Сердце Чёрной Пустоши. Книга 1

23.3

Повертев головой в поисках халата, поняла, что найти его не получится, даже если перерою все коробки. Диларион постарался на славу, раскидывая не только книги и ленты, но и перетаскав даже легкие саквояжи.

Я неохотно спустила ноги на пол. Стопы обожгло холодом, словно за время, пока лежала в кровати, комната настыла, а пол покрылся ледяной коркой. Поднявшись на цыпочки, я быстро прошла к двери и приоткрыла ее, высунув лишь голову, чтобы остальное тело осталось скрытым створкой.

- Что тут творится? - поинтересовалась я.

Здоровяки разом оглянулись на меня, а кок расплылся широкой улыбкой и, отпихнув моряков, прогудел радостно:

- Оголодала! Как пить дать, оголодала! Вы что, остолопы, не видите? Она ж светится вся!

Я на всякий случай оглядела себя, проверяя, достаточно ли хорошо укрыта от посторонних глаз, и, лишь, когда убедилась, произнесла:

- Если честно, я не сильно голодна.

- Как это не сильно? - изумленно выдохнул кок. - Ты не стесняйся, девочка... В смысле, леди. Не стесняйся. Нечего на этих увальней смотреть. Они тупые, как валенки. Знаешь, что такое валенки?

Я озадаченно покачала головой, а кок продолжил, радостный, что может просветить и меня, и матросов:

- Это обувка такая. Говорят, страна где-то есть, холодная, как... Не при леди будь сказано. Как зад у мертвеца, в общем. Там снег месяцами лежит. Сугробы во-от такие! И там эти валенки на ноги цепляют и ходют. Теплые, говорят, но тупые.

Я осторожно поинтересовалась:

- У тамошней обуви есть ум?

- Э... протянул кок озадачено. - Не знаю. Почему ум-то?

- Ну, раз они тупые, значит есть обувь, которая умная, - заключила я. - Наверное, в этой стране очень сильные маги, если у них даже обувь умная.

Кок почесал лоб, пытаясь понять, правильно ли я восприняла его слова, потом махнул рукой и произнес:

- Не знаю. Да при чем тут валенки? Я говорю, вам поесть надо. Еды, а не валенков. Я принес.

Морской Бык отвернулся, повозился и через секунду, как по волшебству выставил передо мной целый поднос с тарелками. Одна из них доверху наполнена кровью, и Диларион за моей спиной требовательно заверещал. Послышались цокающие прыжки, через пару секунд он вспорхнул мне на плечо.

Когда его маленькая голова высунулась возле моей, Морской Бык еще шире расплылся в улыбке и проговорил нарочно умильным голосом, который не вяжется с его крупной фигурой:

- Ой ты мой маленький. Проголодался. Морской Бык тебя накормит. А то все злые и недобрые, бьют и плакать не дают.

Дракончик пискнул, а я с сомнением покосилась сначала на него, потом на кока, который, по-видимому больше рад Дилариону, чем мне. Хотела пригласить его в каюту, но потом вспомнила, что неподобающе одета и проговорила:

- Я очень благодарна за заботу. Вы можете оставить поднос.