Сердце Чёрной Пустоши. Книга 1

26.2

Сначала надела плотные черные чулки, кружевной пояс с подвязками, нежно-фисташковые панталоны и лиф в тон. Затем темно-изумрудный корсаж с черным кружевом. Продев руки в рукава я, надувая щеки, потянула завязки на платье в стороны, сетуя, что магический резерв не восстановлен, и все приходится делать руками.

Когда платье, наконец, село, выбрала самый скромный и, в то же время, самый роскошный из шейных платков. Тончайшая черная ткань, прозрачная, как вуаль, украшенная нежным кружевом и россыпью мелких изумрудов. Вместо того, чтобы прикрыть содержимое глубокого декольте, она только привлечет к нему внимание.

Представив чужие взгляды, устремленные куда не положено, я закусила губу, но вспомнив, что сверху буду надежно задрапирована плащом, вернулась к туалету.

На чуть влажные после купания волосы нанесла несколько капель специального масла, и локоны тут же заструились ровными блестящими волнами. Я уложила их в высокую прическу, которую закрепила с помощью шпилек, каждая из которых украшена крохотным изумрудом и бриллиантовой крошкой.

Бледное изможденное лицо присыпала пудрой, тщательно маскируя круги под глазами и покрасневшие от слез крылья носа. Выбрав дорожные перчатки, проверила, на месте ли черные туфли из плотной кожи. Несколько раз перебрала содержимое дорожных сундуков. Когда в десятый раз убедилась, что все вещи целы и лежат на своих местах, дверь содрогнулась от ударов.

Не успела ответить, как из-за двери раздалось громогласное:

- Диларион! Малыш!! Папа пришел!

Дракончик заверещал, словно и вправду услыхал рев отче, а я с облегчением бросилась к двери и открыла Морскому Быку.

Вместе с главным корабельным коком в каюту вкатился кругленький Люсьен, степенно вошел Висьен и даже забежало несколько поварят, которые внесли два переполненных подноса.

- Завтгак, леди, - патетично произнес Люсьен, указывая на уставленные яствами подносы, которые поварята водрузили на низкий столик.

Морской Бык нежно потерся щетиной о Дилариона, который мгновенно оказался на могучем плече и наполовину прорычал, наполовину промурлыкал:

- Соскучился по папе, малыш?

Дракончик в ответ заверещал так, словно я тут била его смертным боем, все то время, пока они с Морским Быком не виделись.

Кок покосился на меня неодобрительно. Но, когда взглянул на Дилариона, который белкой метнулся по волосатой руке и принялся лакать кровь из плошки прямо навесу, взгляд великана снова потеплел.

- Вы бы пегекусили, леди, - промокая уголки глаз кружевным платочком, пробормотал Висьен. - Мы все очень стагались... для вас.

Не желая обидеть поваров, я присела и даже притронулась к предложенным блюдам, но вкуса не ощутила и что ем, не заметила из-за пощипывающей пелены перед глазами.

Собрав волю в кулак, вежливо поблагодарила всех за участие, а вмиг просиявшим поварятам дала по серебряной монетке с гордым профилем пресветлого Радилита. 

Повара что-то говорили наперебой, желали мне доброго здоровья и счастливого замужества, а принцу Карлу Сварту много здоровых наследников.

Но когда я задала вопрос Морскому Быку, все разом замолчали.