Серая кровь

Размер шрифта: - +

27.

Котиль чувствовал, что силы приливают к нему, как океанская волна на скованный засухой берег. Лишь остатками разума, опьяненного наркотиком, он понимал, что если задержится здесь, то сгорит заживо. О крышу автомобиля снова что-то грохнуло, полыхнуло сильнее. «Сколько у вас этих бутылок, твари вы», – подумал Котиль. Языки пламени заползли в салон, и пекло всё сильнее. Котиль осторожно, стараясь не раскачивать машину, от падения в пропасть которую удерживало совсем немногое, полез через проём лобового стекла.

Едва он выбрался на капот, наклонённый в сторону пропасти, люди увидели его и заорали от дикого охотничьего инстинкта. Жертва была на краю гибели, выглядела беззащитной, и они осатанели от желания добить врага. Пенсионер, тщательно прицелившись, кинул лопату черенком вперед, словно охотник дикого племени копьё. Он не рассчитал, и широкой рабочей частью она задела ему плечо. Грохнув о металл автомобиля, лопата улетела в пропасть. Он застонал от боли о досады, и, заскулив уже вообще как-то жалобно, пару раз прокрутившись волчком, отошёл от трещины.

Парень, бегавший по окрестностям как угорелый, отыскал камень и с силой швырнул его в Котиля. Распластавшись на капоте, тот подставил ладонь и бросил его в пропасть. Парень обернулся, жадно зыркая глазами, выискивая еще что-нибудь. Котиль стал сползать с капота набок, стремясь добраться до твердой земли. Автомобиль качнулся и ещё просел в сторону пропасти. Ветка, удерживавшая его, жалобно заскрежетала о металл и опасно затрещала. Котиль затаил дыхание, ноги его висели над бездной.

Сверху, извергая матерные проклятия, бросили что-то похожее на обтянутый вытертой красной тканью пуфик. Угодив в дверцу, пуфик отправился в пропасть. Машину тряхнуло в очередной раз, а до надежной опоры под ногами Котилю было ещё далеко. Краем глаза он заметил спортивную куртку парня, который, с отчаянным блеском в глазах, придерживаясь за склон, стал спускаться к машине.

Добравшись до автомобиля, боясь потерять равновесие, он присел и стал одной рукой толкать его за бампер. Машина поддавалась, и он принялся, громко сопя, раскачивать ее. Глаза его сверкали, на губах играла злобная ухмылка. Казалось, вот-вот он спихнет «Уазик» в пропасть и снискает лавры победителя загадочного серого выродка, врага, явившегося на погибель всем добрым людям. Ветка затрещала, снова лязгнула по металлу, а машину ещё больше развернуло в сторону пропасти. Нетерпеливость овладела парнем, он упирался в бампер, прикладывая максимум усилий, рискуя потерять равновесие и свалиться в провалье вместе с разбитым, дымившим железом на колесах. Но железо, раскачиваясь, никак не хотело поддаваться, и он, развернувшись, улегся на спину и уперся в бампер ногами.

– Осторожней! – по-отечески заботливо крикнул ему сверху мужик с лыжной палкой. Рядом с ним показался пенсионер, со злорадным оскалом заглядывая в пропасть, придерживая рукой ушибленное плечо.

Парень пренебрежительно усмехнулся, обнажив крепкие зубы; нашли, мол, кому советы давать. Растопырив пальцы, стараясь впиться руками в склон и выдавив из себя невнятный звук, он отчаянно надавил ногами на бампер.

Машина сдвинулась, скрежеща о ветку тополя, на которой сгоравшая листва сочилась чёрным дымом. Сначала медленно, словно не желая погибать, а потом всё быстрее автомобиль стал крениться, продвигаясь в сторону бездны. Сверху одобрительно заорали, поддерживая разрушительное действие, понукая к большему, вожделея к смерти врага. Автомобиль, словно поразмыслив немного, последний раз лязгнул о ветку, съехал с последней опоры и исчез из глаз в развёрзшихся земных недрах.

Крики радости взлетели над местом стихийного бедствия, и под аккомпанементы этих криков парень, утратив опору, заскользил по крутому спуску вслед автомобилю. Заорав, он судорожно впивался пальцами в землю, но это было бесполезно. Сделав еще несколько отчаянных движений, глянув на небо, которое исчезало для него навеки, он слетел с края, отделявшего его от бездны, и полетел вниз.

Мужик с бамбуковой лыжной палкой, неуклюже пригибаясь, опустил её вниз, скорее имитируя оказание помощи, чем на самом деле имея возможность и желание это сделать. Пенсионер, пожертвовавший в этой борьбе лопатой, досадливо сплюнул, отвернувшись, всплеснул руками и укоризненно выдал хриплым голосом:

– Да что за дурак, а? Держаться, держаться ж надо!

Котиль, который вовремя сполз с капота обречённой машины, примостился на выступах склона, дальше которых простиралась пропасть. Услышав полные ужаса крики парня, он словил его за руку и удерживал некоторое время. Другой рукой он вцепился в камень с такой силой, что серые пальцы его побелели. Ногами Котиль упирался в пологий уступ, земля с которого мелкими порциями осыпалась, как предвестие неминуемого падения.

Парень заорал, приподняв голову и широко отворив рот. Рука его, зажатая в ладони Котиля, была неестественно вывернута в плече.

– Хватайся за что-нибудь! – прохрипел Котиль. Ему показалось, что камень, в который он вцепился, дрогнул и сдвинулся с места. Осторожно, пытаясь не делать резких движений, он приподнял парня. Тот опустил голову и глядел теперь вниз, туда, где в бездне сгущалась непроглядная тьма, уходящая к сердцу земли. Он смотрел вниз молча, не отрываясь и не мигая, не в силах отвести взгляд.

– Не смотри вниз! – прохрипел Котиль, – и хватайся за что-нибудь, быстрее!..

До парня, наконец, дошло, и он судорожно вцепился в земляной выступ, нелепо заёрзав по отвесной стене ногами. Он примостился, вжался в землю, одной ногой нащупал камень и опёрся на него. Почувствовав себя увереннее, он тяжело вздохнул, словно ему не хватало воздуха. Но голова его опять опустилась, словно пропасть притягивала его невидимым магнитом.



Вячеслав Воронов

Отредактировано: 14.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: