Сердце Чёрной Пустоши. Книга 1

11.3

- Миледи, - холодно произнес виконт. - У меня и в мыслях не было вас оскорблять. И тем более, приходить для этого в вашу каюту. Я успел заметить, что вы не в восторге от моей честности и прямолинейности. Что ж, это ваше право.

- Честности, значит, - задумчиво пробормотала я под нос.

Затем взяла графин с остатками янтарного напитка, с сожалением покосилась на виконта и снова на остатки. Наконец, сделала выбор в пользу более ценного и вылила в стакан. Затем обернулась к виконту, сжимая графин и выразительно посмотрела на его лоб. Прямо в середину.

Видимо, что-то такое было в моем взгляде, потому что де Жерон быстро шагнул ко мне и еще быстрее проговорил:

- Клянусь, леди, если сделаете это, я заверну вас в эту самую скатерть, вместе с остатками ужина, и привяжу к кровати!

У меня даже пальцы разжались от решительности, которая звучала в его словах, графин упал бы, если бы виконт в последний момент не подхватил его.

Не разгибаясь, виконт поставил графин на стол, а я замерла, боясь даже вдохнуть. Близость виконта, жар, исходящий от поверенного моего будущего мужа, заставили ощутить себя птицей, попавшей в силок. Стоит пошевелиться - петля затянется, и ничто уже не спасет.

К моему облегчению, виконт распрямился, но остался стоять совсем рядом, и рассматривать с высока. Я надеялась, он смотрел на лицо, а не на декольте скромного, по меркам Аварона, платья. Хотя рядом с виконтом я ощущала себя и вовсе без платья.

У меня пересохло горло. С трудом переведя дыхание, под пристальным взглядом виконта, я залпом выпила то, что было в бокале. Когда поставила его на стол, брови де Жерона поползли вверх, а взгляд стал слишком красноречивым.

- И в чем я был не прав, леди? - ухмыляясь, спросил он.

- Когда помимо избалованной, безголовой, бессердечной и безнравственной обозвали меня еще и пьянчужкой? - стараясь говорить спокойно, произнесла я. - Прямо не знаю, с чего начать.

- Начните с главного, - посоветовал виконт, по-прежнему нависая надо мной.

- Я… я не могу, - призналась я, опуская голову.

- Отчего же? - вкрадчиво спросил виконт.

- Вы… давите на меня, - призналась я.

Виконт недоуменно хмыкнул.

- Чем же я давлю, леди? - уточнил он.

- Авторитетом, - нашлась я после небольшой паузы и подняла голову.

К моему удивлению, бледные щеки виконта тронул румянец, и он отступил. На полшага, затем еще на шаг. Затем еще на несколько шагов.

А я ощутила, что вновь могу дышать.

Сознание было подернуто туманной дымкой, мысли роились и жужжали, как пчелы, и я с трудом ухватила из роя одну.

Потом запоздалым возмущением произнесла:

- А что вы делаете в моей каюте?