Сердца Четверых

Размер шрифта: - +

Глава 72 ЛОЖЬ ВО СПАСЕНИЕ

Василиса  чувствовала, что отец ее будущего ребенка – Толик.  Ультразвуковое обследование  подтвердило шестинедельную беременность. При таком термине отцом ее ребенка мог быть только Толик. И ведь все совпадало. Сначала у нее были критические дни, а потом  Лешка решил уйти, дальше свадьба и, уповая на то, что период безопасный, Василиса даже не подумала о предохранении. Она вообще тогда ни о чем не думала. Но, как ни странно, Василиса была рада этой беременности, потому что ребенок был зачат в любви. И это был ЕГО ребенок. Василиса уже любила свое второе дитя, потому что всю свою тайную любовь перенесла с отца на  неожиданный «подарок» судьбы. Целых три дня она ходила, как зачарованная, не зная, что делать. Сказать Лешке – тот соберет вещи и теперь точно уйдет, повод более, чем веский. Не сказать  Толику – нечестно. Измучившись окончательно, Василиса приняла решение и направилась в кабинет  директора, то есть Анатолия Красовского. Секретарша многозначительно улыбнулась и сообщила, что  Анатолий Владимирович дома, взял отгул.  Понимая, что, возможно, завтра она  может перегореть и передумать, Василиса решила поехать к  Толику домой.

***

Толику прилично поднадоело мечтать о Василисе. Не радовало уже ничего. Как бы ни изощрялась Кира в постели, все это было не то, ведь Толик знал другое, то, что могло дарить наибольшее наслаждение. Считая, что он растрачивает время попусту, Толик решил основательно поговорить с Василисой и предложить  наконец-то стать нормальной семьей. Он уже даже выстроил целую ораторскую речь, готовый пустить в ход все свои чары и талант убеждения. Зная Василису, он понимал, что предлагать нужно сразу замужество, а значит – нужно кольцо.

Покупая  серебряное кольцо, Толик мысленно представлял, как он будет одевать Василисе его на  безымянный палец.  На прилавке ювелирной лавки был такой богатый ассортимент, что сначала у Толика разбежались глаза. Но он  вспомнил, что уже дарил Лисе серьги с зелеными камешками, кулон и браслет, поэтому, желая завершить гарнитур, обратил свой взор на  образцы, украшенные изумрудами. Вежливая и улыбчивая продавец-консультант быстренько нашла Толику колечко побогаче и подороже, тонко прощупав, что покупателя цена не напрягает. Но Толик отмахнулся от всех колец с чрезмерно большим камнем. На изящных пальчиках любимой женщины он видел только тонкое ажурное колечко с небольшим камушком. Консультант, скрипя сердцем, похвалила  Толика за выбор и предложила оформить его в   подарочную коробочку. И вот  изысканное колечко перебралось с бархатной подставки витрины на подушечку из зеленого бархата в небольшой коробочке.

Дома Толик спрятал заветную покупку в своем письменном столе в  кабинете. Как ему казалось, вполне надежно.

- Я сделала голубцы, тебе сколько штук греть? – прибежала вся такая домашняя Кира. Девушка настолько вжилась в свою новую роль, что уже грешным делом подумывала остаться в этом образе навсегда. Во-первых, Толик ей нравился как мужчина, во-вторых, она не замечала возле него какой-нибудь постоянной женщины, что автоматически переводило его в разряд завидных женихов. Все, что  Кира рисовала в своем провинциальном представлении под  вожделенной маркой «принц», у Толика было: дом, машина и престижная работа. К тому же она вознесла его на пьедестал «спасителя» и сознательно все эти две недели проживания в его доме взращивала идею, а почему бы не выйти за него замуж? Правда, никто, а именно сам Толик, не предлагал этого, но Кира лелеяла уже свою мечту и верила, что это вопрос времени. Наделенная природной внимательностью, Кира заметила еще когда входила в кабинет Толика, чтобы позвать его на обед, что тот что-то быстро спрятал.
 
- Я поплавать. Ты со мной? – спросил он на ходу, даже не закрыв шкафчик.

- Че-то неохота. Иди сам, - Кира соврала. Ей хотелось поплавать и взбодриться после кухни, но она понимала, что в отсутствие Толика она сможет утолить свое любопытство и заглянуть, а что же он спрятал. Поэтому девушка отказалась от совместного заплыва.

    Пока Толик плавал на речке, производя обычный моцион перед обедом, Кира слазила в его тайник и чуть не подпрыгнула от счастья до потолка, увидев колечко. Еще бы, ее мечты начинают сбываться. Значит, не зря она так мучилась и преодолевала такие испытания. Все ее жизненные горести позади, теперь и на ее улице будет праздник. Кира уже представила себя женой Толика, и даже надела на свой безымянный палец красивое колечко, когда во входную дверь  позвонили. Кира быстренько хотела снять кольцо, но оно застряло на пальце – пришлось  прятать в кармане шорт и мчатся открывать. Толик бы не звонил, а значит, кто-то пожаловал в гости.

На пороге стояла красивая женщина и внимательно изучала ее, Киру. А потом сердитым тоном спросила:

- Толик где?

Кира подсознательно ощутила, что незнакомка для нее несет опасность.

- А вы кто? – Киру реально распирало любопытство. Все та же природная наблюдательность позволила Кире уловить сходство незнакомки с изображениями на картинах, висящих в кабинете Толика. А Толик что попало не вешал на стены, тем более в кабинете. Также Кира много раз ловила очарованный взгляд Толика именно на этих картинах.   

-  Сестра. А ты кто? -  еще раз пройдясь взглядом по приспущенной с одного плеча Кириной футболке, под которой не было белья, и шортикам, Василиса уже знала ответ. Только не такой очевидный ответ она ожидала услышать:

- Невеста. А что, Толик разве не говорил вам? – Кира сделала удивленные глазки, прекрасно играя роль, и вытянула из кармана шортиков руку, на которой красовалось дорогое колечко. Девушка специально отбросила этой рукой прядь своих волос, чтобы Василиса заметила блестящее украшение и поняла, что да, невеста.

- Нет, не говорил. Я так поняла, его нет дома. Что ж, заеду  в другой раз. Прощайте, - Василисе нужно было срочно бежать. И хотя Кира кричала вдогонку, что Толик скоро вернется, Василиса очень грациозно впрыгнула в такси, которое ее привезло к дому Толика, и уехала. Лиса мысленно хвалила себя за то, что предусмотрительно попросила подождать таксиста. Впрочем, в последнее время, ей все чаще приходилось оставлять запасные пути к отступлению. 

Василиса не плакала, нет, она просто  печально смотрела в окно такси, понимая, что выбор сделан окончательно. Толик никогда не изменится, в его жизни будут женщины, а она не готова его делить с другими «невестами». То ли дело Лешка. Он надежный и родной, проверенный временем и совместной жизнью. Да, Василиса не совсем была уверена, что то чувство, которое она взрастила к Алексею, можно назвать любовью, но  с ним ей было спокойно. А ребенок? Ребенок – это плод ее огромной любви. Что-то же должно  остаться у нее от Толика? Вот это и будет ее сын или дочь. Лучше бы это был сынок, они обычно похожи на маму.  Хотя, Федька – вылитый Лешка, но ведь сначала было не разобрать, на кого он был похож, потому что все малыши курносые и смешные.

Толик застал Киру в ванной, когда она  пыталась снять кольцо с пальца.

- А чужое трогать тебя не научили? – вроде бы  с претензиями, но палец мылом намылил и аккуратно снял дорогое украшение, а потом  спиртом смазал припухший палец девушки.

- Чего это чужое. Ты же мне его собирался все равно дарить, - нашлась Кира, довольно улыбаясь, понимая, что случай помог приблизить желанное мгновение.

- Неужели? Как шустро. Спешу разочаровать, не тебе. Мы с тобой изначально договорились, что поживешь у меня и все. Что ты там уже намыслила в своей головке? Что мне жены не хватает? Именно такой, как ты?

- Значит, такой, как она? - Кира разочарованно опустила голову. Не впервой ее радужные мечты разбиваются на маленькие осколки.

- Она? Кто? – не понял Толик.

- Та, которая на портретах. Красивая. Конечно, я ей не чета. Ой, а она приезжала. А я… сказала… - Кира вовремя прикусила язык.

- Она приезжала? Когда? – Толик понимал, что для того, чтобы Василиса сама приехала к нему, нужен был серьезный предлог.  Он понял, что Василиса увидела Киру и  в очередной раз подумала о нем плохо.

Кира  сидела на подоконнике в кухне при раскрытом окне и курила.  Толик неслышно вошел в кухню и  тихо спросил:

- Как палец?

- Немного еще болит, но уже стух. Примочка помогла.

- Кир, не обижайся. Я для тебя и старый, и вообще не подходящая партия. Я слишком  люблю другую женщину, чтобы портить тебе жизнь. Ты встретишь своего Грея, обязательно. И он будет капитаном своей и твоей  судьбы.

- Чего это Грея? Что за имечко? – все еще сердилась Кира.

- Ну-у-у, ты что «Алые паруса» не читала?

- Нет, не читала. Некогда было. Мамка болела, а батя пил. Я сестру Люську нянчила. А когда в десятый перешла, мамка папку бросила и с Люськой укатила  в какой-то Задрыпанск. Даже не знаю, куда. Я с батей осталась. Тот спился окончательно, а я уехала, поступила и в общаге осела. Думала, вот, как Золушка, попала наконец-то на бал.  А ты чужим принцем оказался. Обидно. Что Золушки только в сказках счастливыми становятся.

Толик хотел дать Кире почитать «Алые паруса», но потом передумал. Зачем бередить сердечко, живущее сказками, еще одной сказкой?

- Кир, могу стать для тебя братом. Помогать обещаю, но люблю другую.

-  Да и она тебя вроде бы? Если бы не любила, так бы ко мне не приревновала.  Чего не вместе?

- Она замужем.

- Тю, так отбей у мужа. Что за перец?

- Мой лучший друг. Хороший человек.

- Смотрю я на тебя, успешный, здоровый, красивый, но несчастливый. Даже если гонит, не верь. Женщины любят решительных.
 
***
И все же вечером Василиса ничего не сказала о своей беременности  мужу. Лешка почти полночи рисовал, усиленно готовясь к конкурсу. Он был несказанно благодарен Василисе, что она начала все хлопоты, связанные с выставкой. Чувствуя некоторую вину, Лешка сам включился в работу. Согласно условиям конкурсной выставки, автор должен подать пять тематических  полотен, связанных единой идеей.  Лешкина идея была «жизнь человека». Четыре картины были уже готовы, пятую он как раз дорисовывал. Первая картина изображала малыша на руках матери, своеобразная мадонна, актуальная во все времена.  Вторая картина являла  зрителю босоногого паренька, гоняющего мяч, но неимоверно счастливого своим детским ощущением свободы, что четко читалось на его довольном личике. Третья картина запечатлела  старшеклассника, грызущего  ручку и пишущего на парте для соседки «Я тебя люблю». Четвертое полотно – держащий на руках невесту и глядящий на нее как на драгоценность, парень,  пятая картина – младенец на руках теперь уже молодого папы. Вот именно  пятую картину Лешка мастерски выписывал, подбирая выражение лица молодому папе.  Это должно было быть даже не счастье, а умиление от того, что у него на руках находится  его же продолжение.  Посмотрев на  сюжет, Василиса подумала, что, видимо, это не случайно, но промолчала и ушла спать, чмокнув Лешку в небритую щеку и бросив:

- Долго не рисуй. Спать тоже нужно.

- Я до часика, Вась, нужно же вовремя подать.

На следующий день Василиса не успела переступить порог салона, как увидела  Толика. Было видно, что он ее ждал, причем с нетерпением.

-  Василиса Викторовна, есть серьезный разговор. Я хотел бы с вами решить один вопрос, - он властно подхватил Лису под локоть и  быстро провел в свой кабинет, закрыв дверь на ключ. Василиса только и смогла, что округлить глаза. Все слова и комментарии у нее испарились в ту же секунду.

- Не пугайся,  закрыл, чтобы не приперся никто. Садись, я помню, что без твоего разрешения – не трогаю.  Сложно, но можно, - он указал на кресло напротив, и  Василиса нехотя  присела.

Как только  Лиса вошла в кабинет Толика, сразу же ощутила запах кофе. Обычно, Толик его пил поутру, когда очень нервничал. Ее начало откровенно мутить. Раньше Василиса любила кофе, но вот уже неделю, как  ее тошнило даже при малейшем кофейном запахе.

- Василиса, тебе не кажется, что мы делаем большую ошибку? Я свою осознал. Поверь, чувствую себя идиотом, что  тогда не  плюнул на все. Нужно было то всего отказаться от брака с Анжеликой и подождать пару лет, пока бы ты подросла. По ходу еще крепче влюбить тебя в себя и, сыграв  громкую свадьбу, быть счастливыми. Нам ведь очень хорошо было вместе. А так может быть каждый день.  Но ведь и сейчас не поздно все изменить, - за своей  словесной тирадой Толик не заметил, как  Василиса сначала побледнела, потом поднесла ко рту свою ладонь, после чего громко выкрикнула:

- Воды! – поняв, что вода  не спасет положение дел, она подбежала к двери, открыла ее торчащим ключом и быстро  умчалась в туалетную комнату. Толик схватил бутылку с негазированной водой и последовал за ней. Он бережно держал Василисины волосы, пока  та рвала.

- Иди отсюда! -  сердито  ругала Толика Лиса. Ей страшно не хотелось, чтобы он видел ее такой. – Все нормально!

- Какое нормально? Что ты ела с утра? – он открутил крышечку бутылки и предложил Василисе. – Травонулась?

- Нет. Это другое.

- Ты беременна? – Толик вспомнил, как выворачивало  Анжелику, когда та была беременна.

- Прям Шерлок Холмс, Толя. Да, - Василиса закрутила волосы в  косичку, чтобы не мешали, смыла  рвоту с унитаза  и, подойдя к умывальнику,  принялась аккуратно умываться и поправлять макияж.

- Срок? – серьезно спросил Толик.

- Не волнуйся, не твой. Это наш с Лешкой ребенок, - соврала Василиса, не глядя Толику в глаза.

- И об этом ты хотела мне сказать, когда вчера приезжала? Увидела Киру и уехала. Странно, не находишь? – логике Толику было не занимать.

- Нормально. Беременные и не так чудят. А Кира хорошенькая. Невеста, значит?

- Кто? Кира? С чего ты взяла?

- Хозяйничает у тебя в доме, с дорогими обручальными кольцами на безымянном пальце ходит…

- Кольцо вообще-то тебе покупал, - Толик потянулся в карман за коробочкой, открыл, и Василиса увидела именно то кольцо, которое было на пальце у Киры. – Вась, Кира… я …она бы по рукам пошла, жалко девчонку стало. Она у меня  как домработница, - оправдывался Толик. – Давай поженимся. А ребенок скажем, что мой.

Василиса не знала, то ли ей смеяться от того, что самый романтический и желанный момент (предложение от любимого мужчины) происходит в туалете, то ли  плакать, потому что она собиралась сейчас сжечь все мосты.

- Толь, ты еще скажи, что не спишь с ней. Девка у тебя без белья по дому шастает, а ты … Ладно, я не вправе тебя судить, только не пойду я за тебя замуж.  Потому что уже замужем. У нас  Федька, вот еще один будет. Женись на Кире или еще на ком –нибудь и не  доставай ты меня, пожалуйста. До декрета я доработаю здесь, но потом ищи кого-нибудь другого.  Кольцо красивое, Кире очень пойдет.

***
Кира уже собрала свои вещи в два пакета и ждала, когда вернется Толик, чтобы  с чистой совестью покинуть его дом и по-человечески попрощаться. Но Толик влетел в дом, надел ей на палец  это злосчастное серебряное колечко с   изумрудом и приказным тоном заявил:

- Ты хотела замуж? Так вот собирайся, поедем заявление в ЗАГС подавать!

- Сейчас? С какого перепугу?

-  А кто говорил, что ждет решительного, чтобы раз – и  сделал королевой.  Пора сказкам и в твоей жизни сбыться.

-   А эта? С картины? – Кира была шокирована перемене настроения Толика. Она его таким  еще не видела.

- Эта? Любит мужа, ждет ребенка. Все, точка. Жирная точка. Надевай приличное платье, бери паспорт  и поехали, пока не передумал.

- Я не знаю…. – Кира реально не понимала, что ей лучше сделать: убежать подальше от  Толика или  принять эту авантюру.
- Там месяц на раздумья дают. Вот как раз и подумаешь.

***
- Все, сегодня сдал все пять работ, - сообщил Лешка  Василисе, вернувшейся с работы. – С Федькой ездили. Ему понравилось в галерее. Бегал, приставал к людям. Севастьянов ему даже порисовать своей кисточкой большой дал.

- Леш, я должна тебе сказать что-то очень важное. Сядь, пожалуйста, - предложила Василиса. Лешка внутренне напрягся, ошибочно считая, что Василиса наконец-то решилась уйти от него к Толику. И он отпустит, и счастья пожелает. Не может он стоять на пути такой  любви. Лучше со стороны любоваться совершенной гармонией, чем каждый день, каждый час  ощущать себя виноватым.

Но Василиса улыбнулась своей доброй улыбкой и радостно сообщила:

- У нас будет малыш, а у Федьки то ли брат, то ли сестра. Ты рад?

Рад ли был Лешка? Он думал, что его сердце выпрыгнет из груди от такой новости. И только  запрет врачей поднимать тяжелое остановил его от  того, чтобы поднять Василису и закружить. Но зацеловать ее Лешке никто не запрещал.



Ксения Демиденко

Отредактировано: 27.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться