Сердце Чёрной Пустоши. Книга 1

27.3

Я снова выглянула в окно и обнаружила, что едем по парковой аллее, по бокам вдоль невысокого стриженного кустарника тянется ряд невиданных доселе светильников. Небольшие розово-желтые шары на тонких ножках не имеют ничего общего ни с магией, ни с факелами. Сумерки мешают как следует разглядеть, деревья, но я отметила, что в воздухе стали преобладать горьковатые хвойные нотки.

Карета остановилась. Я быстро прикрыла дыру на колене одной рукой, а другой подхватила шляпную коробку с сопящим дракончиком.

Дверь распахнулась, и я, поднявшись, протянула виконту де Жерону руку, чтобы помог спуститься с высокой подножки. Но виконт проигнорировал жест и снял меня с подножки, обхватив горячими ладонями за талию.

Когда я оглянулась к возвышающейся над нами черной стене, колени подкосились, де Жерону пришлось придержать меня за локоть, не давая упасть.

Сияющий и какой-то сказочный замок оказался огромным, по сравнению с теми, что доводилось видеть в Авароне. Черный, гладкий, с высокими смотровыми башнями и отвратительными крылатыми горгульями на них. Он напомнил южное звездное небо потому, что в свете огней камни, из которого сложены стены, переливаются тысячей бликов.

- Прибыли, миледи. Теперь точно прибыли, - тихо сказал де Жерон, мягко увлекая меня за собой.

Мы пошли по вымощенной дороге, широкой, с невысоким, правильной формы кустарником по бокам. Вблизи арка ворот оказалась настолько огромной, что невольно захлестнули жалость к себе и ощущение собственной ничтожности. Колени в который раз подогнулись от желания бежать отсюда со всех ног. Но я осознание, что поздно, заставило смириться.

Поднимаясь по ступеням из черного мрамора, поняла - если бы не рука виконта, в которую вцепилась изо всех сил, я бы давно упала.

Огромный холл ударил по глазам обилием света и пространства, в котором запросто уместился бы наш аваронский летний дом. Золото, хрусталь, скульптуры и фонтаны. Белый и черный мрамор, шахматной доской расположенный на полу, выглядели настолько роскошно, что ум отказывался верить, что богатства принадлежат одному человеку.

Непривычно огромные размеры помещения захватили настолько, что я не сразу увидела вереницу одетых в черное и белое людей, которые расположились в ряд у монументальной лестницы. На фоне вереницы слуг дворец выглядел не просто огромным, а сказочным замком, в котором живут великаны.

Словно сквозь сон, раздался голос виконта, который принялся представлять слуг.

Я с трудом удержалась, чтобы не присесть в книксене, как перед моряками, помня, что отныне я леди стоящих передо мной людей.

Я старалась не думать о разорванном платье, синяках на шее и груди, растрепанных волосах, с удивлением читая на лицах прислуги то самое достоинство и почтение, какое встречается лишь в королевских домах. Передо мной кланялись и называли свои имена с таким видом, словно одета в самый роскошный из моих нарядов.