Сердце Чёрной Пустоши. Книга 1

28.5

- Это изумруды, миледи, - объяснил Альре с достоинством. - Оплавлены в жаровне, доставленной с восточных рудников. Забытая технология гномов.

Заметив недоверие на моем лице, Альре добавил:

- Его высочество крайне щепетилен во всем, что касается знаний древних. Он самолично раздобыл технологии обработки камня и стали, которые принято считать потерянными... если бы не новости с заставы, его высочество был бы сейчас в морской экспедиции. Его милость мечтал стать первым, кто увидит острова Сердца Океана и добудет Слезы Бури.

Пока Альре говорил, я стояла с раскрытым ртом, как крестьянка и хлопала ресницами. Когда закончил, я сглотнула и совсем другими глазами оглядела барельефы из драгоценных камней, украшающие коридор.

Альре терпеливо дожидался, пока я осторожно, словно прикосновение может обратить это великолепие в прах, глажу сапфиры, которыми выложены барельефы Океании и островов Звездного моря. Затем кровавые турмалины, которыми украшены несколько сцен об Огненной Земле - родине короля, пресветлого Радилита и моей мамы. И, наконец, черные с золотом картины, на первый взгляд самые скромные и сдержанные. Но возникло ощущение, они дороже всех.

Когда я с совершенно ошалелыми глазами обернулась к управляющему, тот деликатно кашлянул в кулак и отвесил полупоклон, приглашая в обеденный зал.

После коридора с барельефами из драгоценных камней я ожидала, чего угодно. Но обеденный зал оказался лишь круглой комнатой размером в несколько моих спален. Посреди уже сервированный стол, вдоль которого стоит ряд лакеев в белоснежных камзолах и перчатках.

- Это личный обеденный зал его светлости, - пояснил Альре. - Я взял на себя смелость попросить сервировать для вас завтрак в уютной интимной обстановке.

Сев за стол, я не успела понять, как в тарелке оказалось первое блюдо - злаковая с сухофруктами каша, с малиновым соусом и яйца пашот. Блюда сменялись одно за другим, и несмотря на обилие прислуги за столом, я почти не замечала их работы, настолько вышколенным оказалось каждое движение.

После порции клубничного пудинга с нежным муссом из лепестков роз я споро положила скомканную салфетку прямо на золотое блюдо, показывая, что сыта. Мне тотчас поднесли ароматную воду для ополаскивания пальцев и надушенное полотенце, чтобы вытереть руки.

Моя сдержанная похвала не вызвала ни малейшей эмоции на холеных лицах лакеев, но истинным чутьем отчетливо услышала их облегчение и довольство.

Альре, который появился словно по мановению волшебной палочки, сообщил, что Рамина ожидает меня для сопровождения в Нефритовую пещеру.

Я постаралась ничем не выдать желания иметь другого сопровождающего и, сдержанно кивнув, последовала за управляющим.

Для посещения Нефритовой комнаты Рамина сменила наряд: с плеч камеристки струясь, ниспадает темно-изумрудного цвета плащ, а белоснежный чепец на светлых волосах сменил капюшон, который скреплен по бокам прически несколькими шпильками.

Я хотела спросить, приличествует ли леди посещать эту самую Нефритовую пещеру с непокрытой головой, но потом вспомнила, что наряд для меня подбирала сама Рамина и промолчала, не желая столкнуться с откровенной фамильярностью прислуги.