Сердца Четверых

Размер шрифта: - +

Глава 11 ТРАГЕДИЯ

«Строймаш» получил большой заказ, поэтому родители Василисы часто пропадали в ночные смены. Лиса почти жила  у Красовских. Как-то засиделась с мальчишками, а потом проговорилась Лизе Григорьевне, что родители работают в ночную смену. Та и постелила девочке  в мансарде. С тех пор часто Василиса оставалась с ночевкой, потому что  дотемна засиживались с мальчишками за  просмотром  боевиков. Ванька считал, что самый крутой - Сильвестр Сталлоне, Лиса с Егором придерживались позиции – Шварценеггер круче.

Выписавшийся из больницы Толик, отлеживался в своей комнате, лишь изредка выбираясь из  «берлоги» - так называла его обитель Елизавета Григорьевна. Больничный ему выписали приличный: лежи – не хочу, но Толик не любил валяться на диване. Зато Лиза Григорьевна понимала, насколько важен реабилитационный период, поэтому следила, чтобы Толик никуда не сбежал. А ключи от гаража с мотоциклом  бдительная мама вообще спрятала.

В тот день Ванька, Егор и Лиса традиционно набегались после уроков по городу, успели объесться яблок в ничейном саду, а потом  дружно учили уроки  в комнате Егора и Ваньки. Задание по геометрии у Лисы и Ваньки упорно не получалось. Вернее, оно–то получалось, но с ответом в конце учебника не сходилось никак.

- Я думаю, в ответах ошибка, - предположила Лиса, - она уже изгрызла весь карандаш.

- Тупая задачка, сразу вам говорил. Пришли бы завтра, у Козловой списали и не парились, - как всегда, на своей волне Ванька.- А ты чего, такой не решал? – обратился к Егору. У того своих уроков было валом, но он пытался помочь  Лисе и Ваньке. Ваньке бы  так долго не помогал, но  нервное изгрызание карандаша Лисой его мучило.

- Блин, давно было, не помню. Может, этого задания как раз и не делали. Рисуй треугольник. Я думаю, прикол в рисунке. Он либо равнобедренный должен получиться, либо равносторонний, - размышлял Егор.

- Погнали к Толяну. Он точно решит, - предложил Ванька.

- Или по шее съездит, как всегда. Спорим, что отмажется и не будет решать? – сказал Егор.

- А мы с Васькой подвалим. Тогда не отмажется. Васька, ты как?

- Никак. Идите к нему сами. Человек уже отдыхает, а мы с геометрией припремся. Как решили, так и будет. Не думаю, что все в классе решат, - еще чего, Лиса даже в страшном сне не могла представить, как она заходит в комнату к Толику, даже вместе с  Егором и Ванькой.

- Да, кидаем эти уроки к едреней бабушке и включаем «Рокки», - обрадовался Ванька.

Лиса знала, что не все фильмы мальчишки  могут смотреть вместе с ней. Есть какие-то «запретные», о страшных чудовищах.

- А может, покажете  то кино, которое с  Сашкой обсуждали? – Лиса с мольбой в глазах  посмотрела на Ваньку, но тот покраснел и опустил глаза. – Я знаю, что там о страшилищах. Я не боюсь.

- Там не только о страшилищах. Тебе не понравится, - мягко попробовал отговорить Егор. Ванька нервно засмеялся.

- Вы же смотрите, - настаивала Василиса.

- Ну, смотри, я предупреждал. Только  родителям не рассказывай, потому что они  нас прибьют и видак отберут, - Ванька вставил кассету в видеомагнитофон,  и тот  поглотил ее в свои недра. На экране замигало, и начался фильм. Красивая природа, юноша с  девушкой сначала  ехали  на автомобиле, потом приехали  на большую виллу, где ужинали, плавали в бассейне и… вдруг, откуда ни возьмись, огромные полки крокодилов. Крики, кровь, чехарда.

Лиса закрыла глаза руками, но потом ужасные сцены закончились. Минут пятнадцать побега главных героев – и водопад, обнаженные тела и шальная любовь вопреки страху и пережитому потрясению.  Василисе  было одновременно интересно и стыдно. Присутствие в комнате Егора и Ваньки заставляло ее щеки пылать от стыда. К счастью, в коридоре послышались шаги, Ванька в мгновение  оказался возле  видика и нажал на «стоп». В дверях появился Толик. Он подозрительно посмотрел на шипящий экран, обвел взглядом всех присутствующих в комнате, остановился на  Василисе, заметил блеск ее глаз и красные щеки:

- Уроки поучили? – дежурная фраза.

- Давно, - коронный ответ Ваньки. – Вот сидим, ждем, когда ты придешь проверять.

- Будешь дерзить мелкий, в лоб получишь, - Ванька отодвинулся подальше, боясь, что слова старшего брата перейдут в действия. - А ты, малая, не заболела, часом?

- Я не малая, - обиженно ответила Лиса.

- И все же у тебя  может быть отмазка на завтра не пойти в школу. Измерь температуру. Фильмец «Рискованные» не брали?

- Не-е-е. У нас свои, - откровенно врал Ванька.

- Знаю я ваши «свои». Ходи теперь, ищи на досуге, - Толик прошел к стеллажу с кассетами, порылся там в поисках нужного ему фильма,  не нашел и удалился.

- Чуть не спалились. Если бы заметил коробку – амбец был  бы, - у Ваньки выступила на носу испарина.- Смотрим дальше? – спросил Ванька, мельком посматривая на Василису.

- Спасибо! Сами такое смотрите, - Василиса наградила Ваньку злым взглядом и быстренько умчалась в мансарду. Уснуть быстро у Василисы не получилось. Перед глазами ярко  представлялись кадры из фильма, где герой настойчиво целовал и откровенно ласкал героиню. Василиса зажгла настольную лампу и открыла свой дневник, чтобы записать  что- то важное. Может, кому-то это и показалось не стоящим внимания, но Василиса впервые видела на экране физическую любовь.
Пятничный вечер  был, как всегда, приятным для  Антонины, поскольку она предвкушала выходной. Дома столько собралось работы, но  женщина уже спланировала что за чем будет делать. Тоня относилась к категории «домашних» женщин, которым работа по дому -  в радость. Но планам  не суждено было сбыться, потому как  прибежала соседка Зоя и упросила поменяться сменами:

- Тонечка, спасай, моя Вероника опять приволокла грипп и заразила всех в доме. Одна я на ногах. Как мне  на завод идти?

Тоня опять собрала  бутерброды и любимое  печенье Виктора, «обрадовала» мужа и, дав указания Василисе, супруги ушли на работу.  Василиса не планировала  на этот раз идти к Красовским, поскольку только начала читать очередной роман своей любимой Жорж Санд « Лелия». Но телефонный звонок выбил ее из сюжета понравившейся книги:

- Васька, ты английский перевела? – услышала знакомый голос Ваньки в трубке.

- Нет. А разве английский завтра? – Лиса притянула к себе дневник и сверила расписание. И вдруг вспомнила, что учительница русского  обещала, что будет замена. – Блин, я совсем забыла.

- А мама твои пончики любимые напекла. Мы у Толика сперли новый фильм.

- Опять? – Василиса  никак не могла отойти от предыдущего, а здесь опять намечалось испытание.

- Да не, нормальный. Про роботов. Егор придет за тобой, ага?

И что тут скажешь? Лиса быстро написала записку родителям, если те вдруг вернутся раньше, чем она: «Мам, па, я у Красовских. Книжки взяла с собой, сразу пойду в школу».

Английский перевели сяк-так, лишь бы считалось. Зато потом  с удовольствием смотрели фантастический фильм, после которого слушали, как Егор рассказывал о внеземных цивилизациях. И все показывал  в сторону завода. Большой и  мощный  «Строймаш» стоял среди поля, монументально перечеркивая  мелочность человеческих возможностей. Егор и Василиса первыми заметили  пламя, которое взметнулось ввысь на фоне темной ночи.

Сердце Василисы  дернулось, девочка только  и смогла вымолвить:

- Там мама, папа… Там…

Василиса бы бросилась к заводу, если бы не Лизавета Григорьевна, которая  обняла ее и уверила, что все будет хорошо. Владимир Петрович  выгнал машину и вместе с Толиком поехали к заводу. Приехали почти под утро. Толик просто бросил печальный взгляд на заплаканную Лису, которую мать не выпускала из рук, и ушел к себе в комнату. Владимир Петрович поведал о том, что пожарные еле потушили пожар, и никто не знает источник возгорания.

- А мама? Папа? – настаивала Лиса, заглядывая в глаза Красовскому. – Вы их видели?

- Нет. Их увезли в больницу. Пожар вспыхнул именно в цехе, где работали твои родители,- честно признался  мужчина. – Там много пострадавших.
- Они живы? – с боязнью спросила Лиса.

- Конечно. Просто им нужна медицинская помощь. Я немного посплю и поедем в больницу, - Красовский, пряча глаза, ушел в свой кабинет. У Владимира Красовского было огромное желание напиться в хлам, но он гнал его всеми оставшимися силами. Перед глазами стояла картина человеческой трагедии. Они с Толиком не раздумывая сдали донорскую кровь прямо в машине скорой помощи, помогали санитарам грузить раненых и пострадавших с ожогами. Но увидеть обгоревшее бездыханное тело Антонины Ланиной Красовский был морально не готов. Он считал, что многое повидал в жизни. Оказывается, не все.

Лиза Григорьевна как могла, успокоила и уложила Василису, а сама пошла к Толику, расспросить, что и как. Ее чуткое сердце догадывалось, что произошло что-то ужасное, чего не хотят ей говорить.

Василиса немного полежала, но организм совсем отказывался спать. Девочка направилась к ванной комнате, чтобы умыться. Проходя мимо комнаты Толика, она  услышала:

- Мам, я не знаю, как ей сказать. Даже батя не смог. И я его понимаю. Ты бы видела, что там творилось. Вся надежда на тебя, - это был голос Толика.

- Как-то будет. Она сильная, - ответила спустя минуту Лиза Григорьевна.

- Она? Сильная? Ветер подует – снесет. Худющая, одни глаза. Я бы такое услышал, с ума, наверное, сошел бы… Что теперь с ней? Детдом?

- Какой детдом? Она будет жить с нами, - уверенно сказала Лиза Григорьевна.

- И батя так сказал. Этой девочке мы многим обязаны. Ты хотела дочь, я – сестру. Мечты сбываются…

- Я очень хотела дочь, но не такой ценой…

- Мамы и папы нет? – еле смогла выговорить страшную догадку Василиса, толкнув дверь  в комнату Толика. На девочку смотрели  мокрые от слез глаза Лизы Григорьевны и печальные Толика.



Ксения Демиденко

Отредактировано: 27.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться