровень профессионализма у той охраны, которую не видно» - однажды за ужином говорил Виктор Злате, пока я доедала паэлью.



Юлия Ларосса

Отредактировано: 30.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться