Сердце Чёрной Пустоши. Книга 1

20.2

Мои брови, помимо воли, всползли на лоб. Я спросила, стараясь быть с боцманом как можно вежливей и не показать недовольство виконтом:

- Спасибо. Это очень любезно с вашей стороны. А вы не подскажете, почему он сам не пришел об этом сообщить?

Боцман кашлянул в кулак и сунул в рот трубку. Та повисла на одних губах, а он проговорил неуверенно:

- Ну, господин виконт сказал, вы непременно спросите. Просил передать, мол, у него важные дела.

В груди вспыхнуло, но я улыбнулась боцману, словно всю жизнь ждала этих слов и произнесла:

- Я премного благодарна вам, что сообщили. Без вас мое пребывание на судне было бы куда мрачнее. Если вас не затруднит, передайте виконту, что я все поняла и не смею отвлекать его от, несомненно, важных дел.

Боцман облегченно выдохнул, и я вместе с ним, радуясь, что моряк не уловил в моих словах сарказма.

Почесав пернатую голову попугая, он неумело поклонился и широкими шагами направился в сторону каюты виконта де Жерона. А я осталась на палубе ощущать, как гнев и обида кипят в груди, норовя вылиться столбом огня и пропалить борт.

Несколько минут просто молчала и таращилась перед собой, представляя, как сковываю де Жерона страшными заклятьями, как бросаю его в яму без еды и воды, как отстригаю его белые волосы и топчу каблуками. Лишь, когда Диларион лизнул в щеку, пришла в себя.

Дракончик испугано смотрит на меня черными глазками, заглядывает в лицо и пытается понять, почему хозяйка бесится, как разъяренный вепрь.

- Ты видел, Диларион? - спросила я, делая шумный выдох. - Теперь он не желает меня видеть и подсылает матросов, чтобы передать сообщение. Он попросил боцмана. Ты понимаешь? Боцмана. Роджер, конечно, очень милый, но выставлять нашу неприязнь напоказ? Это верх неуважения и предел моего терпения. Не хочет видеть? Я ему устрою.

Тем временем движение на корабле оживилось. Матросы забегали, таская канаты и предметы, названия которым не знаю, капитан что-то приказывал, сыпля морскими словами, а я надеялась, что в них нет бранных.

- Права руля! - прокричал он вдруг, и я развернулась, устремив взгляд к правому борту.

С той стороны, из горизонта медленно выплывает что-то похожее на краюшку хлеба, от которого с разных сторон отщипнули. Лишь спустя пару минут догадалась, это земля.

Из груди вырвался радостный стон, и я мысленно вознесла молитву всем богам и богиням, которых вспомнила потому, что за время путешествия успела забыть, как выглядит твердь. Теперь от нетерпения ступить на сушу затрясло, и я сжала губы, чтобы не запищать.

Подхватив юбку, я перебежала к правому борту и наклонилась, едва не перевалившись. Но пробегающий мимо матрос успел схватить за пояс и вернуть в вертикальное положение. Хотела поблагодарить, но матрос убежал дальше, словно не заметил, что секунду назад спас благородную леди.