Сердца Четверых

Размер шрифта: - +

Глава 24 НАСТОЙЧИВЫЙ ПОКЛОННИК

Владимир Красовский на удивление спокойно воспринял заявление  среднего сына Егора о желании поступать в Институт иностранных языков, а не в  туристический. Толи потому, что разуверился  в перспективе бизнеса, на который потратил все свои деньги и продолжал тратить силы, то ли увидел, что парень реально горит другим, только ему близким и понятным.

- Вова, он повесть пишет, сам, - когда Владимир рассказал жене о неожиданном решении сына, поведала ему в ответ Лиза. – Я пару листочков прочла – ты знаешь, интересно. Но там все эти космические корабли, инопланетяне, чудно и запутанно. Дети вырастают и хотят идти своей дорогой. Давай не будем мешать? Пусть куда хочет, туда и поступает.

- Понимаешь, там конкурс, в инязе шальной. Как не поступит, в армию заберут. А ты видишь, что в армии творится? Как в стране бардак, так и там. Будет два года босой и голодный. Но он же упертый. Правда, Ванька, тот еще упрямее, чем Егор, - рассуждал Владимир.

- А в кого они такие упертые, ты не знаешь? – сделала прозрачный намек Лиза.

- В нас с тобой, в кого ж еще? - вернул жене ее же камешек. – Или ты думала, что в тебе упрямства мало? Да валом, Лизок.

- Нет, чтобы комплимент жене сказать, так ты ищешь изъяны, - театрально надула губки Елизавета.

- Какие изъяны? Упертость – это нынче не изъян, а достоинство. Называется целеустремленность. Прекрасные у нас дети, Лиза, но в сложное им время жить. Думал, бизнес налажу, помогать буду. А смотри, чего делается. Все рушится, под откос идет. Даже боюсь предположить, чем все может обернуться, - Владимир реально боялся за будущее.

Несмотря на опасения родителей, получив «добро» на иняз, Егор  забросил писать повесть и принялся активно готовиться к поступлению. В Киев он не рвался, потому что знал – жизнь в столице дорогая, да и конкурс на одно бюджетное место откровенно космический. Егор с матерью съездили в Луцк и подали документы в Восточноевропейский институт имени Леси Украинки на отделение «иностранная филология».  Лиза поинтересовалась состоянием студенческого общежития, и оно  ей не понравилось.

-  В Киеве все же Толик с женой, у них бы пожил, а здесь как ты собираешься жить? Квартиру мы с отцом не потянем, - давила Елизавета.

Егор, откровенно говоря, как раз проживания с Толиком и Анжеликой боялся больше всего, поэтому быстро нашел контраргумент:

- Ага, сейчас заведут Толик с Анжеликой бэбика, как я учиться буду? И тебе постоянно ездить, с женой Толика видеться, а? – одним словом, маму убедил, вопросов больше не осталось.

За уровень своего английского языка Егор не боялся – Лариса Гавриловна выдрессировала так, что мог и прочитать, и перевести, и пересказать любой текст (кроме технических), не опозорив седой головы учительницы. А вот диктанта Егор боялся, поэтому  мать взяла на время у коллеги сборники диктантов и надиктовывала  сыну по несколько текстов в день. Когда не могла, эту миссию выполняла Василиса. И Егор поступил.

Это был праздник. Все безумно радовались. К счастью Егора примешалась легкая грусть – за сессиями он будет редко видеть Василису.  Грусть поутихла, как только начались занятия. Сдружившись с другими, такими же студентами, Егор ощутил вкус свободной жизни. И традиционно сначала с головой окунулся в водоворот студенческих гуляний, чтобы не отставать от коллектива.

Василиса с нетерпением ждала выходных, когда Егор приезжал домой и рассказывал о том, в какой комнате живет в общаге,  с какими парнями, как они праздновали, не помнит чей день рождения, и пили не пиво или вино, а саму что ни на есть водку. Какими пьяными и дурными были, и как болела поутру голова.  Как опаздывали на пары, обманывали преподавателей. Егор красиво описывал жизнь в институте, ничего не тая от Василисы. Особенно живописными получались портреты учителей. Все они были с налетом негатива, словно все эти люди специально были поставлены отравлять жизнь студентов. И только читающая психологию Анна Петровна была прелесть, какой хорошей.

- Егор, а ты в нее, часом, не влюбился? – поддевала Василиса.

- Да не, просто реально хорошая тетка. Я тебя люблю, - он брал ее руки  в свои и внимательно  смотрел в печальные глаза.

- Не начинай. А то я чувствую себя гадко, - умоляла Василиса.

Единственное, что утаил Егор, так это то, что стал мужчиной. Рая училась  на третьем курсе, но жила с первокурсницами, поэтому и попала в комнату к парням, когда те отмечали день рождения Сашки. Естественно, выпили. Как делили девчонок, Егор не  помнил, но проснулся в кровати с Раей. Подробностей первой близости он не помнил, но Рая сказала, что он был на высоте. Рая знала и умела многое, поэтому Егор считал, что ему в этом вопросе повезло. Теперь Егор знал, что можно одну любить и носить в сердце, как талисман, а  спать с другими, набираясь опыта и сбрасывая  сексуальное напряжение.
***

Владимиру пришлось оставить минимум рабочих в гостинице и в ресторане, потому что элементарно нечем людям было платить  зарплаты. Изыски из меню были убраны, поскольку людям нравились борщи, пельмени и вареники. Повар Клавдия  Васильевна да еще двое помощников – это все, кто оставались на выходные. Елизавета  превращалась в администратора, Владимир с Игнатом отвечали за  доставку продуктов. Василисе с Ванькой доставалась  в основном грязная работа в первой половине дня, пока в ресторане народу то практически не было. На обед приходили люди, и тогда Василиса с Ванькой надевали синюю униформу и работали официантами. Это было скучно и однообразно. Зато вечера были интересными, потому что «фишкой» ресторана  стало караоке. Василиса быстро разобралась в этом техническом устройстве, которое где-то откопал Игнат. Сначала она выбирала из большого каталога какую –нибудь любимую свою песню и напевала  в микрофон, давая понять посетителям, что это интересно и петь может каждый. Дальше в микрофон зазывала попробовать. И начиналось. Редко когда кто-то блистал особым музыкальным слухом или красивым голосом. Обычно  приходилось слушать шансон, «Песню про зайцев» из «Бриллиантовой руки» или редкую какофонию под музыку к красивым песням.

 - Сюда бы Гюльчатай, - не раз вспоминала экзотический голос подружки Василиса. – Все бы ахнули.

- А, та, из лагеря, что от Егора отлипнуть не могла, - скептически говорил Ванька. С вокальными данными девочки он не был знаком, потому что Гуля пела только в комнате девочкам  да Егору. Но Василисе Ванька верить привык на слово.

- Батя обещал забацать праздник на шестнадцатилетие, в июне. Давай  и ее пригласим? – в глазах Ваньки плясали чертики, но идея девочке понравилась.
Василиса знала, что сегодня приедет Толик с Анжеликой, поэтому с самого утра была, как на иголках. Она и мечтала его увидеть, и одновременно боялась, что своим поведением выдаст симпатию.

- О-о-о, - Ванька скривил вымученную улыбку. – Опять этот пожаловал. Сейчас начнет доставать, – он посмотрел на  Василису, которая тоже заметила  скандального одноклассника, вошедшего в зал и занявшего крайний столик.

- Вань, не трогай его. Посидит, посмотрит, уйдет. А так опять драться начнете. Он ведь провоцирует тебя, а ты ведешься. И его мамаша будет обвинять нас во всем, - попробовала загасить злость Ваньки.

- Я пойду скажу, чтобы проваливал. Для него здесь закрыто, - не унимался Ванька.

- Это распугает посетителей. Твой отец старается, а ты  все испортишь. Игнорируй, - советовала Василиса, хотя ей и самой с трудом удавалось терпеть Адама Вальского.

Этот парень появился в их девятом классе  в конце сентября. Адам жил и учился до этого во Львове. Его мать с отцом  развелась, забрала сына и  приехала жить к своим родителям сюда, в Кировск. Никому в классе Адам не понравился, поскольку наглость и самоуверенность сильно зашкаливали в этом высоком и красивом подростке. К тому же, он позволял себе  много лишнего в поведении с  одноклассниками. И, как на зло, Адаму приглянулась Василиса. Только вот тактику завоевания внимания девушки тот выбрал заведомо неправильную. Хотя, одноклассники Василисы перепробовали почти все тактики, но в случае с этой девочкой, ничего не «катило». Мальчишки приписали Василисе роман с Егором, потому что вечный телохранитель Ванька не проявлял тех признаков, которые свидетельствовали об обоюдной симпатии: за ручки не держались, уединиться не пытались, демонстративно отношения не выясняли – чистой воды отношения брата и сестры. Но и с другими  парнями класса и школы  Василиса замечена не была. Зато все помнили, как не отходил от Василисы ни на шаг Егор.

По звонку Василиса возвращалась к своему месту за второй партой среднего ряда, когда ощутила легкий шлепок по попе. Ни на кого, кроме Ваньки, девушка не могла подумать, но когда повернулась, чтобы достойно ответить, опешила – ей  улыбался на все тридцать два зуба новенький, чьи непонятные взгляды она давно уже ловила на себе.

- Еще раз так сделаешь - и ты перестанешь лыбиться, идиот, - резко предупредила обнаглевшего Адама Василиса.

Но парень воспринял не всерьез предупреждение приглянувшейся девочки. Не успела его рука повторить шлепок по все той же, привлекающей его внимание, попе Василисы, как девушка резко ударила правой ногой по руке парня. Адам изогнулся от боли, ругаясь вслух  нецензурными словами. Василиса спокойно села за свою парту и принялась готовиться  к уроку. Ванька где-то задерживался, как всегда. Да и учитель географии тоже не спешил.

Валера Кныш, с которым Адам сидел за одной партой, покрутил пальцем у виска и  вполголоса сказал:

- Куда ты лезешь? Она карате занималась. Скажи спасибо, что по руке, а не между ног, кретин.

Но Адама  реакция Василисы не остановила, а только раззадорила. На физкультуре он специально  бросил ей в лицо мячик. Это уже увидел Ванька и, естественно, не мог оставить без внимания. Парни подрались, а так, как они  были приблизительно в одной весовой категории, то драка была серьезной. Учителю физкультуры пришлось прибегнуть к помощи  троих одноклассников, чтобы разнять не на шутку дерущихся. Побитые, оба оказались в кабинете директора.

- Я случайно ударил Ланину мячом, - соврал Адам, тем самым сделав во всем виноватым Ваньку. Все бы ничего, но на выходные приехал Егор и, увидев, побитого брата, выудил у того причину. Собрав всех парней  своей банды, он рассказал им, что в городе есть хлыщ, обижающий Василису.

- Значит, будем лечить мальчика, - лузгая семечки, деловито сказал Лешка Горохов, радуясь возможности размяться, а то давно уже ничего интересного не происходило.

- А чо Васька ему в челюсть не съездила? – никак не мог понять Джамиль, зная возможности  подружки.

- Да била она его, но не отлипает. Редкий хмырь, - доступно  объяснил  Егор. – Пацаны, здесь не физически нужно наехать. Он просто должен бояться и не рыпаться.
 
Адам действительно испугался пятерых парней, преградивших ему дорогу. Выслушал их угрозы, а дома нажаловался матери. Мать  отправилась разбираться к Владимиру Красовскому, пообещав тому, что и до суда дело доведет за избиение и запугивание сына. Владимир провел беседу с сыновьями и Василисой, попросив не трогать  Адама. Но парень не угомонился, и время от времени создавал провокационные ситуации. Перед одноклассниками Адам даже хвалился, что завоюет неприступную Ланину во что бы то ни стало.

- Валяй, пацан, а мы посмотрим, как тебе рога обламывать будут, - шутили те, зная, что за Василисой уж больно большое количество  защитников. Да и сама Лиса еще серьезно не начала возмущаться  такому наглому наезду.
***

Елизавета  встретила прибывших в обед Толика и Анжелику, накормила, расспросила о том, как им там, в столице, живется и предложила  отдохнуть. Накануне Владимир попросил жену не  строить из себя вредную свекровь, а относиться к Анжелике, как к родной дочери, иначе дети не захотят в гости ездить.

Толику некогда было отдыхать, ведь у него была назначена встреча с мастерами на СТО, куда отец уже отвез побитое рено. Анжелика  тоже решила не тратить времени зря, умчалась к своим родителям, давно ведь не виделись, да и поговорить с матерью хотела.

Обычно Анжелика решала все проблемные ситуации в жизни сама, родителей, а тем более, мать, не посвящала. Но здесь ей нужно было с кем –то срочно обсудить сложившуюся ситуацию.

- Мам, мне кажется, я ошиблась. Он не стремится стать хозяином своей судьбы, - откровенно призналась Анжелика.

- Дай время. Как он это сделает за несколько месяцев? Тебе всегда все и сразу. Ошиблась она. Он  не пьет, не бьется, не гуляет. Чего тебе еще надо? – смотрела с такой позиции  мать.

- Мам, он не совсем мой, - призналась Анжелика. – Физически - мой, но думает все время о другой. Он слишком много думает о своей … этой девчонке, что родители взяли под опеку.

- О-о-о. Медом им там что ли намазано? И главное ж видела я эту девочку, ничего сверхъестественного. Ей еще только пятнадцать, а парни уже из-за нее бьются. Что дальше будет?

- Кто бьется? Ты о чем? -не понимала Анжелика.

- Ой, дочь. На днях мне тетя Наташа, крестная твоя, рассказала, что Ванька ихний с каким -то мальчишкой дрались. Из-за Василисы. Зря Красовские приютили эту девчонку. Нахлебаются они с нею.

- Мама, меня такие глобальные вопросы не интересуют. Что мне делать? – настаивала на подаче срочного рецепта Анжелика.

- Не тяни с ребенком. Привяжи к себе мужа. Даже если он уйдет, у тебя останется ребенок от нормального мужика. Посмотри, сколько пьяни и наркоманов вокруг.

- Ну, ты скажешь, ма. И что я буду с этим ребенком делать? Дома сидеть? И квартира то не наша. Не сегодня - завтра этой тетке, что уехала, взбредет продать. Нам куда? К тебе на шею?

- Если вернешься, мы с отцом не прогоним. Но, я думаю, ты зазря волнуешься. Василиса  маленькая для Толика. А вообще, мне в свое время  мать говорила, что муж, чтобы не загулял, должен уходить из дому  с полным желудком и с пустыми яйцами. Грубо, но верно.

- Это я и без тебя знаю, ма. Мне больше нужно. Не просто, чтобы уходил и  возвращался. Хочу, чтобы мной дышал, любви, как в книжках.

- А ты сама его любишь так, как в книжках? – мать и не догадывалась, что попала в яблочко. Анжелика не успела даже подумать над этим вопросом, как в комнату заглянул отец:

- А что это вы, девочки, спрятались и шушукаетесь? И я хочу с дочкой поговорить. В коем –то веке приехала. А где зять?

-Он решил машину отремонтировать. Мы к вам завтра вместе придем. Ты уж, па, ему насоветуй, как работу нормальную найти. А то меня не слушается, - решила  и отцу нажаловаться.

Обсудив все вопросы, касающиеся ремонта своей машины, включая перекраску в синий цвет, заплатив аванс, Толик хотел было возвращаться домой, но вспомнил, что отец говорил о том, что будет в гостинице или ресторане. Кабинет с надписью «Директор» в гостинице был закрыт, поэтому Толик направился к ресторану через оранжерею. Не успел он открыть двери, соединяющие гостиницу с рестораном, как ему прямо в объятия влетела птичкой Василиса. Толик надеялся увидеть ее здесь, но что так близко – и не мечтал. Инстинктивно он обнял девочку, задохнувшись в  легком аромате ее духов.

А он так надеялся, что все прошло. Ни фига у него не прошло! Черт бы все побрал! Мало того, что  не прошло, так еще стало сильнее, глубже. Он уже не видел в Василисе маленькой хрупкой девочки. Для него это была женщина. Как же с этим сложно бороться!

- Ой, Толик, привет. Там это, Адам окно в ресторане разбил. Я к Владимиру Петровичу бегу предупредить, - она потихоньку начала освобождаться  из объятий его сильных рук. – Гриша, охранник, милицию вызвал, а  Ванька побежал за Адамом. Если догонит, опять драться будут, - выпалила на одном дыхании Василиса.

- Отца в кабинете нет. Куда побежал Ванька? – выделил главное  Толик.  – Показывай.



Ксения Демиденко

Отредактировано: 27.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться